"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

Тот стоит в двух шагах. Его маленькие глазки прищурены, он смотрит то на Толика, то на удаляющегося связного с ящиком в руках.

— Клубнику продал, — с гордостью говорит Толик. — Последний ящик!

Бугай молча смотрит ему в лицо. Потом медленно переводит взгляд на прилавок, будто что-то высчитывая.

— Быстро он у тебя решился, — произносит Бугай наконец. — И без долгого торга.

— Ну, я со скидкой предложил, если всё заберёт, — пожимает плечами Толик. — Он, видать, торопился. Сказал, гости к нему едут.

Связной скрылся в толпе и унёс ящик с драгоценной гильзой внутри. Сообщение ушло. Первая часть задания выполнена.

Толик улыбается, но Бугай, похоже, остался недоволен его ответом. Он поворачивается и идёт к Сергею, который стоит в другом конце ряда и о чём-то разговаривает с местным торговцем.

Бугай наклоняется к главному и что-то шепчет. Затем оба проворачиваются к Толику.

Главное, чтобы им не пришло в голову догнать связного. Сообщение, конечно, спрятано, но не то чтобы очень…

* * *

После целого дня дел и проверок я, наконец, позволяю себе просто поужинать в тишине. В столовой пахнет жареной дичью и свежим хлебом.

Откидываюсь на спинку стула, смотрю на огонь в камине. Хорошо.

Плантация макров даёт первые стабильные деньги, кузнец уже договорился с парой горняков, гвардия пополняется новыми лицами, а уши в особняке Пересмешникова на Изнанке, если верить Фёдору, работают без сбоев.

Не всё идеально, конечно. Краб с зелёными глазами всё ещё гуляет на свободе и строит мне козни через чаек. Но в целом — прогресс есть.

Вдруг в дверях появляется слуга с деревянным ящиком в руках. Он стоит нерешительно, не зная, прерывать ли ужин. Бросаю на него взгляд:

— Входи, — говорю я, откладывая вилку. — Что там?

— Это, ваше сиятельство… принесли. Сказали — передать лично вам. И что это привет от Толика.

Я смотрю на ящик. Обычная дешёвая тара из-под фруктов, сверху прикрытая марлей. Через неё проглядывают красные ягоды. Явно клубника.

— Поставь на стол, — киваю я. Слуга ставит ящик на стул рядом и удаляется.

Я откидываю марлю. Ягоды на вид вполне съедобные, спелые, пахнут так, что аж слюнки текут. Улыбаюсь про себя.

Молодец, Толик. Умудрился-таки передать весточку. Пусть и такую — съедобную. Осматриваю ящик на предмет записки — ничего. Видимо, просто дал знать, что он жив, внедрился, и пока всё в порядке.

Подробностей я особо и не ждал — в первый же день сложно раздобыть что-то ценное. Главное, что человек на месте и может передавать сигналы. Это уже хорошо.

Доедаю ужин не торопясь, размышляя о завтрашних делах. Потом поднимаюсь и иду в свои покои, прихватив ящик. По пути встречаю Олю — она как раз несёт папку с бумагами, видимо, готовилась к вечернему отчёту.

— Идём со мной, — говорю я. — Отчёты подождут.

Она удивлённо поднимает брови, но следует за мной без вопросов.

В покоях я ставлю ящик на низкий столик у дивана. Оленька садится напротив, её взгляд скользит по ящику.

— Что это? — спрашивает она.

— Гостинец, — говорю я, снимая марлю полностью. — От Толика.

— Клубника? — глаза девушки загораются.

Не удивительно — свежие ягоды в это время года, да ещё такие, дорогое удовольствие. На её лице появляется очень милая улыбка, которая бывает только тогда, когда она забывает о делах и бумагах. Та, которая мне нравится в ней больше всего.

— Настоящая? Или бутафория для прикрытия? — шепчет она и уже тянет руку.

— Настоящая, — улыбаюсь я. — Смело угощайся.

Она больше не сдерживается. Берёт одну ягоду, потом другую, отправляет их в рот и закрывает глаза от наслаждения. Смотрю на неё в этот момент — и улыбка сама собой наползает на лицо.

Два в одном выходит, и от Толика весточку получил и Оленьку порадовал.

— Нравится? — спрашиваю.

— Очень вкусно… — говорит она, уже тянется за следующей ягодкой. — Сладкая, ароматная. Просто объедение. Хотите?

— Ешь, — подмигиваю ей и продолжаю наблюдать за красоткой, откинувшись на спинку дивана.

Приятно видеть её такой.

Оленька съедает очередную ягодку, и вдруг её лицо искажается. Раздаётся отчётливый металлический лязг.

— Ой! — восклицает Оля, хватаясь за щёку. Её глаза становятся круглыми.

— Что такое? — приподнимаюсь я, хотя уже догадываюсь.

Оля, скривившись, достаёт изо рта маленький предмет.

— Это… гильза? Пистолетная гильза? — сердито спрашивает она. — Какому идиоту, пришло в голову засунуть гильзу в ягоду? Для чего это вообще было сделано? Можно же было подавиться! Или зуб сломать!

Я не могу сдержать усмешку. Потом смеюсь открыто, глядя на её разгневанное, раскрасневшееся лицо и на гильзу, сверкающую на её ладони в свете огня.

— Тихо, тихо, — говорю я, поднимаясь и подходя к ней. — Не ругай нашего гвардейца. Он, оказывается, находчивый.

Я беру Оленьку за подбородок, мягко поворачиваю её лицо к себе и целую в ещё сладкие от клубники губы. Она на секунду замирает, возмущение понемногу тает.

— Но зачем? — спрашивает она уже тише, когда я отпускаю её.

— А вот сейчас узнаем, — говорю я, забирая у неё гильзу.

Она лёгкая, но внутри, свёрнутый в тугую трубочку, лежит маленький листик бумаги. Я вытаскиваю его.

— Что это? — шепчет Оля, уже забыв про обиду, её глаза снова горят, но теперь любопытством.

— Новости от Толика, — говорю я, осторожно разворачивая хрупкую бумажку.

Текст на ней написан крошечными буквами, простым карандашом. Шифр несложный — мы договорились о нём заранее. Я быстро пробегаю глазами по строчкам, переводя в уме.

«Внедрился. Приняли как беженца Трофима. Глава — Сергей. Правила строгие, наблюдение постоянное. Культ подтверждается: символы Сольпуги на стенах, татуировки на запястьях. Связь затруднена. Будут проверять. Жду указаний. Т.»

Я перечитываю сообщение ещё раз, потом медленно складываю бумажку и кладу её на стол. Оля смотрит на меня, затаив дыхание.

— И что? Он в порядке?

— В порядке, — киваю я. — И уже работает. Предупредил, что за ним следили во время передачи. Значит, там не дураки сидят. Надо будет дать ему команду действовать ещё осторожнее.

— И что делать, раз за ним следят? — спрашивает Оля.

— Это не проблема, — говорю я. — Толик справится. Он просто предупреждает нас, чтобы связной был осторожнее в следующий раз.

Я смотрю на оставшуюся клубнику, потом на Олю. Она уже успокоилась и с любопытством слушает меня. Я же улыбаюсь и подтягиваю её к себе:

— Прости, что пришлось твоими зубками рисковать, — коротко целую её. — Но иногда самые важные сообщения приходят в самой неожиданной упаковке.

— Я предпочла бы просто записку, — вздыхает она. — Хотя… клубника и правда очень вкусная.

— Вот и отлично. Остальное можешь доесть, если хочешь — предлагаю я. —