"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

Именно поэтому, вместо того, чтобы идти по сложному и долгому пути, Лев решил испробовать кое-что неожиданное и рискованное.

Не получится? Значит, будет действовать, как всегда.

Под удивлённым взглядом стоявшей впереди драконицы из земли начал расти большой зелёный бутон. В этот раз Лев полностью передал управление над магией Эви, ведь требовалась тонкость и мастерство, которого не было ни у него, ни у Зары.

Пара десятков напряжённых секунд, и бутон раскрылся, демонстрируя удивленной драконице широкую, около десятка метров в диаметре круглую поверхность, направленную точно на неё.

Несколько брошенных Сиарис заклинаний было перехвачено Игнисом, но латунная особо и не старалась, заинтересованная происходящим.

Драконы и любопытство — сколько повелителей неба пострадали от присущих их расе качеств.

Созданные Сиарис барьеры хоть и блокировали физические объекты, совершенно не были готовы против ударившей в неё волны инфразвука.

Вокруг разнёсся невыносимый визг, столь громкий, что барабанные перепонки обычных смертных лопнули бы в ту же секунду, однако Аргалор лишь пошатнулся и мгновенно адаптировался. Да, это было болезненно, но не смертельно. Иное можно было сказать о Сиарис.

Когда Лев создавал эту странную конструкцию, он имел лишь смутные воспоминания о том, что звук тоже может быть оружием и он создаётся из высокочастотных колебаний объектов. Также Думов примерно помнил, что с этим как-то связаны какие-то магниты.

Естественно, этого было недостаточно для его целей, ведь он ничего не знал о электричестве, и как с ним работать, следовательно, Аргалор решил использовать только принцип, реализовав его самым грубым и примитивным образом с помощью магии.

Конечно, доверь он эту технологию Аларику, тот имел все шансы создать нечто уникальное, но Аргалор хотел своё тайное оружие, созданное против магов. Логично, что именно магу эту концепцию и не следовало давать.

По задумке, Лев хотел создать что-то вроде звуковой пушки, стреляющей в нужном ему направлении. К сожалению, его навыков не хватило, поэтому дикая смесь духов воздуха, звука и Эви била сразу вокруг.

Система была довольно проста — духи воздуха отвечали за создание необходимой частоты колебания, Эви укрепляла и восстанавливала запускающиеся в резонанс мембраны, а духи звука многократно усиляли и так далеко не самый слабый звон.

Будь Сиарис в своём лучшем состоянии, она могла бы среагировать, ведь её человеческое тело в большей степени было условностью, имевшей куда большую прочность и долговечность.

Она бы смогла телепортироваться из зоны излучения или взорвать установку, однако тяжелый бой с Аргалором, полученные раны и сотрясение мозга заставили её замедлиться, а сотрясшая и продолжающая мучать её тело невероятно сильная звуковая волна и вовсе почти выбили её сознание.

Она было схватилась за уши, но инфразвук терзал сразу всё её тело. Остатков драконьей прочности хватило, чтобы она не получила слишком большие повреждения, но было недостаточно для полной защиты.

Поддерживающее её заклинание парения дрогнуло и рассеялось, позволив золотоволосой фигуре всё быстрее и быстрее устремиться вниз к земле.

Бух! — с тихим хлопком она врезалась в покрывший землю пепел, где так и осталась.

— Вот поэтому, превращаться в жалких людей просто глупо. — едко фыркнул красный дракон.

Мысленный приказ, и Аргалор облегчённо выдохнул. Хоть его драконье тело и могло сопротивляться звуку, удовольствие ему это не доставляло. К тому же, когда ярость начала спадать невыносимо заболели все полученные им раны. Сиарис дала ему честный бой, последний раз он чувствовал себя так паршиво после столкновения с Баросом Мучителем.

Взмахнув крыльями, Лев решительно приблизился к смутно ворочающейся сестре.

Требовалось действовать быстро, пока она не пришла в себя.

Глава 16

Аргалор приземлился рядом с валяющейся почти без сознания Сиарис. Латунная инстинктивно возилась, пытаясь встать, но в её состоянии это было сделать очень проблематично. Кроме того, Лев не собирался давать ей это сделать.

— Хватит держать этот жалкий образ — разговаривать с тобой тошно! — в отвращении рявкнул он, вновь окинув взглядом её слабую человеческую форму. — А ну быстро превратилась обратно!

Удар, и латунная застонала от боли, когда драконий коготь врезался ей в ногу, прошив ту насквозь. Этого повреждения оказалось более чем достаточно, чтобы заклинание полиморфии окончательно выключилось, позволив человеческому тельцу резко расшириться, приняв исходный облик.

— Так-то лучше. — проворчал Аргалор и застыл, хмуро нависнув над распластавшейся перед ним сестрой. Кулаки красного дракона сжались, а сам он больше напоминал статую, чем живое существо.

Сдерживаемый до поры до времени гнев вновь вырвался из тисков контроля Аргалора и грозил сжечь всё, что посмело бросить ему вызов.

Прямо сейчас пылающие багровым глаза дракона видели перед собой не столько свою сестру, а скорее виновницу целого года мучений. Боль от потери сокровищ была столь сильна, что смертные расы даже представить себе не могут весь ужас подобной ситуации.

Ближайшее сравнение, хоть сколько-то приближённое к подобной ситуации, это гибель твоего собственного любимого ребёнка.

Связь была настолько прочная, что сокровища даже впитывали часть магии своих цветных хозяев, умудряясь самостоятельно отбиваться от многих воров и захватчиков.

Среди охотников за их сокровищами гуляло немало жутких слухов о драконьих кладах, превращающихся в гигантских золотых големов или сокровищах, что сводили с ума воров, заставляя тех погибать от голода.

Обратной же стороной таких привязанностей был тот психологический и магический удар, появляющийся при краже клада.

Неудивительно, что многие потерявшие свои сокровища драконы сходили с ума и многие месяцы бесновались вокруг, круша всё на своём пути, пока их не уничтожал какой-нибудь «доблестный» убийца драконов или они сами не успокаивались, хоть как-то примирившись с потерей.

В связи с этим большинство цветных драконов убили бы Сиарис здесь и сейчас. Неважно, что бы это было — драконий выдох, хватка гигантских челюстей или удар загнутых когтей, итог был бы один.

И Аргалор хотел так поступить. О, как же он этого желал.

Вся его драконья сущность напряглась, желая увидеть кровь беззащитно лежащей перед ним драконицы.

Но Аргалор или Лев Думов никогда бы не сумел сдать испытание Олдвинга на высший балл, будь он обычным драконом.

«Она же семья», — шептал Лев беснующемуся от ярости красному дракону, тонущему в своей же ненависти и боли: «Кем мы будем, если станем убивать своих же родных?»

«Драконами!» — ревел своим же сомнениям Аргалор: «Истинными цветными драконами, у которых никто и никогда не будет воровать, зная непреложную истину! Любой, пусть даже самое родное существо, осмелившееся украсть у нас — будет убито, несмотря на последствия!»

«Но ведь это неправда,