"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

экраном, глядя на технологическое чудо: верфи «Укавэйры». Она построила их на основе верфей Энго, но корабли на них строились не файские: он видел множество шестимильных зеркальных овалов, непохожих на острогранные пирамиды Анмайа. Они быстро росли, питаясь потоками плазмы из Сверх-Эвергета Энго, и уже очень скоро постройка армады этих автоматических транспортов завершится. Их было 2049, - по числу уничтоженных Мроо планет Сети. Но эти корабли не возьмут на борт ни одного живого существа. Когда загрузка матриц завершится, они вывезут из Энго всю её культуру, все возможности её развития… все её души, которым стоит жить.

* * *

Глядя на бесконечные ряды растущих громадин, Анмай задумался. Он знал, что эвакуация, — самая малая и простая часть плана. Срок его исполнения уже был близок, но никакой уверенности в том, что всё получится, не было.

Он коснулся кнопки весма и мысленно спросил, сколько осталось до конца строительства эскадры, — загрузка матриц на борт шла параллельно с ним.

— Примерно шесть часов, — ответила «Укавэйра». — Тогда же корабли стартуют. Ждать нельзя. Мроо не глупы. Они знают, что самый верный способ выжить в космической войне, — это нарастить силы, и каждый час ожидания осложняет их задачу. Сейчас мы ещё уверены в успехе, — во всяком случае, больше, чем в успехе обороны Эрайа.

Анмай кивнул. В том районе также появились Мроо, а план обороны Эрайа был весьма прост в своей основе: если сил её защитной сети не хватит, на помощь придут остальные Ир-Ими, поставив Мроо между молотом и наковальней. Даже он не знал, в каких безднах Вселенной сейчас таятся их Защитники. Двадцать два возле Эрайа, а остальные… Все они в сотни тысяч раз превосходили по мощи разгромленную эскадру Сети, — но вот хватит ли этого? Вполне возможно, что нет…

Он невольно вздрогнул, — сзади щелкнула дверь, и в комнату быстро вошла Хьютай. Заметив темный силуэт любимого у окна, она усмехнулась.

— Ты совсем зачахнешь здесь.

— Откуда ты такая веселая?

— Из душа. Знаешь, пятки помыла, и вообще…

— И не было скучно — самой мыть?

Хьютай фыркнула.

— Может, надо было помыть заодно и твои?

Анмай усмехнулся, по одной подгибая свои босые ноги и глядя на них через плечо.

— Знаешь, я совсем не против.

— Ой, ой, лень какая. Обойдешься.

— И тебе понравится парень с грязными пятками?

— Знаешь, пятки, — совсем не главное в парне.

— А что?

Хьютай задумчиво осмотрела его.

— Не знаю. Может быть, уши?

— Уши? Даже не глаза? Почему?

— За них таскать удобно.

— А по ж…?

Хьютай быстро повернулась к нему поименованной частью тела.

— Попробуй, если не жалко…

— Себя? Нет, спасибо.

— Испугался?

— Не, мне красоту жалко.

— А в других местах красоты не видать, да?

— А мне других мест не видно.

Хьютай со смехом повернулась к нему.

— А теперь?

— А теперь всего слишком много. Я теряюсь…

— Не знаешь, с чего начать?..

Анмай смущенно опустил глаза.

— Хью, у меня настроения сейчас нет. Серьёзно. Слишком плохо складывается всё…

Несколько секунд Хьютай молчала, растерянно переводя взгляд с его лица на экран и обратно. Затем она прикоснулась к весму, и не глядя плюхнулась в развернувшуюся силовую подушку. Ещё одно прикосновение к браслету, — и окно вышло из стены, склоняясь над ней на гибкой псевдоножке. Анмай вздрогнул. Хотя он и знал, что находится внутри живого существа, такие выверты казалось бы незыблемой обстановки изрядно его раздражали. Перехватив его взгляд, Хьютай взмахнула рукой.

— Ложись рядом. Мы посмотрим на Энго, и подумаем, что ещё можно сделать до отлета…

Анмай подчинился. Он знал, что Хьютай, как и полагается женщине его народа, скрывает эмоции гораздо лучше его. Но он всё же ощущал её подавленное и скрытое напряжение, — опасно близкое к взрыву. Сам он не хотел делать страдания и мучительные размышления своей профессией. К счастью, именно для таких случаев его народ создал Аюттхайа, — систему управления сознанием. Она позволяла думать лишь о том, что необходимо, и давалась гораздо труднее, чем любое физическое обучение, но на борту «Укавэйры» Анмай неплохо овладел ей.

Насколько он знал, у людей и иных разумных рас ничего подобного не было, — словно они не понимали, что не только тело, но и ум требует тщательной тренировки. Был ли его народ обязан ей своим величием? Вряд ли. Но Аюттхайа была очень полезна для рабочих, помогая концентрироваться на самых скучных и бесконечных делах, для воинов, помогая им не теряться и не чувствовать страха, — полезна для всех и в любом деле, даже если нужно принять, как неизбежность, исход в не-реальность своего народа. Анмай знал, что из файа Сети Аюттхайа владели лишь Мечтатели и Пилоты, — да и то только те, кто летал между звезд. А остальные…

Вначале он считал, что им просто лень заниматься этим долгим и порой до бешенства скучным обучением. Увы, всё оказалось и проще, и хуже, — файа Сети, в большинстве, были слишком глупы даже для того, чтобы видеть управляемые, подвластные сознанию, почти неотличимые от реальности сны, а не случайные, какие бывают даже у животных. Но разве в Файау, не говоря уж об Уарке, Аюттхайа была более распространена?..

Эта мысль вернула Вэру к реальности. Единственное, что он теперь мог, — узнать как можно больше о файа Сети, сохранить их хотя бы в памяти… даже сознавая, что это совершенно бессмысленно.

* * *

Устроившись поудобнее, он прикоснулся к весму. Экран вернулся в стену, но затем все стены стали экранами. Пара повисла в звездной пустоте. Хьютай застыла, прижав правую руку к браслету.

Из невероятной глубины экранов на них устремилось изображение. Они неслись над бесконечными равнинами Энго, миновали множество селений и городов, — бесформенно-кирпичных, каменно-плоских, застроенных белыми башнями. Мелькали бесчисленные фигурки файа, — то в разнообразных, до ряби в глазах, одеждах, то обнаженные.

Все они говорили на одном языке, но на этом их сходство и кончалось. Некоторые файа, по мере сил, имитировали образ жизни рутенцев, другие, — иных разумных рас, подвластных Сети, или известных ей только из записей предков. Везде в глаза паре бросалось множество молодежи, — настоящей молодежи, — и детей. В Энго не было никаких запретов на деторождение, — начавшийся три тысячи лет назад демографический взрыв продолжался до сих пор. Всего через пару тысяч лет файа заселили бы всю не-планету, — но даже сейчас большая часть их молодежи улетала в иные миры. В Энго оставались лишь те, кому здесь нравилось. А после смерти их тел их матрицы отсылались в Тийат, — интеллектронный мир, другую не-планету, даже отдаленно не похожую на Энго…

Анмай опустил