Пространство - Джеймс С. А. Кори

— Это обещаю.

Он лежал в темноте рядом с ней, пока ее дыхание не стало реже и глубже. Через пять минут он понял, что не уснет, и встал. На секунду она затихла, пытаясь проснуться, но затем глубокое дыхание вернулось. Холден вышел из каюты.

В коридорах «Росинанта» также царил полумрак. Холден направился к лифту. С камбуза доносились добродушный бас Амоса и высокий тонкий голос Клариссы. Он остановился, прислушался, потом взобрался по трапу в рубку. Пользоваться лифтом при низкой лунной гравитации казалось глупым, поэтому он просто поднимался, перекладина за перекладиной, рука за рукой, пока не добрался. В темной рубке лишь отблески экранов освещали Алекса.

— Привет, — протянул Алекс, когда Холден устроился в кресле, — не спится?

— Очевидно, нет, — вздохнул Холден. — А тебе?

— Ненавижу здешнюю гравитацию. Такое чувство, что мы слишком медленно движемся, и мне все время хочется включить двигатели на полную. Но мы-то никуда не летим. Меня должно удерживать ускорение, а не какой-то огромный камень, — Алекс махнул на экран, где без звука шли новости. В камеру что-то горячо вещала женщина в ярко-красном хиджабе. Холден знал, что это известная марсианская журналистка, но никак не мог вспомнить имя. — Все так и продолжается. Это называют мятежом. Всё талдычат о нарушении долга, оставлении постов и продажах вооружения на черном рынке.

— Звучит паршиво.

— Звучит лучше, чем оно есть, — возразил Алекс. — Это был переворот. Гражданская война, только вместо драки пятая часть военных просто свалила через врата со всем нашим добром. Ну, то есть, всем добром, которое они не успели продать засранцам из Вольного флота.

— Известно, куда они направлялись?

— Неа. По крайней мере, не говорят.

Женщина в хиджабе — ее звали Фатима Уилсон — исчезла, но на экране продолжали крутиться кадры пустых доков на Марсе, затем групп протестующих, что-то выкрикивающих в камеру. Холден не мог понять, за что или против чего они выступают. Возможно, они и сами не знали.

— Если они когда-нибудь вернутся, их обвинят в измене, — сказал Алекс. — Что-то мне подсказывает, что в ближайшее время они не собираются домой.

— Итак, — подвел итог Холден. — Марсианский переворот. Вольный флот, выбивающий дерьмо из Земли. Пираты, грабящие корабли колонистов. Отключившая связь станция Медина. И бог-знает-что, съедающее корабли, прошедшие сквозь врата.

Алекс уже открыл рот для ответа, но экран моргнул и зазвенел. Запрос связи с самого верха.

— Беда никогда не приходит одна, — сказал Алекс, принимая вызов.

На экране появилась Крисьен Авасарала. Безупречная прическа, изумрудное мерцающее сари. Только глаза и плотно сжатые губы выдавали усталость.

— Капитан Холден, мне нужно встретиться с вами и вашей командой. Немедленно.

— Наоми спит, — не подумав, ответил Джеймс. 

Авасарала улыбнулась. Нельзя сказать, что улыбка была приятной.

— Пойду ее разбужу. Скоро будем.

— Спасибо, капитан, — сказала действующая правительница Земли и отключилась.

Палубу заполнила тишина. 

— Заметил, что она не сказала ничего неприличного или оскорбительного? — спросил Холден.

— Ага, заметил.

— Это не к добру, — вздохнул Джим.

Конференц-зал находился у поверхности Луны. Он напоминал школьный класс или церковь: подиум в передней части и ряды стульев перед ним. Но сейчас подиум был пуст, а десяток стульев расставлен в подобие круга. Авасарала сидела с Фредом Джонсоном, главой станции Тихо и бывшим официальным представителем АВП, и премьер-министром Марса Смитом слева от нее и Бобби Драпер справа. Смит и Джонсон были без пиджаков, все выглядели уставшими. Холден, Наоми, Алекс и Амос сидели напротив, пара стульев с обеих сторон обозначала границу. Холден не сразу понял, что Клариссы Мао нет. Ему и в голову не приходило взять ее с собой. В конце концов, встречу назначили команде «Росинанта», а она...

Авасарала что-то набрала на ручном терминале, и в центре круга появилась схема. Земля, Луна, станции у точек Лагранжа горели золотым. Корабли флота, блокирующего атаки Вольного флота — зеленым. Отдельная модель показывала внутреннюю систему — Солнце, Меркурий, Венеру, Землю, Марс, основные станции Пояса, такие как Церера и Паллада, и россыпь красных точек.

— Красные — это Вольный флот, — пояснила Авасарала. Вживую ее голос звучал хрипло, будто она кашляет. Холден не мог понять, то ли она просто слишком много говорила, то ли надышалась лунной пыли, такой мелкой, что ее не задерживают самые лучшие фильтры, так что воздух на станции имел привкус пороха. — Мы следим за их передвижениями и обнаружили аномалию. Вот здесь.

Она ткнула в экран терминала, и две картинки соединились, показывая теперь один и тот же участок космоса. В стороне от станций и планет в безбрежной пустоте плавала красная точка. Наоми подалась вперед, пытаясь сфокусировать взгляд. Она слишком устала для всего этого.

— Что он там делает? — спросила Наоми вполне четким голосом.

— Шпионит, — сказал Фред. — Маячок выключен, но, похоже, это корабль-разведчик, «Лазурный дракон» с Цереры. Экипаж состоит из радикалов АВП.

— То есть, сейчас он, вероятно, часть Вольного флота. И камни, которые они швыряли... — начал Холден.

— ...наводит этот отморозок, — закончила за него Авасарала. — Мы так думаем, — устало пожала плечами она, — знаем мы только то, что пока эти скоты сбрасывают на нас камни, мы в ловушке. Наши корабли не смеют двинуться с места, и Марко Инарос может требовать с внешних планет все, что пожелает.

Подавшись вперед, Смит заговорил спокойным, почти извиняющимся тоном:

— Если разведка Крисьен права и этот корабль направляет атаки, значит, это самое слабое место Вольного флота. Вы знаете, что полковник Джонсон, генеральный секретарь Авасарала и я формируем опергруппу? Ее первой задачей станет захватить или уничтожить «Лазурного дракона» и лишить противника возможности атаковать Землю. Дать нашему объединенному флоту возможность вздохнуть.

Холден впервые услышал термин «объединенный флот», и он ему понравился.

Не ему одному.

— Вот дерьмо, — сказал Амос. — А я тут прохлаждаюсь, ковыряясь в носу.

— Знаешь, твои развлечения нас не интересуют, — сказала Авасарала, — но ты мог бы продолжить и в кресле-амортизаторе. «Росинант» не входит в состав флота, поэтому не оставит дыру в нашей обороне. И я так поняла, на нем есть кое-какие усовершенствования...

— Килевая рельсовая пушка, — ухмыльнулся Алекс.

— ...которая просто кричит о гиперкомпенсации за крошечные пенисы, но может оказаться