Фантастика 2025-152 - Екатерина Александровна Боброва

лишь шесть самых лучших сэкибунэ. Ударная эскадра, таким образом, выросла до 65 кораблей. Даже добычей главнокомандующий щедро поделился с кодлой Ю Сыпа. Вернее, добыча предназначалась, конечно, королю. Многих смущала эта щедрость, но генерал лишь улыбнулся:

— А зачем нам то, что мы не сможем взять в поход? И то, что нам там не понадобится? Не переживайте: впереди нас ждет много новой добычи!

После отплытия трусов, армия Ли Чжонму (больше ее не называли Три армии) начала активно готовиться к походу. На корабли грузили не только войска и снаряжение, но и оборудование мастерских, даже запасы стройматериалов — старый генерал хотел сразу закрепиться на берегу.

Потом ждали хорошей погоды, и, наконец, в 12-й день восьмого месяца могучая ударная эскадра с семью с половиной тысяч чосонцев вышла из залива Асо.

Поход на Тиндэй начался.

Глава 20

Резкая боль пронзила голову О Гванука, он стремительно вернулся в сознание и сел, морщась от боли. Под ним была колючая, необкатанная галька, которая тыкалась в тощий зад. Сам слуга был всё еще мокрым, хотя, уже начал подсыхать — видимо, провалялся здесь довольно долго. Море плескалось совсем рядом: синее, поблескивавшее на солнце. Оно тихо, почти робко накатывало на берег, застенчиво шелестя камешками… как будто, и не было той бури! Лишь полоса прибоя выдавала море с потрохами: на волнах покачивались обломки досок, ящики, какая-то ветошь… даже безжизненное тело с лицом, ушедшим под воду. На берегу тоже много всего валялось — что смогло пробраться сквозь редкий гребень острых скал.

Море наелось и успокоилось.

Неровный ритм вдруг принялся ломать гармонию умиротворенных вод. Шаги. Медленные, шаркающие. Гванук с трудом повернул шею — в затылок ударила новая стрела боли.

Справа стоял Гото Арита. Практически непотрепанный бурей самурай (и, самое удивительное, почти сухой!) стоял над какой-то вынесенной на берег грудой вещей. Сверлящий взгляд его что-то выцелил. Хвать! И в руке ниппонца оказался длинный острый нож, весь истончившийся от частой заточки. Гото начал внимательно следить за блеском солнца на лезвии, повертел оружие в руках — прямым хватом, обратным… Гванук аж дышать перестал, вспомнив тот момент, когда у самурая с силой вырывали нож, а тот в исступлении орал и хотел покончить с собой.

Ниппонского пленника словно ударила волна гвануковых эмоций. Он вскинул свои черные глаза, как будто, впервые увидев сидящего неподалеку слугу. Проследил его испуганный взгляд, направленный на нож, поднял брови и хрипло рассмеялся, как старый ворон на суку.

— Беспокоишься обо мне, маленький чосонец? Это так мило. Но не стоит. Я бы уже давно это сделал… Если бы хотел.

Гото Арита стремительно шагнул к юному О и быстро, даже как-то грубовато, ощупал его.

— Цел… Пойдем туда. Там старый генерал…

— Что с ним? — Гванук взвился на ноги.

— Да с ним-то всё хорошо. Тебя ищет. Волнуется.

Сразу за выступом скалы, на небольшом галечном пляже, Гванук увидел серо-черную тушу флагманского мэнсона. Как Ри Чинъёну удалось провести корабль меж острых зубьев скал, да в такую бурю — просто представить невозможно! Ночью, в разгар шторма, О сам лично видел, как один из кораблей ударной флотилии с размаху налетел на утес — и его в щепки разнесло! Но флагман был цел. Третью корпуса лежал он на мелких камушках, и только в правом борту зияла прореха, словно, от души прошлись точильным камнем. И лишь одна мачта осталась не сломанной. Хотя, и на ней парус свисал драными лохмотьями.

Вокруг корабля муравьями суетились люди. Ли Чжонму увидел своего слугу и, Гвануку показалось, что старый генерал имел порыв кинуться и обнять его… Но сдержался. Пошел, положил руку на плечо.

— Хвала Тангуну, ты жив. Когда тебя смыло за борт, я… Мне было очень тяжело.

— Готов служить тебе, сиятельный, — Гванук с радостью рухнул на колени и опустил лицо, чтобы скрыть непозволительные слезы.

Увы, момент встречи был безжалостно оборван криками с корабля. Чосонцы как раз спускали с наклоненной палубы пуш-ку, радо чего выломали кусок борта. Кто-то выпустил канат, раздались вопли… Ли Чжонму кинулся спасать орудие.

— Много выжило? — спросил Гванук у Ариты, который уселся рядом.

— Сами не знаем. Люди только из-под скал выбрались, куда ночью попрятались — и сразу разгрузкой занялись.

— А из…

— Из «порковников»? — самурай смешно произнес чужеродное слово. — Чахун жив-здоров, вон он орет. И Ри Чинъён. Вот и всё. Да и от адмирала вашего толку не много.

— Что это значит?

Гото Арита лишь молча кивнул в сторону корабля. По пояс в воде вдоль покалеченного борта мэнсона ходил командир ударной эскадры. Ходил, гладил торчащие доски и о чем-то непрерывно причитал.

— Рассудком, похоже, повредился, — ниппонец поднял камушек и кинул его перед собой, ни во что особо не целясь. — Зря вы к нам приехали. Ками вас не пустили.

— Что?

— Ками. Это они наслали ветер. Такое уже было раньше. Море всегда защитит Ниппон.

И от горькой, беззлобной правды в его словах О Гванук внезапно разрыдался. Как мальчишка! Ведь как всё начиналось! Мудрый Ли Чжонму создал великую армию. Он смог удержать большую ее часть, несмотря на козни знатных командующих. Великий флот вывел в море семь с половиной тысяч человек, шесть тысяч из них — это было прекрасные воины, легко победившие орду вокоу. У них были по-ле-вы-е пуш-ки и малые пу-шеч-ки, запас пороха и ядер. Флот обошел Цусиму с севера, чтобы пройти подальше от Ики — еще одного острова, где гнездятся пираты. На этот раз корабли шли дружно, Ри Чинъён, следуя советам мудрого Ли Чжонму, научился отлично управлять флотом.

«Нам нужно было всего два погожих дня! — рыдал Гванук. — Два дня спокойного моря. И тогда — трепещи Тиндэй!..».

Но на вторую ночь пришел страшный шторм. Он разметал корабли, так что все они потеряли друг друга из виду. Топил их, а, когда некоторые приблизились к берегу — разбивал о скалы. Берег Ниппона оказался страшным, словно, ощерившаяся пасть чудовища, которое втягивало в себя воду, чтобы сожрать их всех. Чинъён сумел рассмотреть кусок плоского пляжа и решился провести туда свой мэнсон и выбросить его на берег. Как он умудрился провести широкое судно меж скал, Гванук не увидел; очередная хитрая волна подхватила его и швырнула в море.

— Ну, и что тут такое? — слуга даже не заметил, как подошел его