Бастард рода Неллеров 1-11 - Серг Усов

одни только доходы от постоялого двора увеличились вдвое, при том, что он ни зольда на ремонт гостиниц и конюшни из казны обители не взял. Брат Алекс Виктором никак нахвалиться не может. Да и подозрительных личностей вон как оперативно вычислил. Не говоря уж об еретике, которого он раскусил среди постояльцев.

Богохульник прибыл из Виргии, чтобы купить нашей святой воды для демонстрации своим адептам бессилия Создателя. Урод. Его сожгли на площади в Готлине за полторы недели до моего возвращения. Что ж, каждый сам выбирает свою судьбу. Нормальный человек бы против нашей матери-церкви злоумышлять не станет. Она реально много пользы приносит людям. Не только утешение, но и защиту от всякого рода культов или язычества с его практикой человеческих жертвоприношений.

— Вылить их? — с тревогой в голосе спросил брат-винодел.

Не знаю, чего уж он прочитал по моему лицу. Его я ещё никак не отругал и не наказал, хотя в произошедшем с моим напитком и его вина имелась. Впрочем, ладно. Буду считать, наказания, наложенного на него преднастоятелем в виде недели под замком на хлебе и воде с него достаточно. Но и добрых взглядов от меня ему долго ожидать придётся. Пусть даже он винодел от бога. Наше вино в Неллере и Рнасбуре ценится не дешевле привезённых издалека частично по морю лабоских и гиренских сортов.

— Я тебе вылью сейчас, — с досадой отвечаю. — Одну пока здесь оставь, её через пару недель подьячий Виктор заберёт. А две других прямо сегодня пусть откатят в лекарню брату Симону для зелий и в качестве антисептического средства.

— Антисти… чего?

— Не важно. Где твои рабы? Пусть впрягаются. Целитель уже знает, что нужно с содержимых этих бочек делать.

Уходя из каземата, зачем-то пнул по его двери, выплеснув раздражение. Блин, как дитё малое, всё никак со своими юношескими гормонами по доброму договориться не получается. Что брат Сергий сейчас с виноделом подумали? Да, плевать. Первый и не такие финты от меня видел, а второй пусть знает, как он меня расстроил. Может стыдно будет.

На верхнем ярусе меня перехватил брат Никита. Тюремщик пожаловался, что верстак для пыток, на котором растягивали подозревамых и сдавливали тисками, до сих пор не вернули из столярной мастерской, хотя отнесли туда на ремонт ещё неделю назад.

— А что брат Георг говорит? — уточняю.

— Говорит, по вашему указанию там сейчас дополнительно к обычным в первую очередь делают облицовку и мебель для дома лейтенанта Ромма.

— И? — останавливаюсь перед самым порогом выхода на улицу. — Ты хочешь обжаловать моё решение? — настроение после испорченных бочек и так не на высоте, а тут ещё этот лезет с пустяковой проблемой. Будто у нас кроме верстака нечем людей увечить. Да и некого пока. — Брат Никита, давай сделаем оба вид, что ты ничего не говорил, а я, соответственно, ничего не слышал.

Понятно, что он у меня ответственный, и за своё хозяйство переживает, но голову тоже нужно иногда включать. Вот выполнят заказ для Эрика, сразу же и за этот верстак возьмутся.

— Да-да, ваше преподобие, я ж только хотел… — испуганно и даже один раз икнув, забормотал тюремщик, но я его уже не слушаю.

С Сергием вышли на воздух, и я зажмурился — заходившее на закат солнце ещё не спряталось за стеной обители и сильно ударило меня по глазам. Прикрыл ладонью, приложив её ребром ко лбу, создав этакий козырёк. О, ещё тема, солнцезащитные очки. Пусть не хамелеоны, но уж с тёмными стёклами сделать как два пальца. Легко. Даже знаю подходящий краситель. Конечно, чудаковато в такие времена будет увидеть людей в солнцезащитных очках, однако спрос точно будет. Всё ж в Кранце и южнее большинство дней в году солнечные, и солнце очень яркое. Уверен, такая новинка дворянам и не только придётся по душе. Она ж намного лучше многих тех дурацких украшений, разцветок и моделей одежд, которые существуют сейчас. Ага, не забыть бы только. Блин, я ж уже решил на одну только память не полагаться.

— Брат Сергий, — оборачиваюсь. — Стило, вижу, и вощёнка при тебе, молодец, предусмотрительный, запиши: тёмные стёкла в оправе. Потом в журнал идей перенеси не забудь.

— Как? — переспросил секретарь.

— Ох, Серг, стоит тебя похвалить, ты тут же становишься тугодумом. — качаю головой, глядя, как ко мне ускоренным шагом от караулки приближаются Арчи Добнес и Кир Бирюк. Наставника я не вызывал, но раз приехал, пусть будет. Тогда завтра половину тренировок посвящу рукопашке. Опять дам братьям повод для шушуканий по углам. Как мыши порой, честное слово. — Повторить?

— Нет, ваше преподобие, — покраснел Сергий. — Я запомнил. Просто необычное услышал. — он тут же вдруг улыбнулся. — Как нередко уже бывало. Привыкну, милорд.

Быстрым шагом ко мне приблизились сержант с Киром. Своих коней они, так понимаю, кому-то передали. Не пешком же они сюда с заимки прибыли? Вид встревоженный. Зря я сообщение ему передал очень короткое, из двух слов «срочно приезжай». Надо было подробней, дескать, ничего особо плохого им здесь не услышать. Обычные рабочие моменты. Хотя, обычными я б всё ж подозрение на подготовку покушения на мою особу всё ж не назвал.

— Гонец сказал, ваше преподобие, что…

— Привет, Арчи, привет Кир, — улыбкой показываю, что их тревога ни к чему. — Здорово, что так быстро прибыли. Даже быстрее, чем я рассчитывал. Ну, оно и к лучшему. Сержант, иди в казарму, в столовую, поздравь своего бывшего командира и боевого товарища с женитьбой. Только сильно не напивайся. Через пару часов приходи ко мне в покои, у нас состоится серьёзный разговор, и вести его желательно на трезвую голову. Тебя, Кир, там не ждут, но в принципе, если есть желание, можешь составить компанию Арчи.

— С вашего позволения, я лучше пока пойду в свою комнату устроюсь. — наставник застеснялся ввалиться незваным гостем на свадьбу. — Мне тоже нужно будет к вам подойти?

— Нет, это не по твоей теме разговор, — мотнул головой. — Завтра на тренировке встретимся. Сходи пока в городок наш, развейся. Скучно поди после Рансбура в лесной глуши?

За него ответил сержант:

— Нам там некогда скучать, милорд.

Расставшись с ними поспешил к себе, по пути отправив попавшегося на глаза служку за виконтессой Дитонской. Паренёк этот, оказывается, так быстро бегает, а Юлиана с Эйты настолько извелись в ожидании моего общества, что пришли в аббатские покои почти одновременно со мной. Ну, может на пять минут попозже.

Вонять рядом с ними тюремными подземельями мне совсем не хотелось, так что, любимой кузине и её вассалу пришлось в гостиной некоторое время довольствоваться