Фантастика 2026-68 - Сергей Витальевич Карелин

Хряк ухмыльнулся – прав был Гимназист. И деньги с квитанциями на месте.

– Ну что, Лодыга, – атаман почему-то обратился именно к этому бандиту, – поверим Гимназисту на первый раз?

Ратманов перевел взгляд на Лодыгу. Тот лишь хмыкнул.

Хряк сбросил с колен свою маруху. Подошел к попаданцу и положил руку ему на плечо, даже, скорее, обхватил сзади за шею, одновременно демонстрируя как свое одобрение, так и свою силу.

– Ну что, сделал дело, как говорится, гуляй смело. На тебе червонец сверху. Хряк добро не забывает.

Слышать подобное от уголовника было не очень-то приятно. Но преступник Георгий Ратманов снова победил опера Юрия Бурлака. Деньги принял. И пошел к себе. Остальные бандиты тоже расходились.

Ратманов до этого не успел справить нужду и хорошенько умыться. А проделав со своим новым телом все эти нехитрые манипуляции, прошел в дом чуть глубже, чем мог бы. И покосился в сторону лежака, который обычно занимал Лодыга. Лодыги там не было.

4

Пьяный Лодыга ржал, как конь в шантане «Негасимая свеча» – подобные названия были довольно популярны в дореволюционной России. А спаивал его Копер. Ушлый тип. Обиженный член банды. Старый приятель. Свой в доску. И гораздо более понятный, чем этот Гимназист.

– Ты мне вот что скажи. – Копер выглядел намного трезвее Лодыги. – Ты можешь на все сто утверждать, что Гимназиста взяли фараоны?

– Могу, – отсмеявшись, согласился Лодыга.

– И то, что он вышел оттуда, проведя время на половине старших чинов?

– Могу, – кивнул Лодыга.

– Твои слова против его, когда доберемся до Хряка.

– Ага. – Пьяный Лодыга кивнул и снова принялся ржать, ничего не мог с собой поделать. – Только цыган давай послушаем. Тут цыгане выступают!

Копер до того держался. Но буйный нрав прорвался наружу.

– Недоумок!

Лодыга с блаженной улыбкой посмотрел на старого подельника.

– Вошь этапная. – Копер выругался себе под нос и резко встал из-за стола, едва не опрокинув остатки выпивки.

Обиженный член банды ушел.

А Лодыга еще какое-то время кричал ему вслед что-то про гимназистов и фараонов. Только по большей части уже к делу не относящееся и нечленораздельное. Пока его окончательно не закрутило в хоровод цыганских страстей. Такой преступник даже опаснее обычного предателя, подумал бы Ратманов…

5

Георгий не мог уснуть. Воровская малина занимала довольно обширное пространство в подвале старого дома. Как таковых комнат здесь не было. Но стен, простенков, закутков – сколь угодно. При желании уединиться, отгородиться от остальных воров это легко можно было проделать.

Вот и Ратманов лежал на топчане на приличном расстоянии от «сослуживцев». Сюда доносился лишь отдаленный храп, да периодически слышались какие-то шаги из другой половины подвала – кто-то входил и выходил несколько раз.

Очередная ночь после перемещения во времени. Жуть какая! Теперь Георгия почти трясло. Первая шоковая реакция как у опытного опера у него была… никакая. Взять себя в руки и действовать по обстоятельствам. Так его учили. И он умел отбросить лишние мысли в нужный момент.

Но теперь попаданец остался один на один с самим собой. И получил время на то, чтобы порефлексировать по-настоящему. Ратманов-Бурлак сжал кулаки. Вернее, впился ногтями в мягкие подушечки собственных ладоней. До боли, до хруста, даже до крови на левой руке. Потом зажмурился. Отпустил. Потом еще раз. И снова отпустил. Вроде чуть-чуть полегчало.

Итак, с чем же он столкнулся? Что скажет его внутренний Шерлок Холмс? События в прошлом выглядят очень натуралистично. Это не похоже на обычный сон. Вдобавок Бурлак припомнил, что не видел «обычных снов» несколько лет. То ли работа такая, отнимавшая все его время и не позволявшая даже поспать нормально, то ли какая-то особенная внутренняя душевная организация. Но спал он мало. И если уж спал, то как убитый. Потом ничего не мог вспомнить.

Далее. Воровская жизнь в прошлом выглядит даже еще более натуралистично, чем историческая Москва. Город он еще как-то мог бы нарисовать в собственном воображении. И даже добавить то, чего нет. Все-таки он не историк, чтобы полагаться на свои знания в этом вопросе.

Зато воровские нравы, говор, какие-то детали из прошлого – все было точь-в-точь как в книгах о преступном мире, которыми он зачитывался в будущем. И уж в этом вопросе он полагал себя экспертом.

С другой стороны, если эксперт так хорошо знал преступный мир начала XX века, почему не мог с достаточной точностью реконструировать его в своем сне? М-да… Ратманов тяжело вздохнул и повернулся к стенке. Пятьдесят на пятьдесят. Сон или явь.

Далее. Помощник главы столичного отделения сыскной полиции Двуреченский-Корнилов изъясняется как человек из XXI века. Знает о том, что Ратманов – не Ратманов, а Бурлак. И вообще все про него знает. В том числе про перемещение во времени. Ну, какой же бред…

Георгий сел на кровати. И решил закурить старинные папиросы. Встал. Приоткрыл форточку.

Может, просто согласиться с мыслью, что Юра кукухой поехал? Особенно после того, как получил пулю в голову? «Поехавший» окинул взглядом подвал. Небольшой косметический ремонт – и воровская малина вполне могла бы оказаться комнатой с белыми стенами в одном из медицинских учреждений соответствующего профиля. Хряк – доктор Свинов. Лодыга – санитар Лодыгин. И так далее.

Ратманов улыбнулся в темноте. Сохранять чувство юмора важно в любой ситуации. Как бы пафосно это ни звучало, но юмор продляет жизнь…

Курить Ратманов передумал – не тянуло с тех пор, как он оказался в прошлом. Георгий закрывал форточку, когда уловил новый, неслышимый прежде звук. По привычке опытного опера затаился, решил подождать, что будет дальше. И вскоре был «вознагражден» за это.

Из-за стенки, крадучись, появилась женщина. Даже без обычной лампочки, но в отблесках лунного света было видно, что это Рита. А также то, что она переживала. Следы беспокойства отпечатались на ее красивом лице.

– Я сяду? – спросила она едва различимым шепотом.

– Давай, – вторил ей Ратман.

Рита села на топчан и почти беззвучно чертыхнулась, потому что топчан скрипнул. Женщина приняла одно положение, чтобы больше не двигаться, и продолжила:

– Я пришла предупредить. За эти слова меня могут убить. Но скорее убьют тебя. Лодыга выдал, что ты был в полиции. Уходи, пока не поздно.

Ратманов задумался. Посмотрел на Риту. Он ей симпатичен – это понятно. Это было заметно с самого начала. Да и вообще проблем с вниманием со стороны женского пола у него никогда не было, в