Край Времени - Майкл Муркок

Они прошли мимо ящиков, полных цветов, мимо окрашенного в белый цвет забора, и оказались у выхода. Здесь пожилой мужчина взял билеты, которые мистер Уэллс протянул ему. Путники пересекли территорию станции и вышли на улицу, полную двухэтажных домов, залитую светом газовых ламп, под одной из которых играло двое ребятишек. Где-то поблизости процокала лошадка.

— Это Верхняя улица, — информировал его мистер Уэллс, свернув за угол. — Она почти не изменилась с тех пор, как я родился, хотя Бромли разросся и стал пригородом Лондона.

— А, — протянул Джерек.

— Этот Медхерста, — мистер Уэллс показал на темные витрины магазина, — там был Атлас-хауз. Он никогда не пользовался успехом, магазин фарфора моего отца. Там находится старый «Колокол», где тратилась большая часть прибыли. Портные Куперы, кажется, уже не занимаются бизнесом. Рыбный магазин Вудала… — он хихикнул. — Знаете ли, некоторое время Бромли был для меня Раем. Затем стал Адом, а теперь это просто Чистилище.

— Почему вы приехали сюда, мистер Уэллс?

— Уладить дела моего отца. Я остановлюсь в «Розе и Короне» и вернусь в Лондон утром. Писателю иногда полезно окунуться в город детства. Со времени жизни в Бромли я прошел Долгий путь, и, на мой взгляд, счастливый.

— А мне посчастливилось встретить вас, мистер Уэллс, — Джерек был почти в экстазе. — Бромли! — выдохнул он.

— Вы, должно быть, первый турист в этом захолустье, мистер Карнелиан.

— Благодарю вас за комплимент, — неуверенно ответил Джерек.

— До Коллинз-авеню осталось совсем немного. Я провожу вас и поспешу в «Розу и Корону», прежде чем они начнут гадать, что со мной случилось.

Мистер Уэллс проводил его через несколько улочек с чрезвычайно высокими заборами и новенькими добротными домами, пока они не остановились на углу засаженной деревьями и освещенной неоном улицы.

— Мы прибыли на сумрачную, наполовину обособленную землю, — с шутливой торжественностью объявил мистер Уэллс. — Коллинз-авеню, сэр.

Он показал на табличку, которую Джерек не мог прочитать.

— Это номер двадцать три?

— Пока нет. Он на противоположной стороне — прямо около той лампы! Видите?

— Вы так добры, мистер Уэллс. Через несколько мгновений я снова соединюсь с моей потерянной любовью. Я опроверг теорему Морфейла! Я осмелился переплыть опасные бурные моря Времени! Наконец-то я в конце моего трудного пути в Бромли! — Джерек обнял литератора за плечи и нежно поцеловал в лоб. — А это вам, мистер Уэллс, мой дорогой.

Мистер Уэллс с беспокойством отступил назад.

— Рад был… э… помочь вам, мистер Карнелиан. Извините, но я тороплюсь, — он повернулся и быстро зашагал в обратном направлении.

Джерек был слишком счастлив, чтобы заметить резкие перемены в поведении мистера Уэллса. Он стремительно достиг ворот затейливого чугунного литья и перепрыгнул через них, прошел по мощеной дорожке к двери готического вида виллы из красного кирпича, немного похожей на ту, что миссис Ундервуд просила построить для нее в Конце Времени.

Не забыв ее уроков, Джерек нашел звонок и дернул за него. Ожидая, когда откроют, он снял шляпу и пожалел, что не догадался принести цветы, о которых ему напоминали красивые стеклянные лилии на верхней половине двери.

Внутри дома послышалось движение, и, наконец, дверь открыли, но не миссис Ундервуд. Перед ним стояла хорошенькая девушка в черном платье с белым передником и в белой шапочке. Она посмотрела на Джерека со смесью удивления, любопытства и презрения.

— Что вам угодно??

— Это Коллинз-авеню, 23, Бромли, Кент, Англия, 1896 год?

— Совершенно верно..

— Место жительства прекрасной миссис Амелии Ундервуд?

— Вы не ошиблись — это дом Ундервудов.

— Я хочу видеть миссис Амелию Ундервуд. Она дома?

— Как о вас доложить?

— Карнелиан. Скажите, что Джерек здесь, чтобы забрать ее назад в наше любовное гнездышко.

— Чтоб мне провалиться, — сказало юное создание, — если ты не чокнутый!

— Извините, я не совсем вас понял?

— Лучше убирайся отсюда, пока не поздно! Любовное гнездышко! Да миссис Ундервуд заявит в полицию за такие разговоры! — она попыталась закрыть дверь, но Джерек уже проник в дом.

— Миссис Ундервуд… уважаемая леди! Убирайся вон!

— Я не могу позволить себе, — мягко возразил Джерек. — Почему вы так переполошились? — ошеломленный таким приемом, он сопротивлялся служанке. — Пожалуйста, скажите, миссис Ундервуд, что я здесь.

— О, Боже! О, Боже! — уговаривала девушка. — Имей хоть немного здравого смысла! Ты добьешься того, что тебя арестуют. Будь паинькой, иди своей дорогой, и я никому ничего не скажу о тебе.

— Я пришел к миссис Ундервуд, — настаивал Джерек, — Я не знаю, почему вы не хотите пустить меня! Мне казалось, я выполнил все ваши обычаи. Но, если я ошибся или забыл какое-нибудь правило, простите великодушно и скажите, что я должен делать. Я не хотел вас обидеть и не испытываю желания быть грубым!

— Грубым! Грубым, о господи! — и, повернув голову, она закричала в прихожую — Мэм! Мэм! Здесь какой-то маньяк, я не могу удержать его!

Дверь открылась. В коридоре стало светлее, появилась фигура в платье из коричневого бархата.

— Миссис Ундервуд! — обрадовался Джерек — Миссис Амелия Ундервуд! Это я, Джерек, вернулся за вами!

Миссис Ундервуд была такой же прекрасной, но, по мере того, как он смотрел на нее, она становилась все бледнее и бледнее. Прислонившись к стене, она подняла руки к лицу и беззвучно шевелила губами.

— Помогите мне, мэм! — просила служанка, отступив в прихожую. — Я не могу справиться с ним сама. Вы знаете, какими сильными могут быть эти психи!

— Я вернулся, миссис Ундервуд! Я вернулся!

— Вы… — он едва мог расслышать слова. — Вы… были повешены, мистер Карнелиан. За шею, пока не умерли.

— Повешен? В машине времени, вы имеете в виду? Я думал, вы сказали, что отправляетесь со мной. Я ждал. Вы, очевидно, не успели присоединиться ко мне. Поэтому я вернулся.

— Вернулись?!

Он протиснулся мимо дрожащей служанки и вытянул руки, чтобы обнять женщину, которую любил. Она приложила бледную руку к бледному лбу. В ее глазах было какое-то безумное рассеянное выражение; она, казалось, говорила сама с собой:

— Мои переживания… слишком много… знала… я не полностью оправилась… мозговая лихорадка…

И прежде, чем он смог обнять ее, Амелия рухнула на красный ковер.

Глава двенадцатая

Ужасная дилемма миссис Амелии Ундервуд

— Теперь смотри, чего ты добился! — перешла в наступление маленькая служанка. — Как не стыдно!

— Что с ней происходит?

— Это обморок. Ты испугал ее так же, как испугал меня! Весь этот грязный разговор!

Джерек встал на колени около миссис Амелии Ундервуд, похлопывая ее по безжизненным ладоням.

— Обещай, что не сделаешь ничего гадкого, и я пойду за водой и нюхательной солью, — сказала девушка, с тревогой глядя на него.