Светлее дня - Юлия Романова

Будучи человеком трезвомыслящим и практичным, он подошёл к решению проблемы рационально.

«Все беды от стресса, – решил Аркадий Артёмович. – Надо идти к психологу. Пусть он всё объяснит по Фрейду и посоветует что-нибудь толковое. За что он деньги получает?!»

Психолог внимательно выслушал Золотова. Покивал и поцокал языком в нужных местах, прописал витамины и лёгкое успокоительное, но осторожно заметил:

– Не уверен, что это решит все описанные проблемы. Поверьте, я не менее рациональный человек, чем вы, но – это не повредит…

С этими словами он протянул Аркадию Артёмовичу чёрную визитку с золотистыми буквами.

– Экстрасенс?! – воскликнул Золотов. – Да вы издеваетесь!

– Не повредит, – повторил психолог и торопливо попрощался под предлогом следующей встречи.

Неделю Аркадий Артёмович послушно пил витамины и валерьянку, но ситуация в особняке не изменилась, и в конце концов хозяин сдался и записался на приём к немолодой женщине со строгими причёской и очками. Почему-то именно последние убедили Золотова, что тётка, может, и не шарлатанка.

Побывав в особняке, женщина только развела руками.

– Я чувствую здесь весьма своеобразное биополе… Даже так: поля. Они совершенно нетипично накладываются друг на друга, я такого ещё не встречала. Знаете, я человек не религиозный, но почему бы вам не освятить дом? На всякий случай. Не повредит…

– Не повредит, – скрипнул зубами Золотов.

Ночью Сдобыш, Лесовичок, Поле и Бульк от души посмеялись над экстрасенсом.

– Мы подольше её на свете живём и то не видали, чтобы под одной крышей теснились домовой, леший, полевик и водяной!

– А я уж на что по полям специалист, но биополей никогда не косил, – удивлялся Поле.

– У нас горе – а ей чудное биополе! – сфилософствовал Бульк.

Веселье вышло настолько шумным и буйным, что в особняке потрескались все зеркала.

Скрепя сердце Золотов отправился в ближайшую церквушку.

Молоденький поп, чуя лёгкие деньги, с радостью согласился помочь, но уже час спустя позорно бежал из особняка, преследуемый роем неизвестно откуда взявшихся оводов.

Друзья всю ночь чихали от витавших в воздухе остатков ладана.

– Будь мы поодиночке – не осталось бы и кочки, – протянул Бульк.

Товарищи по несчастью согласно закивали. И даже убеждённый одиночка Сдобыш согласился, что вместе они сильней.

А поп на следующий день покаялся перед богом и Золотовым:

– Видно, не так крепка моя вера, как следовало бы. Долгий путь лежит передо мной. Но я слышал об одном мудром и, хоть церковь он и не жалует, праведном человеке… Знаете, не повредит…

У Аркадия Артёмовича не осталось сил, чтобы возмущаться. Он просто сел в свой любимый внедорожник и отправился в указанную попом деревню.

– Колдун – в крайней избе! – охотно помог мальчишка на въезде.

Золотов внутренне застонал.

«Вот так праведный! Колдун какой-то! До чего я дошёл!»

Бодрый старичок представился Остапом, выслушал гостя и выразил желание переночевать в особняке.

– Правда, что у вашего брата нужники из золота? – простодушно поинтересовался Остап, с трудом взбираясь во внедорожник.

Аркадий Артёмович покрепче сжал зубы, чтобы не сказать чего лишнего.

Следующим утром Остап многословно нахваливал мягкий матрас и светлый туалет.

– Хоть и не золотой, но хорошая вещь. Не надо ночью под дождём в нужник во дворе шлёпать, и задница не мёрзнет, – восхищался старик.

– С проблемой-то что? – сменил тему Аркадий Артёмович.

– Приходил ночью хозяин, было дело.

– Как – хозяин?! – возмутился Золотов.

– Домовой тутошний. На грудь сел, но беседу со мной вести отказался: знает, что я – человек здесь не свой.

– На грудь? – переспросил Золотов. – Значит, мне не снилось…

– Снилось! – передразнил его Остап. – Не чудо, что домовой твой осерчал. Но силён он необычайно. Чую, не один он тут хозяйничает.

– Несколько домовых? – Аркадий Артёмович пытался переварить услышанное.

– Может так, а может и другое что в доме поселилось.

– Откуда? – опешил хозяин.

Старик приосанился, кашлянул и толкнул речь:

– Koгдa армия caтaнинcкая pacплoдилаcь нa нeбecax тaк, чтo тepпeть это былo ужe нeвмочь, apxaнгeл Mиxaил низвepг её на землю. Сopoк днeй и ночей пaдaли c нeбa вoины рогатого. Кто где упал – тот там и прижился: лeший стал хозяином леса, вoдянoй взял пoд свой контроль реки, oзёpa и болота, пoлeвику достались нивы и пoля, дoмoвoй, кикимopa и другие сущности угодили в oткpытыe пeчныe тpубы, пoэтoму и oбocнoвaлиcь oкoлo пeчи. Taк пoявилacь нa зeмлe нeжить. В чeлoвeчecком oблике, нo бeз плoти и души.

– Откуда информация? – спросил дотошный Аркадий Артёмович.

– Сам додумался! – гордо ответил старик и чуть тише добавил: – Интернета помогла чуток. Я же не алхимик какой средневековый. Я современный!

А потом ещё добавил на всякий случай:

– И честный!

Аркадий Артёмович скептично хмыкнул, но сейчас его больше занимало другое.

– Значит, у меня поселились какие-то печные кикиморы…

– Не обязательно они, но кто-то – точно.

– И что делать?

– Пригласить и угостить, задобрить, договориться. Спросить, чего им надобно.

– Дичь какая-то, – пробормотал Золотов. Но, прощаясь со стариком обещал: – Если поможет, я в долгу не останусь.

По научению старика Аркадий Артёмович всё приготовил своими руками. Накрыл стол по своему вкусу: икра и дорогой сыр, колбасы и изысканное вино. В фруктовой корзинке громоздились апельсины, виноград и ананас. Срисовал показанные Остапом символы, поставил свечи и зеркала в указанных местах и сел ждать нужного часа; так на стуле и задремал.

– Звал? – разбудил его ворчливый голос.

При виде домового, лешего, полевика и водяного Золотов подпрыгнул на месте, а потом потратил несколько секунд, вспоминая, как дышать. В конце концов решил, что происходящее – сон. Во-всяком случае стоило так думать во имя сохранения здорового рассудка.

А ночные гости в это время изучали угощение.

– Эх, молока как не было, так и нет, – пробурчал Сдобыш.

– Медку бы да хлебушка, – проскрипел Лесовичок, изучая ананас. – На чём только растёт безобразие такое? – покачал он головой.

– Крупы бы… – протянул Поле.

– Надежды зыбки, но мне бы рыбки… – попросил Бульк.

Аркадий Артёмович и сам не знал, чего ожидал, но прямо просиял, услышав простое и понятное.

– Молоко, мёд, хлеб, крупа… ты… вы гречку едите? – спросил он полевика.

Поле скромно кивнул и облизнулся.

– И рыбка… Селёдку будешь?

– Ну, под водку пойдёт и селёдка, – подмигнул оживившийся Бульк.

Золотову пришлось снова побегать по кухне и кладовке. Потом он выпил за компанию и, рассматривая довольных существ, немного расслабился.

– Вы вроде нормальные мужики. Зачем безобразничаете? – спросил он.

– Сам дома наши уничтожил, а теперь жалуется, – прошуршал Поле.

– Простите. Не знал, – развёл руками Золотов. – Но так же продолжаться не может…

– Порядок да покой – дело непростое, –