"Фантастика 2025-195". Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко

— Тогда уйдем мы, — сказал невесть откуда взявшийся рядом Лех Шустрик.

Он сел рядом и настороженно уставился на занимавшихся своим делом бывших гладиаторов.

— Боюсь, что и это не получится. Просто так они нас не отпустят.

Сереге понравилось, что Смотрящий сказал «нас». Стало быть, он уже сторону выбрал, это не может не радовать.

— Побояться просто так отпускать, вдруг нас поймают, и мы их тут же с потрохами сдадим. К тому же они знают, что кто-то из вас побывал в княжеской сокровищнице и что-то прихватил. Так что пока все карманы не выпотрошат, не отпустят. Да и девчонка… — Дорин скептически посмотрел на спящую Айру. — Так что нас проще прирезать. Карим своего не упустит. Так что решай, командир. Порядок тебе наводить.

— А тебе это зачем? Почему сам в командиры не лезешь? — спросил Одинцов.

Дорин ухмыльнулся, размял кулаки, словно собирался залепить плюху (при этом Шустрик сильно напрягся), но все же ответил:

— Не мое это. Да и любопытно посмотреть, как ты выкрутишься.

— Спасибо за прямоту мысли, — поблагодарил Одинцов.

— Вот молодец, удружил, нечего сказать. Я-то думал, уйдем из дворца, заживу по-крупному, а ты с собой свиту решил прихватить. Теперь вот не спи, не ешь, а то ненароком либо горло пером перечеркнут, либо мясо отравят, — разворчался Лех.

— Не психуй, прорвемся, — приободрил Серега. — Я так думаю, надо привлечь на нашу сторону хотя бы половину отряда, тогда можно будет с этим Каримом и побороться. Кто из бойцов надежный и разумный? С кем дело можно иметь?

Смотрящий задумался.

— Через мои руки многие новички прошли. Я бы дело с охотниками имел. Хорст и Бобер — тоже ребята толковые.

— Ты же говорил, что они уйдут?

— Я предположил. И потом, человека всегда заинтересовать можно. Еще Колин и Драмин тоже мне надежными ребятами кажутся. Пожалуй, и все. Остальные ребята под вопросом.

— Хорошо. Решим эту проблему, встанет другая. Ну, оторвемся мы от егерей, выйдем из лесов Боркича, а дальше что делать будем? Какие мысли и предложения? — спросил Одинцов.

У него и свои соображения были, но все же хотелось услышать, что на эту тему Дорин и Шустрик думают.

— Эй, ребята, полегче на поворотах, не гоните лошадей. Я до ближайшего города с вами, а потом наши пути-дорожки разойдутся. У меня своя судьба, у вас — своя, — возмутился Шустрик.

Серега нахмурился. Об этом он как-то не подумал. Понятное дело, Лех воровским делом промышляет. Да и от драгоценного камня ему избавиться надо, но расставаться с пройдохой Одинцов не желал. Ладно, до ближнего города далеко. Чего-нибудь придумаем.

— Мы умеем только сражаться и убивать. И я вижу лишь два пути. Либо нам на большую дорогу податься, кошельки стричь у добрых путников, либо завербоваться в наемнический отряд. Тут тебе и жалованье, и возможность применить свои навыки, — ответил Смотрящий.

— Разбойный путь мне не подходит. Вот наемник, тут подумать надо. А где сейчас эта братия требуется?

— Мне откуда знать. Я почитай два десятка лет под горой прожил, так что реалий не знаю. Кто с кем воюет, кто с кем дружит, — развел руками Дорин.

— Да ладно. Тут все просто. Ближайшее место, где мы можем оказаться в безопасности да и ваши умения цену свою найдут, — это княжество Вестлавт, — сказал Шустрик.

При этих словах Смотрящий пренебрежительно поморщился.

— В чем дело? — спросил Сергей.

— Не люблю я этих зазнаек, — признался Дорин.

— Это не беда. Почти все боркичи на дух не переваривают вестлавтцев. Когда-то эти два княжества были единым государством. Потом два брата что-то не поделили, как это всегда бывает, и разругались. Один другого в крепость тюремную кинул. Партия, поддерживающая проигравшего брата, подняла бунт. В историю он вошел как Бунт Голых.

— Почему такое название смешное? — перебил Шустрика Серега.

— А потому что бунтовщики своих выживших врагов догола раздевали да впереди своих войск пускали в таком виде. Кто-то стрелять убоится: все-таки свои, кто-то растеряется. Эта стратегия сыграла свою роль. И бунтовщикам удалось освободить своего лидера. Он увел их за собой и основал княжество Боркичей. С тех пор Боркичи и Вестлавтцы не могут никак общий язык найти и все время дерутся друг с другом. Так что вы там можете заодно и себе работу найти. Слухи ходили, что князь Георг III войска собирает, чтобы в очередной раз померяться пузом с князем Боркичем.

— Мне эта идея нравится. Так что на том и порешим. Идем в Вестлавт, — сказал свое веское слово Сергей.

— Дурной мы отряд наемников. У нас ни амуниции, ни оружия толкового, ни денег, — разочарованно протянул Дорин.

— Это точно, — вынужден был согласиться Одинцов. — А что если нам вернуться и ограбить один из торговых княжеских караванов. Там и оружием, и одеждой, и лошадьми разживемся.

— Кто-то же говорил, что грабить не будет, — ехидно прищурившись, напомнил Смотрящий.

— Ну, один раз, как известно, — задумчиво произнес Серега, — неопасно.

— Ну, разве что только один, — недоверчиво протянул Дорин и заговорщицки подмигнул Одинцову. — Пойду с мужиками поговорю.

Он грузно поднялся и пошел в сторону державшихся вместе Колина и Бобра.

Сергей проводил его взглядом и пристально посмотрел на Леха.

— А ты правда не хочешь с нами покочевать?

— А что я на пыльных дорогах забыл? Мое ремесло в ином. Мне к городам поближе держаться надо, а не с армией разъезжать и биться за сомнительные идеалы, — ответил Шустрик.

— Ты ловкач изрядный, но мне такой человек нужен. Да и к тому же я с тобой практически с первого дня. Совсем не хочется расставаться, — задумчиво произнес Одинцов. — Неужели совсем-совсем нельзя тебя ничем заинтересовать? К тому же я бы не хотел весь остаток дней своих в наемниках отмотать.

— А что бы ты хотел? — тут же спросил Лех.

— По мне, так заиметь небольшой кусочек земли со своим замком да заняться бы чем-нибудь мирным, чтобы и доход приносило, и удовольствие было, — задумчиво произнес Серега.

Шустрик покосился на него, недоверчиво хмыкнул:

— Виноделием что ли?

— А хотя бы. Благородное дело.

— Для того чтобы свой замок заиметь, тебе придется полжизни на чужой войне кровь проливать, а там глядишь, если выживешь, и замок прикупить сможешь. А потом, через годик, какая-нибудь молодая кровожадная сволочь заявится к тебе в замок да возьмет его штурмом, а тебя прирежет на твоих же собственных виноградниках.

— Злой ты.

— Тем и жив, — сплюнул на землю Шустрик. — Но есть в тебе что-то такое каменное, волчье. Прав был тогда тюремщик. Волк ты, так что, может, что и получится. Только вряд ли