Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова

Ну хорошо, подумал я. Может, действительно устал от работы, вот и мерещатся повсюду враги.

Глава 16

Лодка бесшумно ткнулась носом в мягкий ил и сразу потонула в тени камыша. Елисей Скрыпник ступил на землю первым и провалился до щиколотки. Глина потянула сапог к себе и не хотела отдавать.

Пахло сыростью и речной тиной. На берегу рос ивняк, камыш, повыше — сосны и ели стеной. До Кашлыка несколько верст. Как раз то, что нужно.

— Вылезайте, — сказал он тихо. — Ну, давайте.

Бандиты выбрались не спеша. От долгого сидения в лодке ноги становились ватными. Тяжеленный Прохор Тюлень провалился чуть ли не по колено и от злости фыркнул.

— Прячем лодку, — сказал он. — Тут, в камыши.

— Они здесь редкие, — не согласился Елисей. — Будет видно, что в них что-то есть. Надо наверх. Там густые заросли. Хоть лодка и тяжеленная.

Внимательно посмотрев по сторонам, бандиты согласились с ним.

— Хорошо, — кивнул Харитон.

Лодку, выгрузив вещи, с трудом, но подняли и потащили дальше на берег.

Савва Губарев, не изменяя себе, забормотал:

— Господи Иисусе, спаси и сохрани… от стрелы летящей… от язвы притаившейся…

— Заткнись! — чуть ли не хором прикрикнули на него. — И без тебя тяжело!

Лодку протянули саженей на двадцать от кромки воды, в разросшиеся кусты. Земля под ногами там будто пружинила из-за толстого слоя прошлогодней хвои и прелых листьев.

— Вроде не видно, но лучше еще и ветками обложить, — подумал вслух Елисей.

Через несколько минут понять, что тут находится лодка, стало возможно, только если знать о ней.

— Ждите, я отлучусь ненадолго, — сказал он.

— Куда это? — хмыкнул Бритва.

Он отлично знал, куда, но посчитал нужным все-таки сказать.

— К городу, — помолчав, ответил Скрыпник. — Буду узнавать, как нам найти того, за кем мы приехали.

… Елисей Скрыпник стоял в густом ельнике и смотрел на Кашлык. Прищурился, разглядывая знакомые стены. Что-то изменилось. Сильно изменилось.

Перед стенами тянулся частокол из рогатин — заостренных кольев, воткнутых в землю под углом. Но не целый — во многих местах колья были поломаны, повалены, обгорели. Черные, обугленные остовы торчали как гнилые зубы. Явно был штурм, и жестокий.

Появился ров перед стеной. Край рва был будто оплавлен от сильного жара. Огонь тут использовали, много огня.

Сами стены почернели от копоти. На парапете следы от стрел — десятки, сотни зарубок и сколов.

Но город стоял. На стенах мерно ходили часовые с пищалями. В поле горел костер. Из-за частокола поднимались дымки от печей — значит, жизнь в городе продолжалась.

На угловой башне Елисей разглядел пушку. Даже две — одна смотрела на реку, другая на дорогу. На соседней башне еще одна. Здесь было все, как обычно.

«Был штурм, — подумал Елисей. — И серьезный. Кучум, наверное, приходил со всем войском.»

На поле перед городом — выжженная земля. Черные круги от кострищ, вытоптанная трава, которая только начинала пробиваться зелеными ростками. Там стоял лагерь осаждающих. Судя по размеру — несколько тысяч человек минимум. Может, даже десять. Огромное войско.

Елисей присмотрелся внимательнее. Вон там, у леса, виднелись свежие холмики — татарские могилы. Много холмиков. Значит, потери у татар были огромные. По меньшей мере, сотни человек.

«Как же они отбились?» — изумился Елисей.

Внизу, у пристани, покачивались на воде струги. Рыбаки чинили сети. Женщины стирали белье. Обычная жизнь, только следы недавней войны везде видны.

Из ворот выехал небольшой отряд — человек десять всадников. Поехали вдоль реки, наверное в дозор. Елисей издалека узнал одного по кафтану — Савва Болдырев, сотник. Значит, живы старые командиры. Ермак, наверное, тоже жив — без него отряд бы развалился.

«Надо будет все выяснить у Степана,» — решил Елисей. «Если он, конечно, живой».

От этой мысли Елисей вздрогнул. Бандиты спрашивать не будут, виноват он или нет, что похитить Максима не удалось. В этом случае у него только один путь — вернуться к Ермаку, состряпав какую-нибудь правдоподобную историю. А тех, кто с ним приплыл, хорошо бы убить… Вопрос, как. Навести на них казаков, сказав, что приплыли люди грабить местных — и те мигом разберутся с Тюленем и его друзьями. Ермак, чтоб подозрения в разбоях не упало на его отряд, с такими поступает очень сурово. Но есть большой риск, что кто-то из пятерки попадет к казакам живым (до поры, конечно), и все расскажет. И про себя, и про Елисея, и про цели появления здесь. Тогда будет плохо, и даже очень.

Солнце клонилось к закату, длинные тени ложились на выжженное поле. Скоро стемнеет. Пора идти к условленному месту — к расщепленной молнией сосне. Там должна быть весточка.

Елисей отполз от края пригорка, встал, отряхнул колени и пошел через лес знакомой тропой.

Шёл уверенно, дорогу помнил. За время, проведенное в отряде Ермака, он бывал здесь не раз. Пара верст по едва заметной звериной тропе, у поваленной берёзы — влево, полверсты через овражек. Вот и приметная сосна: старая, могучая, когда-то рассечённая молнией. Из одного корня — два ствола. На уровне груди — дупло, узкое и глубокое. Кулак не пролезет, а клочок бересты — в самый раз.

Елисей прислушался. Тишина. Лишь дятел долбит и ветер в кронах шелестит. Он быстро нацарапал остриём ножа на бересте: «Я вернулся. Ты жив? Приходи к реке на это место и прокричи ястребом» Нарисовав схему места неподалеку от их стоянки, он сунул бересту в дупло. Теперь все готово.

Затем он возвратился к своим.

Тюлень сидел, привалившись к кедру, с прикрытыми глазами. Савва раскачивался всем телом, как вылезшая из кувшина змея, и молился. Бритва точил нож о гладкий камень — медленно, со скрежетом. Харитон с Левонтием делили сухари. Горел небольшой костерок — совсем маленький, без дыма. На нем в котле варилась собранная в лодке ханта рыба.

— Я же говорил, чтоб не разводили костер, — зло сказал Елисей.

— Жрать охота, — ответил Харитон. — Тут ни дыма, ни огня.

— Ладно, — бросил Елисей. — Но сухарей и вяленого мяса нам на неделю хватит, если без жадности.

— А если застрянем надолго? — спросил Бритва.

— Не сядем, — уверенно ответил Скрыпник. — Схватим — и уйдем. Неподалеку к этому месту