Этногенез-2 - Елена Кондратьева

— Когда «тогда»? Иван, скажи яснее! — потребовала я. — Это не шутки! Где мы?

— Мы возле Формозы. Встретили загадочный корабль на подходе к ней. Через несколько часов туман развеялся, и мы увидели берег.

Я закрутила штурвал, уходя влево. Джон потащил Устюжина в каюту, отмечать наше местоположение. Формоза! Проклятье, да ведь это китайский остров! Тут полно своих пиратов, и чужаков не жалуют. Но самое страшное — время.

— Клод, ты не помнишь, из какого года немцы вытащили Бенёвского?

— Помню, из 1771-го. Поздравляю, Кристин, теперь мы на сто лет в будущем по сравнению с тем годом, куда хочет вернуться команда. И как мы сюда попали — совершенно непонятно, хотя… — Дюпон вдруг хлопнул себя по лбу и полез во внутренний карман. — Мне ведь еще показалось, будто был щелчок…

Он вытащил Ключ и мы внимательно рассмотрели загадочный механизм. Рычажок, который отмечал оставшиеся «повороты» Ключа, перескочил в следующее отверстие. Мы трижды пересчитали, но ошибки не было.

— Теперь осталось шесть «поворотов» Ключа. Не так уж мало, но я надеялся, что без нашего ведома такого не произойдет.

— Проклятый Храм! — я никак не могла понять, что теперь делать. — Формоза, Клод! Мы на другом конце мира! И мы не подводная лодка, чтобы пройти к Оуку «северным путем»!

— Все не так страшно! — попробовал успокоить меня Клод. — У нас есть золото! А с золотом мы и тут не пропадем.

Вернулся Джон, показал карту. От Мадагаскара нас отделяли тысячи миль. А мир вокруг нас был совершенно другим, мы не знали о нем почти ничего.

— Нужно расспросить Устюжина обо всем! Запиши все, что услышишь, Джон! Кто чем владеет, кто с кем воюет, важно все! — и тут же мне в голову пришла просто прекрасная мысль. — Сделай это как можно быстрее. Через несколько часов мы, вероятно, простимся и с Иваном, и с Маурицием Бенёвским.

— Что ты задумала?

— Высадим их на Формозе! — я еще раз взглянула на карту, и в наши паруса подул ветер. Дельфин почуял мое желание! — Я больше не хочу, чтобы на моем корабле находился этот сумасшедший. Пусть играет в свои игры без нас. Если в своем прошлом Бенёвский исчез с Формозы, уплыв на подводной лодке, то сейчас полковник все же доберется до своего корабля. Иван о нем позаботится. Иди, Джон, и скажи, что мое решение не обсуждается.

Как я и ожидала, Устюжин возражать не стал. Немного подумав, он сказал, что лучше высадить нас на острове даже раньше, чем туда доберется их пакетбот. С местом мы определились точно и в нужное время, выйдя на берег, оба скитальца снова окажутся среди друзей, в своем времени. Там и должна была продолжиться их настоящая, а не измененная ложью Прозрачных, судьба.

— Знаешь, — сказал Джон, когда вернулся, — я предложил Ивану остаться с нами. Хороший штурман.

— Хороший, — кивнула я. — Только я знаю, что он отказался.

— Да, он Бенёвского не бросит. Впрочем, и полковник его никогда не бросал.

— Зато нас бросал! — напомнила я. — И в очень неприятной ситуации.

Когда мы бросили якорь и готовились спустить шлюпку, я зашла попрощаться. Бенёвский уже хлопал глазами, понемногу приходя в себя. Я осмотрелась и взяла лежавший рядом с больным бинокль.

— Извини, Иван, это я оставлю себе на память. И у ваших друзей меньше будет вопросов.

— Я бы нашел, что соврать… — Устюжин нахмурился было, но тут же рассмеялся. — Бери, Кристин. Тебе пригодится. Рад был познакомиться, и не поминай, пожалуйста, нас лихом.

— Тогда прими подарок! — я протянула ему увесистый слиток золота. — Вам ведь нужен другой корабль.

— Да, вот это нам в Макао пригодится! — обрадовался он и сунул золото за пазуху. — Нам ведь еще долго плыть.

— Куда?

— На Мадагаскар! Мы еще повоюем с Маурицием, вот увидишь!

— Лучше услышу. Счастливо вам встретиться с друзьями. Не хочешь прихватить с собой Моник? С ней весело!

Он ничего не ответил, только улыбнулся и покачал головой. Так мы и простились. Высадка прошла тихо, вроде бы никто из местных жителей нас не заметил. Мы подняли шлюпку, и я просто пожелала уйти от острова. Куда — мне пока не приходило в голову. Но дельфин сам рассудил, что я хочу на юг. И правильно, не люблю мерзнуть.

— Не могло такого случайно произойти! — сказал Джон, когда мы сели ужинать. — Кто-то решил исправить ошибку и отправил нас из Храма прямо сюда, чтобы Бенёвский вернулся к своей настоящей судьбе.

— Кто-то, или сам Храм. Ведь полковник говорил, что Храм живой, — напомнил Клод. — Хотя много ли он знал об этом Храме… Думаю, Прозрачные попытались завладеть им, и ничего не вышло.

— Значит, есть и то, что им неподвластно?

— Если бы они все могли, то ни о чем не просили бы нас, — резонно заметил француз. — Но они, кажется, сами мало что могут.

— Мне иногда хочется выбросить все волшебные предметы за борт, — пожаловалась я. — И снова пойти грабить корабли.

— Ты, наверное, простудилась! — засмеялся Клод. — И вообще устала от всей этой истории. Я тебе разогрею вино с приправами, это должно помочь. А грабить корабли мы сейчас просто никак не можем — в трюмах просто нет места, чтобы туда еще что-то положить. И ведь не выкинешь ничего, все золото, чистое золото… Ты на вершине пиратской славы, Кристин! О тебе еще будут ходить легенды, когда мы, наконец, вернемся на Тортугу. Золота хватит, чтобы губернатор простил тебе все.

Я пожала плечами. Конечно, Клод прав, но жизнь стала какой-то слишком сложной. Может быть, дело не в предметах, а в том, что я стала капитаном и теперь отвечаю за команду и корабль? И если «Ла Навидад» пока еще цел, то от тех, кто когда-то отплыл с Тортуги, осталось чуть больше четверти.

Дюпон и правда приготовил мне горячего вина по своему рецепту. Я согрелась и легла спать, отдав на всякий случай дельфина Джону. Лягушка вернулась в сундук, и я быстро, крепко уснула, но Прозрачный все-таки пришел ко мне именно в эту ночь.

— Ты все правильно сделала, — сказал он. — Я не успевал тебя предупредить, но ты поступила верно. Бенёвский должен вернуться на свой путь.

— Вот спасибо, что похвалил! — лениво откликнулась я. — А я так боялась, что ты будешь ругаться: я ведь пустила Бенёвского к Храму.

— Не все можно предусмотреть. Но все сложилось хорошо. Теперь мы знаем больше, это поможет нам в будущем. Я