Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

досталось несколько групп капитальных построек, большая часть из которых давно разобрана и перевезена в Пекин, теперь в них живут богатеи. Все фермы – новострой.

Согласно схеме, искателям приключений предписано ехать именно в этот мрачный бор.

Пока же поблизости деревьев нет, большая равнина выходит прямо на стрелку, один лес зеленеет вокруг анклава японцев, другой – впереди. Справа от грунтовки раскинулись огромные луга, разнотравье подходит к волжскому берегу.

К северу за лесом – холмы волнами, а дальше уже горы со снежниками на вершинах.

Дикие места. Знакомо тревожные…

Скоро будет еще одна развилка, уже на четыре дороги, и тут главное не перепутать. Надо пересечь чащобу практически посредине массива и выскочить к берегу Янцзы-Волги, где на берегу и стоит хибара деда-отшельника.

В открытую форточку влетал свежий весенний воздух, еще прохладный, колкий, но уже обещающий жаркие запахи грядущего лета. На небе – ни тучки.

– Может, попутно стоит на ближнюю ферму наведаться? – абстрактно предложил я. – Свеженького накупим, на местных ковбоев посмотрим, сплетни послушаем.

– Ковбои? Ты что, по приколу? Обычные фермеры с грязными руками, унылыми лицами, вечно в старых потертых трениках с вытянутыми коленками и в сланцах. Моются раз в неделю.

– Лицо в трениках?

– Че?

– Проехали.

– Вот и ехай давай! Ферму ему подавай… Тут за лодку платить нечем, стволов нет, а ему свеженького!

– Гоблин, у тебя что, месячные? – заорал я, стукнув по баранке. – Какая муха тебя с утра укусила, что ты ноешь постоянно?!

– Я четыре тридцать восьмых «арисаки» насчитал, пока мы катались! И «маузер»! – криком же ответил тот. – Имеют правильные люди годное, охотятся с ними! Значит, в городе есть нарезняк и под коммерцию!

– Три, Миша. И одна девяносто седьмая, – машинально поправил я, успокаиваясь. – С оптикой.

Японская снайперская винтовка времен Второй мировой «Арисаки-97» создана на базе винтовки «Арисаки-38» и отличается наличием оптики. Хорошее сочетание длины ствола и мощности патрона, небольшая вспышка. Интересная тема… Стояли японские винтовки на вооружении китайской армии? Не помню, но допускаю. Впрочем, стволы могли добыть в оружейной локалке, которой сами японцы опрометчиво не успели найти. Во бесятся, наверное…

– Миша, не размывай вопрос, давай по катерам и лодкам пробьем окончательно, а уж потом займемся конкретно оружием, ага? Что ты мечешься, как заяц на поляне? Всему свое время.

Какое-то время группа покупателей водномоторной техники ехала молча. Магнитола притихла – купленный вчера в попутной лавочке диск закончился, а слушать пентатонику больше не было сил.

– Жрать хочу! – объявил напарник.

Отчего-то я чувствую, что скоро мы подеремся.

– Предлагал на ферму заехать? Предлагал, теперь терпи.

– Опять какую-нибудь экзотику подкинут, вроде жареной крысы… Не, Кастет, вру! Я бы сейчас и крысюка примял. Только жирного! И с горчичным соусом. И с черным хлебом. Да кваску бы. С солеными огурчиками.

– Таештвоюмедь! Ты меня дразнишь, что ли?! Отвернись, трахома, а то меня сожрешь!

Гоблин странно притих. Чего он глазами стреляет?

– Сомов, а вот скажи по чесноку, ты бы смог съесть человека? – спросил я неожиданно для самого себя.

– Тебя, например?

– Ну…

– Студнем или живаком?

– Я серьезно.

– Смог бы, – уверенно сказал он. – Допустим, тебя внезапно погибли, так?

– Ну тебя в задницу, баран! Снимаю вопрос.

– Не, я же чисто гипотетически! А у нас важнейшее задание, от которого зависит… ну, не суть, так?

– Допустим, – нехотя кивнул я.

– Кругом голод, разруха, тлен… – Гоблин нахмурился и мощно развел руками, обозначая сквозной апокалипсис вокруг и полное запустение поверхности. – Я падаю от нехватки сил, падаю я, понимаешь? А тут ты лежишь. Друг-белок, источник жизни. И что? Сожру, конечно! Мне ведь потом еще мир спасать…

– Сука ты, Сомов. Боевого товарища…

– Нормально, командир! Твое бесстрашное пламенное сердце будет долго биться в моем желудке, наполняя последнего сталкера планеты немыслимой энергией!

– Врешь, гад! – прошипел я сквозь зубы. – Рухнешь в ближайшей избушке на нары и продрыхнешь часов двенадцать.

– Или так, – почесал затылок напарник.

За неспешными беседами спецгруппа продвигалась все ближе к цели.

Следующая фаза операции.

Вот и еще одна важная отметка на схеме – маленький каменный мостик через темный лесной ручеек с чистейшей водой. Впереди и справа в стене высоких деревьев появился просвет, здесь очередное ответвление от магистральной трассы круто поворачивало в нужную мне сторону.

Углубившись в лес, я почти сразу остановился. Радиообмена в эфире нет.

Тем не менее…

– Схема два.

– Ого! – обрадовался напарник.

– Давай.

Мишка молча кивнул и выпрыгнул из машины, в кузове глухо промялось. Почти сразу же он опять появился в проеме, кинул на сиденье два рюкзака и большой кусок рогожи, осторожно закрыл дверь. Быстренько пристроив рюкзаки, я накрыл их тканью, посмотрел и поправил. Закрыл пассажирскую дверь на стопор, убедился, что друг устроился на новом месте, и медленно тронулся вперед.

А ведь хотелось тряхнуть паразита за его людоедство!

Серьезные тут стволы, могучие, суровы здешние леса. Пожалуй, только в родном Кордоне такое и видел. Эх, как там моя женушка да лялечка…

– Надоела мне эта поножовщина, – задумчиво повторил я одну из любимых гоблинских фраз. – Податься бы на Волгу, поиграть топоришком!

Черт побери, да здесь настоящие Темные Земли, не удивлюсь, если к дороге выйдет эльфийка с луком! А что, Гоблин уже есть. Он там хоть тентом накрылся?

И ведь в салоне потемнело!

Как же быстро на Платформе меняется погода – темные кучевые облака пришли с запада. Дикий мир, не испорченный еще… Похоже, на подходе хороший весенний ливень, умеющий бить по земле во всю свою дикую мощь, с грозами да молниями. Только подумал, как с неба бодренько закапало, однако темнеть начала лишь средняя часть грунтовой ленты, остальное закрыто кронами.

Десять минут даю, и ливанет неслабо! Если фронт пройдет прямо, то хреново, как бы ливень дорогу не размыл, на каждом проселке есть склонные к тому участки.

Опа! Полило уже капитально, глянул на часы – угадал.

Дворники бешено плясали на ветровом стекле, но с потоком воды справлялись плохо, старые щетки, поменять бы надо. Машина сразу покрылась оплывающими глинистыми дорожками. Пару раз в пелене мелькнули стремительные тени, какие-то лесные зверьки перебегали дорогу в поисках укрытия.

Здесь давно не ездили… Та это просека, правильно еду?

Осторожно, чтобы не юзить по скользкой глине, я тянул и тянул машину по мокрой поверхности. Грунтовка на стрелу совершенно не похожа, ливень вваливает от души, видимость – пятьдесят метров от силы. Тяжеловато.

Проселок свернул направо, «эльф» въехал под полог соснового леса.

Здесь, под кронами, тяжелые капли дождя частично рассеивались в мелкую взвесь, частью же соединялись в потоки на стволах – стало немного потише. Напрягаться осталось недолго, скоро