Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

— Успокойся, Митяй, — тихо сказала жена.

— Да как успокоиться⁈ Завтра камнями закидают, вот увидишь!

Он выпил третью и уронил голову на руки. Жена подождала минуту, потом накрыла его плечи тряпкой и ушла в другую комнату. Через десять минут Митяй захрапел.

Я просидел до рассвета. Мясник проспал всю ночь и не шевельнулся до утра.

К этому времени вернулся Карц — скользнул из темноты и сел рядом. От лиса пришёл ответ — пастух тоже был дома, спал всю ночь, выходил только во двор и вернулся.

Я сидел у куста и смотрел, как светлеет небо. Мясник чист, пастух тоже. Деревенские обвиняют невинных просто от страха и незнания. А настоящая тварь сидит в ком-то, на кого никто даже не думает. Либо они правы и мне не повезло — ночью тварь решила не вылезать.

Немного вздремнул, оставив на посту Красавчика, но проспал недолго — меня разбудила суета. Нашли ещё одну тушу — об этом орали на всю округу. В лесу, в полукилометре от деревни. Пока я караулил мясника, а Карц — пастуха, кто-то третий вышел в лес и жрал оленя.

Кто-то, кого я пока и близко не рассматривал.

Я отправил Карца в ядро и пошёл в деревню. Времени в обрез — надо думать заново.

Живой трусил рядом, и ему тоже нужно было начинать по-другому. Я водил волка по деревне, и он рычал на всех подряд — на кузнеца, на трактирщика, да даже на бродячего кота! Слишком много раздражителей, навык просто тонул в шуме. Значит, нужно убрать шум. Проверять конкретные дома или людей. Один за другим, давая волку время обнюхать каждый порог.

У колодца увидел ту самую девочку из трактира. Она просто набирала воду — худые руки тянули ведро, верёвка аж скрипела. Я подошёл ближе и разглядел то, чего вчера в полутьме не увидел — царапины на правом предплечье. Три параллельные полоски, как от когтей. Свежие, дня два-три. Она прятала их, но я всё равно увидел. А глаза у девчушки были красные от недосыпа — затравленный взгляд человека, который давно нормально не спал.

Я сделал мысленную зарубку. Толпа всегда ищет козла отпущения среди изгоев, но настоящая зараза обычно прячется там, куда никто не хочет смотреть.

— Помочь? — спросил и кивнул на ведро.

Девчонка вздрогнула и отшатнулась. Посмотрела на меня и стиснула ведро обеими руками. Ещё бы — чужак, незнакомый мужик с волком.

— Сама справлюсь.

— Я видел тебя вчера в трактире. Ты одна сидела. Без родни.

— И что? — голос оказался колючим. — Мне нельзя в трактир?

— Просто редко вижу, чтобы девчонка одна на деревенском собрании сидела.

— Отстаньте!

Она подхватила ведро и быстро пошла прочь даже не оглядываясь. Я смотрел ей вслед. Красавчик вытянул морду вслед девчонке и тихо пискнул. Горностай почуял тревогу.

— Да уж знаю. Тяжело, видать, девке.

Зверёк умел читать людей не хуже меня.

Через час моих блужданий ко мне подошёл староста. Грузный мужик оглядел Живого и посмотрел с подозрением.

— Я тебя вчера на собрании видел. Ты кто?

— Просто Зверолов из Драконьего камня. На восток шёл, у вас не задержусь.

— Зверолов, — староста пожевал губу. — С волком Жизни.

— Ну да, с волком Жизни.

— Ты с чем-то таким дело имел? С тварями, о которых мы говорили? Которые так животин жрут? Мы хотели нанять, думали может…

— Да откуда? — я перебил. — Просто мимо иду. А что у вас творится-то?

Староста смотрел на меня и думал. Потом махнул рукой и пошёл к трактиру.

— Если чего увидишь — скажи. Нам тут любая помощь…

Он не договорил. Махнул ещё раз и ушёл.

Я провёл в деревне весь день. Ходил от дома к дому и водил Живого мимо дворов и заборов. Волк рычал на проходивших мимо мужиков, потом на бабу с помоями. Следующей жертвой стал мальчишка, который кинул в него палку. Слишком много шума.

Все навыки Живого оказались безрезультатны.

А к вечеру я вспомнил собаку.

Вчера, когда вошёл в деревню — все собаки в деревне вели себя нормально. Лаяли на меня и крутились у заборов. И только одна рвалась и скулила.

Я специально прошёл мимо того дома. Пёс по-прежнему рвался от двери. А ведь дом обычный.

В окне шевельнулась занавеска — будто кто-то выглянул и отступил.

Я остановился у забора. В соседнем дворе старик ковырял граблями — одна из рукояток треснула, и он пытался примотать её бечёвкой. Пальцы не слушались, и старик тихо матерился.

— Отец, — окликнул я. — А кто в том доме живёт?

Он поднял голову.

— Егор-охотник. Знаешь его?

— Нет. Собака у него что-то мается.

— А-а, этот, — старик махнул рукой. — Егор его привязал с месяц назад. Говорит — кидается. Раньше нормальный пёс был, за Егором хвостом ходил, а тут вдруг начал рычать и кусаться. Варька кормит, следит. Но да, жалко псину.

— Варька? — уточнил я.

— Ну да. Дочь, — старик кивнул.

— Понятно… — задумчиво ответил я.

Поблагодарил старика и отошёл в сторону.

В голове складывалось само — собака взбесилась с месяц назад. Туши начали находить тогда же. Охотник значит… А его дочка ходила с когтевыми царапинами и в таверне была одна.

Мне нужно было подтверждение, чтобы действовать наверняка.

Подвёл Живого к дому Егора. Остановился у забора, присел рядом с волком и положил руку ему на голову.

— Слушай меня. Забудь улицу, людей и всех зверей. Вот этот дом. Вот этот запах. Сосредоточься. Вдохни и анализируй. Используй навык на полную.

Живой посмотрел на меня. Потом моргнул, повернул морду к дому и глубоко потянул носом. Тело волка напряглось. Передние лапы упёрлись в землю. Верхняя губа медленно поползла вверх, обнажая клыки.

Волк застыл аж целиком — как замирает зверь, когда встречает что-то, чего боится и ненавидит одновременно. Стоял у забора и смотрел на дверь дома.

Когда волк рычит — это понятно. А вот когда волк молчит и не шевелится — это страшнее. Так замирают звери перед тем, от чего бегут.

Ну вот и подтверждение. Нет, пока что — зацепка.

Отец Вари. Человек, на которого в деревне никто даже пальцем не показал. Я применил нюх маны и разочаровался — пусто. Судя по всему, мои способности были ограничены. Может навык почует Сухого лишь в какой-то определённый момент?

Значит, ночью я прослежу — надеюсь не ошибся.

Я забрался на дерево в лесу так, чтобы было видно дом. Сделал это ещё засветло — пока деревенские ужинали и закрывали ставни. Живой лежал