Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

дюжины чародеев — десяти Адептов и двух Мастеров — они с подобным тоже сталкивались впервые. И потому стояли, понурив головы и не рискуя не то, что возразить — даже взглядом встретиться с пребывающим в бешенстве начальником.

Наконец поток иссяк. Идущее багровыми пятнами лицо Смолова всё ещё изрядно пугало подчиненных, но он по крайней мере умолк, переводя дух — а Архимаг-воздушник, у которого кончился кислород в легких и вынужденный переводить дух это вообще само по себе нонсенс! — и люди начали робко и неуверенно переглядываться. Словно взглядами пытаясь договориться, кто именно должен дать ответ на вопросы пребывающего в лютом бешенстве Старейшины Рода Николаевых-Шуйских. И судя по перекидываемым взглядам, дебаты шли нешуточные — причем я готов поклясться чем угодно, что телепатия не использовалась! Уж при такой разнице в силе, навыках и знаниях я бы её применение не просто сходу уловил — я бы их и подслушать сумел без труда. Но, как видно, судари и сударыни из числа незадачливых охранников, умудрившихся столь сильно проштрафиться, предполагали подобную возможность. Только, наверное, не с моей стороны, а со стороны грозно сопящего Архимага…

— Ну⁈ — наконец, отдышавшись, требовательно поинтересовался Петр, по видимому успевший слегка взять себя в руки. — Кто-нибудь соизволит дать ответ хоть на некоторые из моих вопросов?

— А там вопросы были⁈ — не удержавшись, поинтересовался Петя. — Я вот лично услышал только…

Бешеный взгляд Смолова, брошенный искоса и лишь на миг, оказал поразительное воспитательное воздействие на моего ученика — тот мгновенно закрыл рот и повернулся к иллюминатору, сделав вид, что ему ну вот прям очень интересны проплывающие мимо облака. Что ж, Петя — одобряю. Это правильный выбор… Нет, при подчиненных Смолов бы своего младшего товарища позорить и делать выволочку бы не стал. Ронять авторитет вообще-то вполне себе члена моего Рода и далеко не последнего в его иерархии опытный маг, воин и контрразведчик не стал бы. Но вот после устроить много о себе возомнившему парню хорошую взбучку вполне себе мог. Петька от своего старшего тезки время от времени на орехи получал, как рассказывали мне вполне себе достоверные источники… Причем несколько раз не только на словах, но и физически и магически. Смолов прививал дисциплину и любовь к даваемым им урокам на разные необходимые для любого уважающего себя аристократа темы всеми доступными способами, абсолютно не чураясь рукоприкладства. И я не вмешивался — во первых, мой верный вассал дал Пете знаний о жизни благородного общества больше, чем все прочие вместе взятые, во вторых — лупил он своего младшего тёзку только по делу и весьма аккуратно. В воспитательных и поучительных, так сказать, целях…

— Господин, — наконец решилась одна из подвергнутых своеобразной экзекуции чародеек. Мастер, между прочим. — Мы, конечно, виноваты и вину с себя не снимаем — однако прошу учесть, что есть ряд обстоятельств, о которых вы пока не осведомлены.

— И они, несомненно, смягчающие, да? — саркастично поинтересовался Смолов. — А возможно даже оправдывающие вас, олухи царя небесного⁈

— Это не мне судить, господин, — покачала головой без сомнений храбрая и крепкая духом женщина. — Но поведать о них я обязана. Итак, первое: все предыдущие дни пленник провел, не приходя в сознание, не доставляя никаких неудобств и не вызывая подозрений.

— А он, по твоему, должен был тебе лично сказать точную дату и время, когда соберется с силами и попробует удрать, Краснова⁈ — ядовито поинтересовался Смолов.

— Никак нет, господин Старейшина, — со спокойствием обреченного ответила она. Похоже, уже смирилась с любыми возможными последствиями и карами. — Но когда на судно началось столь массированное нападение, что даже я ощутила, как содрогаются защитный барьер, а затем уже мы все услышали звуки боя, не встревожиться было сложно.

— Тревожиться, гуси вы мои пугливые да безмозглые, радоваться, гордиться, переживать, да что угодно испытывать вы должны были там, на своем месте! На посту, куда я вас назначил лично, лично проинструктировал, под свое слово попросил господина выдать вам лучшие имеющиеся атакующие и защитные артефакты… И перед которым вы меня выставили полным идиотом, не способным даже жалкую дюжину подчиненных проконтролировать!

— Мне и остальным искренне жаль, что так вас подвели, господин, — поглядела на меня женщина. Мне показалась, или в её взгляде мелькнула затаенная мольба? Впрочем, услышав раздраженное покашливание Смолова, она тут же вернулась к рассказу. — Второй момент — к нам явился посланник от вас, утверждающий, что наша помощь требуется там, на верхней палубе. Мол, горгульи вот-вот прорвут барьер, и вы с Главой сейчас собираете всех, кого можно, что бы отразить атаку.

— Кто принес донесение? — требовательно вопросил Смолов. — Ранг, чин, имя?

— Младший Магистр, чин не видела, вроде штатный боевой маг крейсера, зовут Астафьев Леонид, — отчеканила женщина.

— И у вас никаких подозрений не возникло? Ничего нигде, мать вашу задом наперед, не ёкнуло, что я лично вас инструктировал — ни при каких обстоятельствах не покидать пост, что все приказы передавать вам буду лично я или господин Глава, и даже процесс пересменки будет происходить под моим непосредственным началом? Что даже я должен вам называть пароль и слышать от вас отзыв вы тоже не вспомнили⁈

— Так точно, господин Старейшина — не вспомнили, — включился второй Мастер, подтянутый мужчина лет пятидесяти. — Как на духу, ей-ей — он появился, предал приказ и мы все отчего-то сразу поверили ему. Было ощущение, будто не то, что лично с ним знакомы, но узнавание — вроде почти каждый день на судне его видел. Знаете, такое бывает — ты с человеком не общаешься и даже лично не знаком, но служите в одном гарнизоне, или на одном судне и видите друг друга пусть не каждый день, но довольно часто. И поэтому ты точно знаешь, что он из своих… А позже, уже после боя, как обухом по голове ударили — какой к черту знакомый? Какой Леонид Астафьев? Да я ж этого типа впервые видел! Ну а сейчас уже и лица его не помню толком…

В общем-то, причина была понятна с самого начала рассказа женщины Мастера. Опытный маг Разума, сиречь менталист, просто спустился вниз и внушил всё, что хотел, кучке не слишком-то искушенных чародеев. Дело в том, что эти двенадцать человек, пусть и тоже служили моему Роду и были моими вассалами, были, так сказать, из свежих, из