Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

После этого все дружно плюнули на нее. Опыт получить было сомнительно, рисковать быть порезанным на десятки кусков никому не хотелось. Да и вытащить ее стало не так уж и просто.

Куски машины она приспособила в своеобразное убежище, спрятавшись там от назойливых глаз.

Сергей призвал шлем и осторожно приблизился, стараясь ощутить энергию цепи. На удивление у него это даже вышло.

Цепь ощущалась очень странно. Словно в ней находилось сразу несколько сотен мертвецов, чей мысленный отклик сливался в один.

«А может там и впрямь заточены десятки или сотни душ. Кто знает, как была создана такая цепочка. Но меня интересует другой вопрос, получится ли у меня ее подчинить?»

Хоть навык контроля нежити и говорил лишь про двух зомби второго уровня эволюции, у Сергея уже неплохо получалось держать под контролем пару самых слабых мертвецов, при этом не отпуская контроль над Немым с Папаем.

Конечно, замахиваться на кого-то уровнем равным первой эволюции, пока Сергей даже и не думал. Но сама возможность превысить ограничения навыка, радовало его безмерно.

Брошенный поводок контроля, цепь абсолютно проигнорировала, словно его и не было. Но это принесло результат, правда не совсем тот, которого ожидал Сергей.

Куски машины дернулись в разные стороны, когда оттуда стала выползать шипастая стальная змея, тихо позвякивая звеньями.

Сергей настороженно замер, а рядом возник Немой. Папай пока так и остался возле машины с вожаком зомби, сторожа его от посягательств кого бы то ни было. Но позвать его не заняло бы и десяти секунд.

Цепь также не спешила атаковать. Она словно принюхивалась к стоящему перед ней человеку.

Глава 33

Медленно и осторожно артефакт начал приближаться. Тихий шелест металла звучал все ближе и ближе. Сергей понимал всю опасность предстоящего мероприятия, но тем не менее был решительно настроен:

«Эх, сколько меня жизнь не бьет, никак не могу избавиться от этого вечного желания что-то узнать и изучить. Еще в школе и институте это создавало мне целую массу проблем. Сергей Некрасов вечно спрашивал и спрашивал учителей, а потом преподавателей по их предметам на самые разнообразные темы. Школьнику и студенту Сереже было невдомек, что учителя тоже люди и им не особо хочется напрягаться, рассказывая что-либо сверх программы».

Рывок, мужчина оказывается прямо внутри колец свободолюбивого артефакта. Звенья лениво покачиваются, словно стараясь убаюкать неосторожную жертву. Но некромант не терял бдительность. Единственное, что его останавливало от решительных действий, это отсутствие вражды в намерениях заинтересовавшего объекта.

Скорее за вечным чувством голода была… Надежда?

Сергей мысленно расслабился и создал тоненький мысленный канал, что пустил перед собой вперед. Он не старался ворваться внутрь цепи или навязать собственную волю. Скорее он отправлял ей намерение пообщаться.

Мужчина этого не видел, так как был полностью поглощен мысленным общением, но люди вокруг забросили все свои дела и окружили их. Правда не переступая некую невидимую границу, опасаясь прервать столь необычный процесс.

Как тысячи лет заклинатели змей собирали вокруг себя десятки людей, завораживая всех собственным бесстрашием и смелостью. Так и сейчас, казалось бы обычный человек, делал невозможное, приручая смертоносную вещь из совершенно иного мира.

Артефакт решился ответить на вызов человека пообщаться.

Сергей вздрогнул от навалившихся чувств. Их было немного, но очень уж они были чужды. Даже мысли мертвецов воспринимались русским, словно что-то отдаленно знакомое.

Здесь же ближайшая аналогия была с хором, визжащих, стонущих и кричащих голосов. Вот только каждый из них хотел одного и того же, все свои естеством желая одну единственную вещь.

Убивать, сеять смерть — вот, что они истово желали. Все эти несчастные, что были заточены создателями или создателем артефакта, хотели убивать, уничтожать и разрывать живых, дабы продлить свое существование.

Цепь была устроена так, что ей требовалась постоянная подпитка энергией смерти хозяина. Конечно, некоторую часть она выпивала у своих жертв, но основа ее силы состояла в силе ее хозяина.

«Проще говоря, это некий паразит, что становится сильнее, чем сильнее тот, кому она служит. Правда мне до Сетты «Уже-не-бессмертного» ой как далеко. Следовательно, ее функционал станет в разы слабее. С другой стороны, подобные артефакты на дороге не валяются. Как говорил один персонаж, которого я уже забыл: надо брать».

— Предложение. Сотрудничество: магия в обмен на службу.

— Магия? Хорошо! Убийства-Убийства? Смерти-смерти?

— Будет. Условие: полное послушание. Атака лишь по приказу.

— Согласие!

Цепь мигнув, опутала человека. Вокруг раздались маты и отборная ругань. Люди подняли оружие, посчитав, что нападение все же произошло.

Но на самом деле, не смотря на то, как неуютно это выглядело со стороны, артефакт всего лишь запоминал габариты своего владельца, медленно обследую все его тело.

Наконец цепь начала успокаиваться, Сергей поднял левую руку и полюбовался на то, как цепь виток за витком обматывается вокруг запястья, поднимаясь к плечу. При этом, мужчина понимал, что даже при самых сильных встрясках, цепь не сползёт ни на миллиметр. В случае же необходимости, тут же придет на помощь, ткнувшись в ладонь словно верный пес.

Внимание! Вы нашли сильный артефакт! Цепь сотен жадных духов, рада встретить нового владельца.

Сетта Бессмертный, на заре становления как правителя мира, совершил множество ужасных, но вместе с тем великих вещей.

Так, когда волна его завоеваний докатилась до города-столицы Ки-Ра, Сетта испытал великое отвращение. Знать города веками продлевала свое существование, питаясь кровью своих живых подданных.

Эти дворяне не были в полной мере живыми, но и мертвыми их было не назвать. Царь, бывший истовым приверженцем пути тления, почувствовал неимоверное омерзение. Сплав жизни и смерти был признан им худшей вещью, и кара за это была поставлена ужасная.

Все высшее сословие было поймано и в течение долгого, невероятно мучительного ритуала их души были заточены в цепь Сетты.

Воспоминания могучих духов были стерты, на что пошли жизни половины из жителей города.

Однако кое-что Сетта все же им оставил: вечный голод, что будет терзать сих бесплотных созданий вечно. Учитывая же, что сей голод порожден не только смертью, а ей же в сплаве с жизнью, то сия участь была куда ужасней, чем можно было представить.

Внимание! При межмировом переходе в Мир-Убийцу, все параметры артефакта навсегда ослаблены.

История создания артефакта не сильно заинтересовала Сергея, хоть он и запомнил пару моментов, связанных со стиранием памяти духов. Другое дело, последняя приписка.

«Мир-Убийца?! Что ха чертовщина тут происходит? Почему наш мир получил столь неприятное название? Неужели