Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

не выразил неудовольствия. В конце концов пришельцы из другого мира принесли в Айсхаран перемены к лучшему. В каком бы мире человек ни родился, он сам выбирает, какому богу служить, а если человек недостоин этой чести, божество само его отвергнет.

Большая часть Кошачьей банды решила вернуться в Гаммель, где у них теперь была возможность начать жизнь, совсем не похожую на ту, что они вели до побега, но Сэм, Джина и ещё трое пожелали остаться в Айсхаране. Причём Джина намеревалась обосноваться в горном городе.

– Ну и что такого? – говорила она. – Там ведь живут не только иланы, людей тоже хватает.

– Но тебя-то там не люди интересуют, а иланские парни, – поддел сестру Сэм.

– Живите, где хотите, – сказала Изабелла. – Между Айсхараном и нашим миром достаточно надёжных врат, так что в любое время сможете навещать своих друзей. Кстати, информацию об Х-порталах рассекретили, исследования в этой области ведутся весьма активно, привлечены люди, обладающие экстрасенсорными способностями, как их принято называть в нашем мире. Здесь их называют короче – магами. Не исключено, что очень скоро многие смогут путешествовать пешком по дальним мирам и другим измерениям. Разумеется, эти порталы будут под контролем, но всё же лучше сделать их легальными. У нас слишком долго было принято скрывать от законопослушных граждан то, до чего в конце концов добирались всякого рода прохиндеи, включая высокопоставленных, а от их делишек страдали опять же ни в чём не повинные законопослушные граждане разных миров.

Блэквудцы тоже не спешили возвращаться в Гаммель. Айсхаран сейчас не походил на обречённый леденеющий мир, но когда он таковым был, учёные успели сделать большой запас образцов перерождающейся материи и теперь изучали их, сопоставляя со здоровой материей. Пит Уотсон и его компания целыми днями бродили по лесам и горам и каждый раз приносили с собой очередную порцию образцов, которыми уже завалили две пристройки к отведённому под лабораторию дому. Они говорили, что последние две-три сотни лет в Айсхаране наряду с исчезновением одних видов растений наблюдалось ускоренное возникновение новых.

– Как ни странно, бедствие, которое едва не погубило этот мир, изменило его в лучшую сторону, – разглагольствовал Дэнни Браундер. – Если бы не Илана, Айсхаран превратился бы в сплошную ледяную могилу, но, когда она вернула его к жизни, он воскрес гораздо более совершенным, чем был до катастрофы. Побывав на краю гибели, он стал лучше. Да-а… Старик Ницше был трижды прав – то, что нас не убивает, делает нас сильней. Это относится не только к человеку.

«К сожалению, ко мне это не относится, – подумала Илана. – Моя сила убивает меня. Она наделила меня бессмертием, которое хуже смерти…»

Она посмотрела на окутанный утренним туманом горный город, на королевский дворец, где уже в нескольких окнах горел свет. Начинался новый день – для всего этого мира, но только не для неё. Она могла бы ненадолго зайти в замок, увидеться с королём, который полюбил её, как дочь, и принцем, который сразу привязался к ней, как к родной сестре… Нет, с ними ей тоже будет тяжело прощаться. Хотя и не так тяжело, как было бы с Изабеллой и Гаем… Она струсила, сбежала от них, но прощание было бы для них для всех просто невыносимо. Когда Гай примчится сюда её искать, она уже должна быть в том заколдованном храме. Илана проглотила подступивший к горлу ком.

«Возможно, ты сумеешь изменить судьбу Айслинд, – вспомнила она слова Ралианы. – В этом мире нет ничего неизменного».

Изменить судьбу Айслинд… Но как? Она теряет силы с каждым мгновением. Наверное, через несколько часов она не сможет даже открыть врата в тот зачарованный сад. Она должна спешить.

И на этот путь оснеженный

Если встанешь – не сойдёшь.

И душою безнадежной

Безотзывное поймёшь[1].

А может, и не открывать врата? Может, лучше остаться здесь и растаять, глядя на эти горы, на замок… На этот мир, который она обрела, чтобы вскоре потерять. Уснуть и растаять, думая о тех, кто будет о ней тосковать…

Она легла на снег и закрыла глаза, прислушиваясь к отдалённому завыванию вьюги. Скоро вьюга прилетит сюда, но Иланы уже здесь не будет…

Она бы уснула, если бы не голос – чистый и звонкий, который звал её по имени, стараясь перекричать завывания ветра. А открыв глаза, она увидела фигуру с мечом, идущую к ней сквозь серебряные вихри метели. На мгновение перед ней возникло прекрасное лицо, обрамлённое развевающимися белыми локонами, а голос – нежный, но полный отваги – велел ей:

– Проснись!

Незнакомец походил на принца Диллимена… Нет, он был ещё изящней, а голос так напоминал девичий. Быть может, это его сестра, принцесса Иллимена? Сейчас она уведёт Илану в царство мёртвых…

– Проснись! Вставай!

Властный юный голос взывал к ней, не позволяя погрузиться в небытие. На мгновение всё вокруг побелело от метели, а когда Илана снова увидела фигуру незнакомца, та изменилась. Это был взрослый воин с длинными белыми волосами, в венце со звездой, которая сверкала так ярко, что Илана едва не зажмурилась. Так же ярко сверкал и ледяной меч в его руке. Рядом с воином был снежный кот, огромный и прекрасный. Маг Анаэль… Тот, что подарил Ане свой меч. Маг Анаэль со своим рианном… Или это ангел Анаэль? Что это белеет за его спиной – огромные крылья или развевающийся от ветра плащ?

– Вставай! – грозно велел голос, похожий на пение трубы. – Ты должна идти туда, где тебя найдут!

– Зачем? – спросила она, приподнявшись. – Этот мир больше не нуждается в спасительницах! Пора бы уже его обитателям защищать себя, никого не принося в жертву! Я не хочу передавать божественную сущность очередной несчастной…

– Вставай и иди туда, где тебя найдут! – властно перебил голос.

А огромный кот зарычал и двинулся к Илане.

Метель разыгралась ещё сильней, полностью скрыв фигуру ангела-воина и швырнув Илане в лицо большую охапку снега. Когда она очнулась, фигура с мечом исчезла, но снежный кот остался. Лицо её было мокрым, потому что рианн лизал её, явно желая разбудить.

Илана села и огляделась. Метель приближалась, набирала силу. Она пела множеством голосов, но Илана была готова поклясться, что слышит среди них тот, который взывал к ней только что…

Ты услышишь с белой пристани

Отдалённые рога.

Ты поймёшь растущий издали

Зов закованной в снега[2].

Ей казалось, вот-вот среди серебряных