Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

главное, там собирались посетители, не слишком отягощенные интеллектуальными заботами, презирающие политику вообще, любящие только выпить, вкусно поесть, попеть песни, потискать девок и танцовщиц варьете, ну и подраться, соответственно. Голографические визоры они не смотрели с детства, новости не слушали, газеты не читали из принципа, и я бы не удивился, если бы на вопрос: «Как зовут нынешнюю императрицу Оилтонской империи?» – они бы с изумлением не ответили встречным вопросом: «Разве у нас не император на троне?»

Здесь ценился (пожалуй, выше, чем толстый кошелек!) только крутой вид, крепкий кулак и умение держать удар. Потому это было одно из редких заведений подобного типа, где не просто разрешалось подраться и дать кому-нибудь в морду, а даже приветствовалось подобное желание. Именно поэтому в кабачок-кабаре запускали только после прохода через густую решетку многопрофильных сканеров, забирая все, что хоть мало-мальски походило на оружие. То есть дерись, но за оружие не хватайся.

Нас все это вполне устраивало, и мы раздухарились от всей души.

Не боясь быть узнанным, я подавал пример, поэтому и все остальные расслабились и вели себя как юные курсанты. Малыш пел песни, заставляя ему подпевать не только нас, но и соседей. Наш шустрый Молния волок в пляс любую понравившуюся ему красотку, порой не интересуясь мнением ее кавалеров. Гарольд во весь голос рассказывал последние анекдоты, и сам же громче всех над ними хохотал. Николя беспощадно гонял официантов, заставляя приносить на пробу лучшие алкогольные напитки и устраивая им скрупулезную дегустацию. Ну а Армата бесшабашно выискивал, с кем бы подраться и отвести душу. Кстати, ему больше всего в этом деле и повезло в итоге. Ему рассекли бровь и чуть не оторвали ухо.

Пожалуй, только Алоис с Цой Таном вели себя как паиньки: забились в самый уголок и в драчке поучаствовали только один раз, когда уже совсем деваться было некуда. Но хорошо так поучаствовали, продуктивно, чем заслужили уважение остальных завсегдатаев, и парней оставили в покое. Нас остальных хватало с лихвой.

Ну а я временами сидел, помалкивал, пил-ел, глупо улыбался и попросту любовался своими боевыми товарищами. Правда, пару раз и меня в драку удалось вовлечь. Это если не считать момента, когда я спас невинный стул. Один раз на меня свалился случайно какой-то детина и, видимо, от любви горячей к ближнему, стал интенсивно душить. А второй раз меня подняли из-за стола два молодчика, которые презрительно на меня посмотрели и стали издеваться:

– Уродливый дебил! Его собутыльники кулаками машут, а он тут лыбится!..

Ну и в обоих случаях я сильно не заводился, а только так, чуток прогрелся, для аппетита, как говорится. И довольно наглядно показал, что ни душить меня, ни обзывать чрезмерно улыбчивым – не стоит. Что детину, что обоих молодчиков я просто забросил метров на десять, лишний раз доказывая, что и люди летать умеют. Иногда… Как и следовало ожидать, после моих показательных «закидонов» меня никто больше не побеспокоил, и я умудрился здорово упиться. Тоже стал петь, пытаясь перекричать Малыша, смеяться даже громче, чем Гарольд, и стучать кулаками по столу основательнее, чем Николя. Разве что по стопам Молнии не пошел и нескольких буквально принесенных специально для меня красоток просто угостил с нашего стола вкусненьким и щедро одарил каждую солидной банкнотой в сотню галактов.

А что, пусть девочки тоже порадуются и потом себе купят что-нибудь приятное. Хотя как раз после такого подарка они вдруг перестали меня бояться, глазки их загорелись интересом, они попытались фривольнее расположиться у меня на коленях и начали знакомиться более основательно. Но я не такой. М-да… И, увы, уже давно! Раз уж дал слово своей драгоценной супруге, что «ни-ни!», то приходится соответствовать. Иначе сам себя уважать перестану. Ко всему прочему, уверен, что лучше, чем моя Патрисия, нет женщины во всей Галактике. Так зачем мне размениваться на иных симпатяшек?

Время от времени я как бы отделялся от всего остального мира и с кем-нибудь из друзей обосабливался на уголке стола. И о чем мы говорили, кроме одной темы, когда я окончательно назначал время, способы и место? Да вроде ни о чем… точнее, обо всем сразу.

Гарольд… Мой друг и боевой товарищ с самого детства. Главный виновник сегодняшнего торжества. Его бравая капитанша Нина таки немного отошла от ностальгии по своей планете Земля, заинтересовалась проживанием на Оилтоне и согласилась оформить их сожительство официальным браком. Через неделю у них свадьба. Ужасный шрам, от края левого глаза до самого подбородка, Нине вывели в столичной больнице, и мой друг мычал от восхищения:

– М-м! Вот увидишь на свадьбе, какая она стала красивая! Лучше, чем твоя…

– Но, но! – оборвал я его. – Забыл, кому служишь?!

– Ха! – не смутился Гари. – Конечно, не забыл: Оилтонской империи я служу!

И он был очень рад и счастлив. Уж я-то своего друга знаю и вижу насквозь. Правда, и некую долю тревоги в его глазах заметил, как и сумел разгадать ее причины:

– Небось переживаешь, чем в данное время твоя Нинель на своем девичнике занимается?

Гарольд отвел взгляд от сцены, где лихо отплясывали полуголые девицы кордебалета, и скривился:

– Ну, ты ж ее знаешь! Если разгуляется, то…

Он махнул рукой, а я кивнул. Мы все ее прекрасно знали, ибо в свое время даже попали к ней в рабство, будучи на искусственном острове Хаос на древней планете Земля. Но все-таки мой друг сумел приручить эту дикую, свободолюбивую и своенравную пантеру и теперь вот пополнит нашу славную когорту женатиков.

Малыш… Он же наш лощеный и напыщенный аристократ… Сейчас он сидит со мной рядом и, ухмыляясь, потирает раскрасневшуюся скулу, волосы всклокочены, выпуклые глаза горят азартом. И уж никак не напоминает одного из самых известных людей в Галактике, а тем более знаменитого представителя аристократии Агнера Ллойда. Да и шутки его вместе с изречениями сейчас больше соответствуют уровню деревенского рынка, чем почетного Лорда великой Оилтонской империи:

– Как говорят рыбаки: часто в воду нырять – удовольствие терять!

– Э-э-э… – Я крепко задумался, но так и не понял глубинного смысла. – К чему это ты?