Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

спешили укрыться в лесах на востоке. Они поведали о сожжённой Куште, городе рядом с поместьем Блэс. По их словам, варвары разграбили его подчистую, а потом сожгли, едва не устроив лесной пожар. Кто мог, сбежал оттуда, но городское ополчение и часть людей герцога погибли все до единого. Не уцелели два мага, отец и сын, бароны тех земель. Зато спаслась гильдия целителей, которая обходными путями должна была двинуться на запад к Толедо.

* * *

Что мне нравится в быте оборотней, так это бани. Для них они замачивают листья и веточки в горячей воде, затем выливают настой на раскалённые камни, заполняя помещение ароматным паром. Общественные бани в столице и небольшие ванные комнаты в пансионах и близко не сравнятся с ними. Хорошенько попариться, когда пот вышибает грязь из каждой поры на теле, это такое удовольствие. Чувствуешь себя не только чистым, но и отдохнувшим. Зимой, наверное, париться ещё приятней. Заходить в натопленное помещение с морозу, и отогреваться. Не хватает только душистого мыла и розового масла.

Оборотни не советовали мне идти в баню после выпитого, но настойка выветрилась уже часа через три. Не спать же мне грязным? А мыться в медном тазу — издевательство над собой. Я плеснул немного воды на камни и наслаждался раскалённым паром. В эту идиллию ворвался какой-то шум. Я открыл глаза, прислушался.

— Только я могу за ним подглядывать, — уловил знакомый голос со стороны двери. Клаудия?

— Да я совсем немного, — второй голос принадлежал девушке, встречавшей меня у дома главы деревни.

— Полотенце тебе зачем тогда и лоханка?

— Какая лоханка? Это банный таз! Он же не сможет сам спинку помыть, а я помогу.

— Спинку? — удивлённый голос Клаудии.

На несколько секунд повисла тишина. Слышно лишь как шипит вода на раскалённых камнях и гудит печка под ними. Зачерпнув прохладной воды ковшом, опрокинул на себя, чтобы смыть пот.

— Диана, ты куда? — снова голос Клаудии.

— Помочь надо, — голос Дианы звучал немного смущённо. — Спинку помыть.

— Да вы!.. — возмущению Клаудии не было предела. — Диана, лучше за ней смотри, а то превратится в волка и сожрёт его.

— А ты что, в лягушку обернёшься, чтобы нас всех заморозить ледяным взглядом? Иди в пруд окунись, там и помоешься.

— На драку нарываешься?

— Хотите войти, — повысил я голос, — заходите все вместе.

Голоса резко стихли. Похоже, они только сейчас поняли, что спорят слишком громко. Я тихонько захихикал, представив покрасневшее от смущения лицо Клаудии. Она, в отличие от других…

— Ох, ё… — тихо выругался я.

— Вы что делаете?! — громкий шёпот Клаудии, который услышал даже я. — Прекратите немедленно! Стойте, говорю. Диана!

Я потянулся за полотенцем, плеснул ещё ковшик воды на камни, чтобы создать больше пара. Называется: «Сам виноват». Оборотни и стыд встретятся на дороге и разойдутся, не узнав друг друга.

— Оружие в баню не заноси, — сказал я, когда в предбаннике послышался шум. Что-то деревянное стукнуло и упало на пол. — От ржавчины потом не избавишься… — едва слышно проворчал я.

— Ремни эти зачем? — голос бесстыжей девушки.

— Для ножа, — лаконичный ответ.

— Давай помогу.

Я лишь вздохнул, поднимая взгляд к потолку. Надежда спокойно отдохнуть и расслабиться таяла на глазах. А ещё придётся выслушивать ворчание и колкости от Бристл. Скандал она не закатит, так как мы не дома, но вот обидеться может. Нехорошо расставаться в таком настроении, поэтому придётся извиняться и заглаживать вину.

— Фух, ну ты и натопил, — дверь приоткрылась и пар вырвался в предбанник. — Нет, мы не войдём, надо немного жар выпустить. Ты там живой?

— Живой, живой. Пока ещё.

— Это хорошо, — лукаво пропела она и захихикала.

Немного выпустив пар, она вошла, прикрываясь длинным полотенцем. «Ну, хоть так», — облегчённо вздохнул я. Следом вошла Диана, пригнувшись, чтобы не стукнуться лбом о притолоку. Она тоже держала в руках полотенце, прикрывая всё, что могло смутить мужчину. Хотя о каком смущении можно говорить в такой ситуации?

— Полотенце заранее приготовили? — спросил я.

— Мы после тебя в баню хотели идти, — сказала Диана, опускаясь на лавку. — Жарко.

— Для человека ты крепок телом, — меня окинули взглядом, недовольно посмотрели на полотенце, лежащее на коленях.

— Зовут тебя как, отважная? — спросил я.

— Улия, — она обворожительно улыбнулась. Только сесть поближе ко мне у неё не получилось, потому что Диана уже заняла это место. — А мы спинку тебе пришли потереть.

— Да я уже догадался.

Дверь снова открылась, и в парную вошла Клаудия. Лицо красное, непонятно от смущения или от обилия пара в предбаннике.

— Ох, — она тут же присела на корточки. — Как в аду.

— Смотри, жар в голову ударит, — без ехидства и подколок сказала Улия. — С непривычки можно упасть и головой удариться. Маг один с дядей Даниелем приезжал, так он чувств лишился и голову разбил. Потом неделю лежал, болел. Ух, — она выдохнула, утирая пот с лица. — Сиди уже на полу.

Улия набрала в деревянный тазик прохладной воды из огромной бочки в углу и опрокинула на Клаудию. Я вручил Диане кусок мыла и мочалку из жёсткого волокна. Повернулся спиной.

— У вас так принято, чтобы женщины с мужчинами мылись?

— Конечно, нет! — возмутилась Улия. — Так что тебе придётся на нас жениться. Ты же видел нас без одежды. И даже трогал, — она хихикнула и, дотянувшись, ткнула меня пальцем в лопатку.

— Вы всё без одежды ходите, когда в облике оборотня, — отмахнулся я.

— В облике волка — не считается.

— Ох, выпороть бы вас в воспитательных целях, да не подействует ни на кого, — я только покачал головой.

— Смотри, понравится нам, — она захихикала. — А откуда такие шрамы страные?

— Стрелы, — ответила Диана.

— Много. А под одеждой у вас, как и у нас, — она снова рассмеялась.

— Нет у них хвоста, — сказал я. — В детстве удаляют.

— Правда? — удивилась Улия.

— Он шутит, — сказала Диана. — Хвоста у нас нет.

— Давай я потру.

— Нет, — отрезала Диана.

— Так не честно. Ну, чуть-чуть.

— Нет.

Диана отложила мочалку и опрокинула на меня таз воды.

— Берси, — с улицы раздался голос Кеннета. — Мы к тебе.

Диана резко повернулась, посмотрев на дверь, прикидывая, успеет ли добраться до меча раньше, чем они войдут в баню. Улия притихла как мышка, втянув голову в плечи.

— Потом приходите. Часа через два! — крикнул я. — Бегите глупцы, если вам жизнь дорога!

— Хорошо, — в его голосе послышалось недоумение. — Да мы помыться…

С кем он говорил, я не понял, но его неразборчивый голос начал удаляться в сторону жилых домов.

— Вот почему у вас двери не закрываются? — возмутилась Клаудия, подтягивая полотенце до подбородка.

— Всё, отдыхайте,