Фантастика 2025-152 - Екатерина Александровна Боброва

Юный О понял, что, конечно же, глаза генерала его не подводили. Ли Чжонму неплохо видел мелкие закорючки, которые сам увязывал в странные нити. Он не узнавал ни одного иероглифа великой империи Мин, однако, знал совсем неведомые знаки.

— 16800, — грустно сказал он своему слуге, когда вышел последний докладчик. — Понимаешь, О. Мне дали для воевания девятнадцать тысяч, а из оных у меня тысячи нет вообще. Больше тысячи — крестьяне без учения и оружия. А прочие… ты видел, О. Защиты в доспехах нет. Опытности? Даже не знаю. Мне нед… семь дней надо лагерь и сбор. Всё понять. Всё проценить. Не чувствую меру сил нас.

Сидя на постели, старый генерал запустил руки в волосы и сидел несколько вдохов, уставившись в пол.

— Может, и хорошо, что нет на Цусиме всего флота вокоу. Такой армией…

Посмотрел на присмиревшего Гванука и вдруг с улыбкой зажмурил на миг левый глаз.

— Ничего, О! Вступим в бой — а там рассмотрение возникнет!

Он решительно встал, огладил волосы и вышел на палубу.

— Ри Чинъён! Приказ: ставить парус, мочить весла! На Цусиму!

— Да, генерал! — радостно закричал с носа капитан. — Шевелись, черепахи! На Цусиму идем!

— И трубите по трубам, чтобы все видели движение!

Капитан широкими шагами подошел к Ли Чжонму и указал на матроса, который с обезьяньей ловкостью взбирался на матчу. На самом верху вынул из-за пазухи большой красный лоскут и привязал его. Тряпицу перечеркивали три жирные белые вертикальные полосы.

— Вот, сиятельный, первый знак! — довольно пробасил Ри Хинъён. — Все увидят, что мы тронулись, услышат трубы и заодно увидят этот флаг. Так они поймут быстрее, что он значит…

Ли Чжонму кивал, улыбаясь.

— Я поначалу хотел просто красную тряпицу повесить, — доверительно пояснил Ри. — Но потом решил, что на фоне моря или неба лучше видно контрастное изображение. И вот полосы.

— Ты — молодец, Ри! Можно пустить веревку от кормы к верхушке. Снизу цепляешь флаг или много их, тянешь веревку — и они вверх!

— Много флагов… — задумался капитан. — Значит, можно сложные команды передавать.

— Видно мне — твой доклад будет интересен, — старый генерал хлопнул Чинъёна по плечу.

А потом был разговор с секретарем Ким Нгуеном. Тот охотно, с улыбочкой зачитал свои данные по числу воинов великой армии Чосона… А затем генерал выдал совсем другие числа — те, что послали ему другие командиры. И даже не глядя в свои странные записи! Всех до последнего воина назвал. Скольких нет, сколько больных, сколько — безоружных крестьян. В каком корпусе двухсот человек не хватало, в каком — трехсот. Самая ужасная ситуация оказалась в отряде Пак Сила из Левой армии: из заявленных двух тысяч он имел всего 1240 вооруженных людей. А лучше всего, у столичного выскочки Хван Сана — 980 из 1000.

— Случается, Нгуен, вы оплатили содержание более двух тысяч воинов, чьих нет? — вздел бровь главнокомандующий.

— Но часть же крестьяне, — попытался оправдаться округлый слуга. — Их же тоже надо содержать.

— Зачем армии содержать крестьян? — прикрикнул вдруг Ли Чжонму. — Зачем пустые траты? Лучше бы выкупили лишние стрелы… порох!

— Сиятельный, нам подавали такие числа, мы выделяем средства на них.

— Кто подавал? Мои командиры?

— Нет.

— А кто?

— Сиятельный… — Ким Нгуен извивался, как уж в сетях. — Ну, зачем вы задаете такие вопросы? Вы же знаете — в Палате Войск… — секретарь генерала делал странные движения глазами. — Всё утверждено самим Левым Министром Рю Чонхёном при благорасположении короля… и короля…

— А командиры, значит, спешно сгребали повсюду земледеятелей, чтобы подбить… баланс?

— Я всего лишь ваш слуга, а не командующий, — начал вилять Нгуен.

— Значит, ты их обвиняешь?

— Что вы!!!

— Запомни, Ким Нгуен! В моей армии деньги идут на воинов! Это путь победы! Уяснено?

Толстячок испуганно кивал.

— И я выясню, кто поразовал. Ты ли с прочими казначеями… Или командиры поделили… Или, — И Ли Чжонму сунул палец под потолок покоев. — Если от вашей доходности армии не хватит для победы — до всех доберусь! — и старый генерал так грохнул кулаком, что вздрогнули все.

— Вопрос! — вдруг сам себя остановил Ли Чжонму. — А на вооружение крестьян были средства?

Ким Нгуен совершенно втянул голову в плечи.

— Где они? — заревел старый генерал. — Растащили?

— Нет! — пискнул Нгуен. — Не успели потратить. Они здесь.

— Показывай!

Секретарь отвел своего господина в дальнюю часть покоев и достал несколько хитро запирающихся сундучков. Открыл один.

— У вас бумажные деньги⁈ — Ли Чжонму внезапно забыл весь свой гнев.

— Конечно, — дернул плечом Ким Нгуен. — Как во всем Чосоне. Минские монеты в поход брать недозволено.

— Сколько здесь?

Толстячок назвал сумму. Генерал Ли скосил взгляд на Гванука, чтобы хоть понять: много это или мало. Но, видимо, решил, что уточнит потом.

— Если пропадут — засуну зад тебя в Чонтонг и выстрелю.

Часто кивая, Нгуен попятился и убежал прочь из покоев. Ему вдруг сильно расхотелось находиться подле главнокомандующего.

Больше приемов в тот день не было. А на следующий день флот Чосона достиг Цусимы.

Глава 5

Черная полоса огромного острова появилась на востоке едва только занялся рассвет и рассосалась ночная чернота. Цусима вытянулась длинной полосой с севера на юг, а почти посередине в береговой линии уже был виден пролом. О Гванук знал, что это залив Асо. Огромный, как пасть гигантской акулы. И, как пасть акулы, он был весь усеян «клыками» — скалистыми мысами.

— Лодку! — уже уверенно скомандовал генерал Ли.

— Сиятельный! — возмутился Ри Чинъён. — Ты не пойдешь в бой на моем мэнсоне?

— Не переживай, храбрый капитан, — улыбнулся Ли Чжонму. — С тебя бой возглавит командир У Пак. Он поведет во врага Среднюю армию. Славы хватит. А мне значение имеет быть в другом месте.

В другом — это, конечно, на «черепахе» с Чонтонгом. Лодочку на этот раз нашли быстро, главнокомандующий взял не только Гванука, но и Нгуена и еще пару человек из свиты. Также капитан Ри передал ему моряка для чтения посланий, сведущего во всех способах