"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

Девушка продолжала молчать, повесив голову. Паша понял, что она не отошла ещё от шока и не привыкла к своему положению. Он хотел разговорить её, чтобы узнать о ней больше, познакомиться ближе. Зачем? Он и сам не знал. Но не мог удержаться. Может, сказать, что он царевич и видел её десять лет назад во дворце? Ей тогда было восемь, как и ему. Она была милой, доброй и улыбчивой девчушкой, за которой он подглядывал исподтишка.

Нет, Дубов запретил, а он зря на ветер слов не бросает.

— Ладно, — почесал Паша затылок, — чувствуй себя как дома. И доброй ночи, Айлин.

Царевич развернулся, чтобы уйти, и подошёл к двери, но голос девушки остановил его.

— Ты знаешь моё имя?

«Блин, спалился, что ли?» — отчаянно подумал Паша.

— Всё верно, — произнёс он вслух, развернувшись. — Мы знаем, кто ты такая.

— И не собираетесь убить меня?

— Чего? Зачем нам это?

— Вы же русские… — непонимающе глядела на него Айлин. — Никого не щадите — ни женщин, ни детей… И за вас воюют такие, как-то чудовище огромного роста. Он детей на завтрак ест, наверно.

— Это ты про Дубова? — догадался Паша. — Он самый честный и достойный человек из всех, кого я знаю. И давно перестал есть детей.

Айлин испуганно отшатнулась и упёрлась спиной в стену.

— Да пошутил я, пошутил! — замахал царевич руками. — Никто у нас детей не ест, не знаю, откуда ты это взяла…

— У вас есть девушка с фиолетовой кожей и зубами, как у хищника. Хочешь сказать, она питается не человеческим мясом?

Павел догадался, что образ русских в прессе Османской империи специально делали таким ужасным. Проще воевать с чудовищами, чем с другими людьми.

— Насколько знаю, только османским, — с серьёзным видом заявил Павел.

«Боже, что я несу… — простонал он про себя. — Не умею я с девушками общаться, не то что Дубов… Лучше свалю, пока всё окончательно не испортил».

— Ладно, я оставлю тебя, Айлин. Как и сказал, скоро подадут ужин. Обещаю, человеческого мяса там не будет.

«Только не скажи, что оно будет у всех остальных!» — прикусил язык царевич. Снова повернулся и пошёл к выходу так, будто ему палку вместо спины вставили. Настолько неловко он себя чувствовал после этого разговора.

— Я пошутила, — вдруг сказала Айлин. — Не верю я в эту пропаганду про детей на завтрак и два миллиона изнасилованных османок. Их на границе просто столько не живёт. Я испугалась. Ваши солдаты так жестоко расправились с нашими, что я решила: да, вы действительно чудовища! А потом увидела этого вашего Дубова… Я в него стреляла, кстати. Боялась, что он захочет взять меня силой. Взгляд у него такой, животный. Бррр!

В ответ Паша только хмыкнул.

— У Дубова была не простая жизнь, но он бы ничего с тобой не сделал, даже не думай об этом. А насчёт остального… Я сам не рад, что такие вещи происходят. Но это война…

И надолго замолчал. Молчала и Айлин. В её голове крутились сотни разных мыслей, бились друг о друга и порождали ещё больший хаос. Она не знала, что думать. Боялась ужасного обращения за попытку убийства, но этот учтивый и немного неловкий русский парень вёл себя совсем не так, как она ожидала. Он не был грубым воином, как янычары брата, но не был и слюнтяем. Это… покоряло. Жаль, что между ними война.

— Если бы существовал способ остановить войну… — вдруг сказали оба одновременно и уставились друг на друга.

— Как рука? Болит? — смущаясь, спросила Айлин.

— Уже нормально, — отмахнулся Павел и, повинуясь внезапному порыву, присел на другой конец кровати.

Вскоре принесли ужин, а они проговорили всю ночь, так и не заметив его.

* * *

Неделю спустя

Цитадель Алхимии

Николай

— Я кончила… — выдохнула Агнес и упала на стул, развалившись в нём.

Степень её расслабления оказалась столь велика, что руки сами собой вытянулись и легли на пол.

— Фух, я, кажись, тоже… — чуть не свесив язык на плечо, подтвердил я, упав на соседний стул.

Будь он деревянным, развалился бы подо мной. Благо, что строители позаботились о каменной мебели.

— М-м-м-пф-м-м! — промычала из-под противогаза Василиса.

Она растянулась на столе кверху задницей. Та малость торчала, потому что снизу под ней лежала медная спираль. Но Онежской было лень её убрать. Мне тоже.

И нет, это мы не таким странным сексом занимались. Хотя в перерывах, когда шло долгое приготовление очередного зелья… Мы всё равно им не занимались, а спали.

— Алхимия — это скучно! — заявила Мита, топнув ногой по полу. Эта вообще на нём лежала.

— Вы сами пришли, так что нечего ныть, — отбрил я недовольных. — К тому же весело будет, когда османы попадутся в наши ловушки. Сами увидите, в общем. А сейчас… остались последние штрихи! Так что тихо, если не хотите взлететь на воздух.

— Мне кажется, я бы смогла летать… — задумалась фиолетовый зубастик, но заткнулась под моим грозным взглядом.

Эксперимент по возвращению ей памяти я сразу отложил. Во-первых, не время для непонятных экспериментов, когда нас осаждают османы. Во-вторых, чёрт его знает, чем всё кончится, так что пока решил заняться вопросом нашего спасения отсюда.

Нападения осман заметно участились, но до самой крепости они прорывались редко. Скорее, просто искали уязвимые места. Но благодаря магам природы, лес заполонили чудовища всех мастей. Их просто приманили сюда. А они и радовались — пищи им явно хватало. Нас же защищали стены крепости, которые выросли ещё на несколько метров. Почему? Потому что снайперы.

— Ну всё! — хлопнул я в ладоши и принялся разбивать синее стекло на металлических подносах. И подносов было много. — Соль для ванн готова!

— Соль для ванн? — стянула с головы противогаз Василиса. — Мы все это время делали соль для ванн?

— Конечно нет. Ещё кучу других зелий. Алхимические бомбы, кислота, морозные зелья, ядовитые газы, защитные артефакты, целебные зелья. Да, короче, кучу всего! — махнул я рукой на шкаф за своей спиной, забитый колбочками и склянками. — А соль — это бонус! Очень приятный и очень нужный. За мной!

Всей гурьбой мы высыпали наружу. Но не