"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

Дриада потрясла головой. Поняла, что куда-то не туда её мысль пошла.

Вернулась к работе и к обеду разобрала уже половину стопки. Склонилась над новым делом, травянистые волосы упали с плеч и оказались в поле зрения. Кончики их начали желтеть.

Маша тяжко вздохнула и откинулась на спинку стула.

«Совсем солнца не вижу, — с тоской подумала она. — Так и зачахнуть недолго».

Она с утроенным рвением взялась за работу, забыв о пище. Очень уж хотела оказаться в жарких объятиях…

«Да, блин! На улице! Я хотела бы оказаться на улице! Под лучами солнца!»

— Разрешите? — раздался стук в дверь, и через секунду вошёл помощник Родион.

Невысокому мужчине было за сорок. Смуглый, большеносый уроженец Татарской губернии. Старательный и въедливый сотрудник, он оказывал Маше неоценимую помощь, вместе с ней копаясь в бумажных джунглях. В этот раз он принёс новую стопку бумаг.

«Кто же знал, что быть чиновником так сложно?» — вновь про себя простонала дриада.

Снова закипела работа. Косой луч солнца, падавший в окно, незаметно скользил по стенке, меняя цвет от жёлтого к бордовому.

«Ну, всё! — с гордостью подумала Маша, закрыв последнюю папку. — Теперь можно и прогуляться. Солнышко, я иду!»

Дриада споро собралась, накинула новое пальто, затянула пояс, надела изящную шляпку… Если бы не зелёная кожа, то её можно было бы спутать с обычной девушкой.

Она вышла на улицу, подставила лицо солнечным лучам и… поняла, что их нет, а в городе наступила ночь.

— Да, блин… — вздохнула вслух дриада.

«Может, с Дубовым поговорить? А то я здесь совсем одна, — подумала девушка. — Хотя он, пожалуй, жутко занят. Военные сборы и всё такое. Да и вообще, Мария, тебе семьсот двадцать семь лет! Семь веков без мужика жила и ещё столько же проживёшь! Просто… привыкнуть успела к сильному мужскому плечу рядом. Которое ещё и над головой нависает. И не только над ней…»

«Маша?» — вдруг раздался в голове голос Дубова.

Дриада едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть от радости.

«Так, Мария, держись! Не отвечай сразу, выдержи паузу, будто сильно занята!» — тормозила она свои необдуманные действия.

«Маша, я чувствую, что ты здесь. А ну, бросай эти бабские штучки, а то по заднице получишь!»

Дриада прикусила нижнюю губу. А она бы не отказалась от пары сочных дубовских шлепков…

«Я здесь, — совладала девушка с собой. — Что-то случилось?»

«Ещё как случилось. Нас занесло хрен знает куда, и нас осаждают османы. Возьми дирижабль в академии и найди нас», — строгий голос Николая звучал в голове.

«Но как я вас найду? Вы же сами не знаете, где вы. И как вы вообще в этом где-то оказались?»

«Всё, что я сам могу сказать, Маша, мы в дерь… Ладно, это не то. Предполагаю, что мы на захваченной османами части Грузинского княжества. На берегу моря. Но это не точно. Двигайся примерно в эту сторону, а скоро сама узнаешь, где мы».

«Но… как?» — недоумевала Маша.

«Следи за газетами или радио. Не пропустишь. И свяжись с герцогом Билибиным. И полковником Дрёминым. Мы работали с ним вместе во время тайной операции в тылу османов. Пока что будем держать связь через тебя. И не иди напрямую, двигайся окольными путями, чтобы тебя не сбили при пересечении линии фронта. Если сможешь, захвати с собой Никона и его бойцов. Всё поняла?»

«Да! Всё сделаю! Только один вопрос. Зачем брать Никона? Может, лучше забрать вас на дирижабле и вернуть домой?»

«А кто сказал, что я планирую возвращаться? — удивился Дубов. — Я собираюсь здесь открыть маленькую фабрику по производству звездюлей для Османской Империи».

Дриада улыбнулась, будто вновь почувствовала на лице яркое солнце и свежий ветер. Она вернулась в здание комитета и чуть не столкнулась в дверях с уходящим Родионом.

— Госпожа Зеленова? Что-то забыли? Можем вернуться, я ещё не сдал ключ от вашего кабинета… — учтиво сказал он.

— Нет, Родион, я отбываю по делам на неделю. Может, две.

— Как? Уже?

— Да! А ты пока принимаешь все дела на себя. Вернусь — проверю!

И Маша выпорхнула из душного здания комитета.

* * *

Кутаиси

Штаб армии Османской Империи

Утро следующего дня

Пожары в недавно взятом городе были быстро потушены. Да их и было немного. Османская артиллерия обстреляла город прежде, чем войска вошли в него. А потом оказалось, что русские сдали его без боя. Просто взяли и ушли. Янычары и османская пехота несколько дней праздновали «сокрушительную» победу.

Но от лучезарной Айлин не укрылось, что её брат Хасан ходит мрачнее тучи.

Штаб армии после взятия столицы Грузинского княжества сразу перенесли в особняк князя Джугашвили, который правил этими землями. Особняк этот внешне хоть и напоминал дворец, но внутри был обставлен весьма аскетично, просто и функционально. Тем не менее, всё равно ощущался безупречный вкус человека, который чётко знает, чего он хочет.

Айлин только недавно исполнилось восемнадцать лет, и мир казался ей большим и прекрасным. Только непонятная война с русскими всё портила. Она никому не говорила, но у неё была слабость к русским мужчинам.

Дочка султана, смуглая, кареокая, вприпрыжку шла по освещённым утренним солнцем коридорам с белыми стенами. Она была чудо как хороша. Длинные тёмные волосы ниспадали до узкой талии с широкими, упругими бёдрами. Молодая грудь второго размера подпрыгивала в свободном белом платье в такт шагам, не стеснённая нижним бельём. Тонкие изящные брови над большими глазами всегда изгибались под таким углом, будто девушка была приятно удивлена своим собеседником. Пухлые чувственные губы чуть приоткрыты. Аккуратный носик и милые ямочки на щеках Айлин притягивали взгляды мужчин. Когда ей исполнилось четырнадцать, к ней начали свататься различные дворяне, но она до сих пор ни на ком не остановила свой выбор.

Янычары из личной гвардии Хасана, чьи лица были скрыты за шлемами с золотыми масками, почтительно поклонились при виде Айлин и открыли широкие дубовые двери. Айлин так же вприпрыжку вошла в зал для совещаний и обсуждений военных планов. А ещё пару дней назад это был кабинет князя Джугашвили.

Большой, просторный, два ряда стульев по бокам и длинный стол. Брат Айлин склонился над ним, вглядываясь в разложенную карту. За окном вдруг раздались выстрелы. Хасан поднял своё красивое лицо к окну и пробормотал:

— Глупцы. Было бы чему радоваться…

—