Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

от реки. Справа стоял стеной густой лес, и меня так и тянуло заглянуть в него, поискать ягоды и редкие травы. Если не обращать на это внимание, то Буян шёл легко и непринуждённо. Мне даже трогать поводья не надо было часто, конь сам шёл вперёд.

Через час езды я всё же устроил привал. Тело после вчерашнего открытия ещё болело, и мне хотелось размять ноги. Да и гнедому пора было отдохнуть. Едва остановился, кот высунул нос, принюхался к чему-то и одним прыжком исчез в зарослях. Я даже не успел ничего сказать!

— Далеко не уходи, — всё же крикнул я и достал карту.

По ней выходило, что до Медвежьего Лба осталось не больше часа, если продолжать двигаться прямо. Я сложил бумагу и уже хотел было трогаться дальше, как из травы показалась голова Бекона.

— Что там? — я прислушался.

Впереди, где-то в глубине леса, раздался лёгкий треск ломающейся ветки. А спустя секунду кот бесшумно метнулся вперёд и почти сразу появился с перепёлкой в зубах.

— Молодец, дружище! Добытчик! — похвалил я его, убирая птицу в котомку. — Потом её приготовим, сейчас пора ехать дальше.

— Мряу! — довольно ответил кот, устраиваясь рядом со мной, помолчал недолго и добавил. — Мяу?

Перед глазами появился размытый образ костра, на котором стоял вертел со здоровенным кабаном.

— Потерпи, дружище, сначала дело. Впрочем, кусочек у меня для тебя всё же есть.

Я порылся в кармане, достал свёрток и отломил коту немного ароматного сыра. Сам тоже откусил, зря, что ли, вытаскивал?

Через сорок минут мы выехали к широкому изгибу реки, который, судя по карте, и назывался Медвежий Лоб. Как я ни присматривался, найти сходство с мордой медведя у меня так и не получилось. Хотя, если считать, что зверь подошёл к реке и опустил голову… Да, возможно, так оно и было.

Оставив размышления о загадочной природе названий в этом краю, мы двинулись вдоль берега. Я тронул кота и кивнул в сторону от реки.

— Ищи тоже избушку на курьих ножках. Точнее, на одной, если верить охотникам, — я водил головой из стороны в сторону. — И где же она?

Вопрос был с подвохом, потому что тропа шла к песку на берегу и там же и заканчивалась. Я озадаченно уставился в карту и отвлёкся, только когда кот спрыгнул и уверенно нырнул в заросли.

— Куда? Бекон! Если опять перепёлка, то я всё равно не буду её сейчас готовить!

— Мряв! — раздался боевой клич кота, и перед глазами появилось пятно, похожее на просвет между деревьями.

— Там есть дорога? — спросил я его, спешиваясь.

— Мряв!

— Так бы сразу и сказал, — проворчал я, привязывая Буяна к дереву. — Подожди нас здесь, дружище.

А мы с котом отправились дальше по узкой тропке, которую, казалось бы, видел только Бекон. Я ему полностью доверял, и не зря, потому что уже через полверсты, мы вышли на открытое пространство.

Я ожидал увидеть сказочную избушку, заросшую травой и с дёрном вместо крыши, но нет, дом как дом, разве что очень маленький. А вот за куриную ножку можно было принять старый пень, который служил подпоркой для одного из углов.

Чем ближе мы подходили к жилищу знахарки, тем меньше я видел причин к нему приближаться. Вокруг дома лежала россыпь мелких костей, скорее всего, птичьих. Они были связаны пучками или висели на кривом заборе, украшенные перьями и цветными нитками. Не хватало только черепа оленя над входом, чтобы совсем стало похоже на убежище злодея. При этом, ровно за забором я увидел ровные грядки с лекарственными растениями. На них не было ни единой сорной травинки, да и дорожка к дому сияла чистотой. Вот уж, весьма контрастное место.

Единственное, что меня окончательно успокоило, так это поведение Бекона. Его совсем не впечатлили косточки, и пока я осматривался, уже добрался до порога, ожидая, когда я подойду.

— Мяу, — поторопил он меня и ударив лапой по двери.

— Иду, — кивнул я и коротко постучав.

Внутри что-то загрохотало, потом зашуршало, затем лязгнуло. Мы с котом переглянулись, и я пожал плечами. Следом раздалось ворчание, в котором я разобрал витиеватые ругательства. Через секунду дверь открылась, и на пороге появилась старушка.

Назвать её божьим одуванчиком язык не поворачивался. То ли было дело в ожерелье из костей, то ли в цепком взгляде, которым она прошлась по нам с Беконом. А в остальном, да, маленькая, сухонькая, седая, вся в морщинах, как печёное яблоко, и в цветастом платье.

— И кто это ко мне пришёл? — звонко спросила она. — Да ещё с котом! Дайте-ка я на вас посмотрю.

— Мяув? — обалдело выдал кот, когда его подхватили на руки и начали гладить.

— Добрый день, — я забрал кота у старушки. — Мне сказали, что здесь живёт знахарка, которая изучает кости.

— Всё верно, верно, — ответила она и посмотрела на меня снизу вверх. — А ты у нас кто? Что-то лицо у тебя знакомое. Не Винтер ли?

— Всё верно, Марк Винтер, — я вежливо поклонился. — Могу ли я задать вам вопрос?

— Задать можешь, а вот получишь ли ответ… — она развернулась и шагнула в дом. — Проходи, только кота своего на руках держи, чтобы он мне тут порядок не нарушил.

Я подхватил недовольного Бекона и шагнул за старушкой.

— А что Демьян-то? Давно не заходил. Помер, что ли?

— Увы, — я огляделся.

Внутри оказалось на удивление просторно. Солнце проникало через маленькое окошко, но в доме всё равно было очень светло. Вдоль стен стояли стеллажи, забитые до отказа банками, мешочками, книгами и пучками трав. Больше всего меня удивило, что помимо типичных для знахарки вещей, на всех поверхностях в доме лежали кости. Они были самые разные. Я разглядел и бедро оленя, и крыло филина, даже череп лисицы! Многие из них были изрисованы знаками и символами.

Ради интереса я даже активировал «Распознавание магии», но увидел лишь блёклый туман над каждым экземпляром. Если здесь и была магия, то она давно ушла. А вот старушка сияла поярче. Сразу стало понятно, что она не простая знахарка, а с магическим даром.

— Это всё вы собрали? Невероятная коллекция.

— А кто ж ещё? — она усмехнулась и добавила тоном опытного лектора. — Известно, что кости представляют собой не только останки живого существа, но и его память. Каждая из них хранит историю. Вот эта, — она указала на длинную кость с резными узорами, — принадлежала волку, который сто тридцать три года назад охотился на овец у подножья Белых гор. А это, — она кивнула на небольшую чёрную косточку, — это палец вождя племени. Он