Фантастика 2026-101 - Виталий Конторщиков

--Серёг, а ты где вот это «Значит» к своей речи прижил, или ещё с земли?

--Тоже заметил. Эх, да понимаешь, меня же сюда не сразу направили, я из первой партии. Даже на земле ещё никто не знал об этой планете, а мы уже здесь лес валили. А начинал я с Москвы, местной конечно. Вот как там всё отрыли и очистили нас и разбросали по всей округе. Чтобы ты знал, в столице зеков и штрафников больше не осталось, и так по всему миру. А это слово…

Да был у нас в бараке фармазон один крученный, его вечным дневальным называли, нигде никогда не работал, но анус начальникам вылизывал, закачаешься, вот он своим бесконечным, слащавым трёпом и доставал всех. Такой безобидный юродивый типок. Фразочки лепил раболепные, и куда не попадя вставлял своё, значит или значится, вот и ко мне это слово «прилипало» пристало, хрен отдерёшь. Чел уже давно на Земле кайфует а народ его до сих пор здесь вспоминает.

Так, вот так, так. Почему-то я был уверен, что тоже знаком с этим товарищем.

-- Это что получается, он тут год пробыл и домой? --Повернувшись на бок, я уставился на «Волка» ожидая его ответа.

--Бери выше, этот «дурачок» год на земле разменял на год тут, но со списанием долга, а наворовал он не слабо ещё до прилёта этих товарищей. Я же говорю, шнырь был знатный, когда нас раскидывали, его в Тулу перевели досиживать, только он и там вечным дневальным устроился, пока я здесь лес валил. Вот так вот, значит. Тфу ты прости господи. Вот же сука, увидел бы, убил, чес слово.

Мой странный мозг, услышав, что Серёга валил лес, сразу выдал теорию.

--Теперь понятно, почему ты две недели на «Владыку» забирался, он наверняка в курсе как ты природу мать душегубил, вот он тебе и испытание придумал, ты тут типа грехи замаливал.

Но интересовало меня другое, почему этот «Петро», вечный вахтенный, вместо того чтобы улететь домой, остался здесь, а что это один и тот же человек я даже не сомневался, а вот волк возбудился от моего замечания. Вскочив, он забегал по площадке, вцепившись рукой в свои патлы. Резко остановившись, он ткнул в меня пальцем.

--Слушай, а ведь вполне возможно, что ты прав, «лесных егерей» у нас тогда ещё не было и мы валили лес, как придётся, весь подряд.

Меня просто разрывало, хотелось уточнить ситуацию с Петро, и узнать о «лесных егерях», наверно моё лицо опять выдало меня с головой, и он решил пояснить.

-- Понятно, ты же на война пошёл, и вам таких вещей не объясняли, ну тогда слушай.

Специалисты или «Иксы» в своей основе это не воины, а гражданские люди, ну те, кто занимается хозяйством в самом широком смысле этого слова. И часто случается что человек, например, валит лес и начинает замечать странности. И не только лесорубы, ещё и горняки, водовозы, да все наверно, просто эфир вероятнее всего развивает те твои способности, которыми ты профессионально занимаешься.

Лесной егерь видит деревья, которые можно срубить, не ломая местную экосистему, рудознатец замечает руду в горных породах и недрах земли, водовозы чувствуют воду, ну и так далее, теперь понял?

-- Да, спасибо что рассказал, но у меня к тебе вопрос? Скажи а того чувака что в Тулу перевели, не Петро случайно звали.

Серёга очень странно на меня посмотрел и ответил.

-- Нет, Вано, чего это он тебя так заинтересовал? --Судя по его лицу он сам офигел от такой созвучности.

--Понимаешь, я тут недавно повстречал первого толстого человека на этой планете, и ты не поверишь, он работал вечным вахтенным в одной из казарм.

--Толстого говоришь. --Серёга приподнял тело и, усевшись «по-турецки» развернулся ко мне.

* * *

Джеймс Тейлор (младший) с угрюмым выражением лица, читал очередное донесение с ленты телеграфа. Впрочем, к полученной информации его мрачное настроение, ни имело ровно никакого отношения. Да и сердитым, он себя не ощущал. Просто это был не более чем его поведенческий паттерн, который он использовал для общения с нижестоящими учениками и смотрителями Московского представительства «Ордена знаний».

Сейчас Джеймс, лихорадочно решал, как ему поступить, можно самому воспользоваться информацией и принять решение, или всё же сначала доложить второму стражу. Казалось, отсиди спокойно своё дежурство и сдай отчёт, тем более никаких событий в принципе за его смену не произошло, и это банальное сообщение от агента «Штука», находящегося на задании в поселении Новая Рязань, ничем не отличается от сотен ему подобных. Но был один нюанс, и он носил имя Джемс Тейлор (младший).

С самого рождения маленький Джемс был чрезвычайно завистлив, его буквально сжирала внутренняя жаба, глядя на новый велосипед у соседского мальчишки, на хорошую и дорогую одежду своих одноклассников, завидовал богатству, успеху, славе, да всему, чего казалось, его несправедливо обделили, и с годами, это чувство только росло и крепло.

В гармонии с его самой сильной эмоцией, взрастали и другие черты его характера. Чтобы соответствовать недосягаемым предметам и лицам, ему приходилось много врать, и это у него просто отлично получалось. Учитывая изначально трусоватую натуру, к окончанию школы из Джеймса получился напрочь лживый подонок, вознёсший своё лукавое лицемерие в ранг внутренней добродетели.

Нью-Йорк, куда Джемс отправился поступать в колледж, произвёл на него неизгладимое впечатление, только усилив все его фобии и желания.

В своей новой группе он начал врать сразу, начиная прямо со знакомства и первых разговоров. Студентам он представился как сын владельца туристического бизнеса из Вифлеема, но образование получивший в Лондоне.

Джемс за прошедшие годы научился врать лукаво и изощрённо, стараясь в своих рассказах не вдаваться в подробности, что бы в конец не погрязнуть во лжи. Вот и в колледже он действовал также.

Он действительно родился в Вифлееме, и казалось, гордись, что ты появился на свет в месте рождения Христа и где правил Давид. Вот только его Вифлеем находился в штате Пенсильвания, и омывала его не Божья благодать, а местная река Лихай. Натянув как всегда «Сову на глобус», он представил второго партнёра небольшой букмекерской фирмы за владельца туристического бизнеса. Это вообще не представляло для него проблемы, своих родителей он люто ненавидел, даже не замечая, кто ему проплатил учёбу, и закидывал деньги на мелкие расходы

И даже в Лондоне он учился, правда, три дня. Будучи там, на школьной экскурсии постигал азы местной артикуляции.

Патологическая жадность и жажда