Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

— Наглухо? — вдруг хором говорят мои собеседники.

— Так какой совет, Дрок?

Маленький дух криво улыбается и качает головой.

— Герой. Но не тот, из-за которого умерли другие, а совсем наоборот. Может именно ты и нужен этому миру. Не знаю. Совет мой прост — не следуй правилам. Учти, что здесь одни шулеры. Значит переверни стол, вытряхнуть тузы из рукавов и набей морды. Будь собой, рыцарь крови. Дерись. Ты и не можешь иначе. Поверь, позже ты всё поймёшь, воин. Просто иди вперёд.

— Совет витиеватый, но спасибо, Дрок.

— Увидимся ещё, но это не точно. Да, ещё пара моментов, а потом тебе брат кое-что важное скажет.

— Слушаю, Дрок.

— Во-первых насчёт того, что в разных мирах есть схожие вещи. Например, в одном мире что-то сказка, а в другом это реальность. Всё летит в изнанку, хроники Акаши, астрал, при этом просачиваясь между мирами. Люди с даром высоких вибраций могут неосознанно ловить образы с изнанки. Даже с чужой изнанки. У вас гоблины живут в легендах, а я один из них. Шаман. И сам ты недавно в Танате встретил такого разумного.

Встретил. Джон, вернее Джеймс Картер, что вместо Марса попал в Африку и дружил с местными индейцами.

— Во-вторых. Моё зрение ограничено здесь. Вижу только небольшой участок вокруг врат. Это, — кивок на серый шарик в руке, — лишь мой мысленный образ. Потому, есть ли ещё города дрегов с живыми обитателями — мне неведомо. Живут ли дреги в Узле или Центре, как вы его зовете — тем более не вижу. Но вознестись они пробовали там.

Перед глазами возник облик острова посреди подземного моря, где Дим перед отставкой видел одного из Творцов. Тогда он принёс дрегу камни и головы мятежных разов. Город покрывал как сам остров, так и потолок над ним. Если у Таната был «мозг», то только там.

— В-третьих. У тебя не три пути. Первый, отстраниться, ты отверг сразу. Второй, всё разрушить, ты отверг сейчас. Третий путь Трагаса, то есть починить, а вернее излечить этот мир — сложен и мало выполним. Но отсюда вытекает четвёртый путь — твой личный. Ты решаешь, как поступить. Но этот путь…

— Может привести к уничтожению моей души. Буквально.

— Верно, рыцарь крови. Но времени мало. Я не всесилен. Дал им наконец слово твоему молчаливому напарнику.

Дим выходит впредь и задумчиво гладит подбородок.

— Брат, помнишь то слово, которое упоминали Даргул и его разы? Алар?

— Как такое забыть? Я думал, что так они зовут хозяев Таната. Так ведь?

— И да, и нет.

— Поясни.

— Так они называли силу, которая не имеет материального воплощения. Явление. Хорошо, что могу словами описать. Образом сложнее.

— То есть? Какую силу ты имеешь ввиду, Дим?

— Дьявола, — просто отвечает напарник.

Так, история всё интереснее. Мало мне запертых, подобно демонам в Аду, душ псиоников, у нас ещё и местный сатана нарисовался. Вот чего мне так везёт?

— А он тут есть, местный дьявол?

— Не знаю, — чешет себя когтем по виску Дим, — но сейчас я не могу не только убрать боль, но и показать последнее своё воспоминание. Алар — термин из моего мира.

— Так. Подробнее, — сразу говорю я.

— Те монахи, братья ордена Тишины, так они называли одного демона, изгнанного с земли в преисподнюю. А теперь ты понимаешь, откуда Даргул его знает?

— Твою печенку, Танат. Вы земляки.

— Хуже, Нико. Я многое вспомнил, пока ты был в отключке. Того учителя послушники называли… Они называли его наставник Даргул. Понимаешь?

— Чтоб меня… Почему у меня ощущение, что это не все новости.

— Не все, — вздыхает монстр, стоящий передо мной. Слова явно даются ему тяжело. — Я вспомнил свою последнюю цель. Из прошлого, до помещения меня в хранилище. Она стояла на коленях, подставив шею под клинки.

— Добивай, Дим. Не томи.

— Она сказала нам, мне и моему тогдашнему носителю, что всё понимает. Потому она, во имя великой цели, отдаёт свою жизнь. Нико, она… Она назвала нас…

— Как? — мне передались его эмоции. Разум димортула шокирован и растерян. Его образ становится прозрачным. Видимо слияние, устроенное Дроком, подходит к концу. Сам гоблин уже пропал.

— Танат, она назвала нас наставником Даргулом. Брат, ты понимаешь, что это значит?

Понимаю, напарник, понимаю. И у нас обоих общая реакция на эту новость.

— Ипутся кандибобрики! — говорим мы хором.

Потом я оказываюсь один под куполом. Ощущаю Дима так, как прежде. О, и боль в спине сразу прошла. Жаль, что другие наши проблемы так просто не решить.