"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

опыте, а на самом деле у вас ничего и ни с кем? — восклицал Содер, обходя вокруг четверых друзей с видом бывалого заключенного, к которому привели первоходка. — Кто вы после этого?

Ребята молчали, повесив головы, и за них на вопрос ответил Гарет.

— Таких людей называют балаболами!

— Ладно Тин, — продолжил Содер. — Он любит поговорить. Но вы-то? Хантердей?

Один из молодых людей поднял голову.

— Я не совсем врал. У меня была подружка.

— И?

— Мы с ней ходили за руку.

— Ясно. У остальных ситуация, думаю, не лучше. Плохи ваши дела. Плохи!

— Ну, да… — невнятно промычали четверо.

— Что делать будем, страдальцы? — спросил Гарет.

— Может, научите, как-нибудь? — робко спросил Тин. — Вы же все умеете. Все знаете. По-дружески. А? Только без тех девиц, что за деньги.

Содер с важным видом прокашлялся, метнув на Гарета озорной взгляд. Тот ответил ехидной улыбочкой. Впрочем, их молчаливое общение видели только маги. Тин и остальные продолжали сверлить глазами землю.

— Сейчас начнут издеваться, — пробормотала Заражея. — Эх… Чувствую, колдовать они сегодня не будут. Может, пойдем?

— Предлагаю досмотреть до конца. Мне уже стало интересно, что из всего этого получиться, — свои слова Тифани сопроводила жестом, указывая на густой кустарник неподалеку.

Приглядевшись, маги увидели трех девушек, выглядывавших из-за веток.

— Саманта, Синти и Лола, — сразу перечислил Аврелий.

— И это еще не все, — рука Тифани сместилась к кустам с другой стороны тренировочной площадки. — Там, если не ошибаюсь, Тиллиана Талииди и Урсулла де Кляйне.

Аврелий невольно усмехнулся. Подружки вновь взялись за старое, пытаясь вывести Содера и Гарета на чистую воду.

— И все без маскировки подкрались, — заметил он.

— Она им ни к чему. Их прикрывает магический фон площадки, — не отрывая глаз от происходящего, пояснила Люция.

Между тем Содер и Гарет расставили своих друзей в одну линию, воткнули напротив них в землю палку, на которую водрузили ведро.

— Вот, это ваша новая подружка! — объявил Содер. — Тренировочный макет, который мы назвали Писхея.

— Эй! Я не допущу, чтобы мою Психею целовал кто-то другой! — подскочил на месте Тин.

— Ты совсем дурак? — рыкнул у него Гарет. — Это же простое ведро!

— Но представлять-то они будут мою Психею!

Содер вскинул руки.

— Хорошо! Давайте свои предложения. Тин?

Молодой человек замялся.

— Не знаю.

— Хантердей?

— Ну…

— Ясно. Моэль?

— А почему сразу я? — хмуро отвернулся здоровяк.

— Насри!

— Э-э-э…

— Вы что, издеваетесь? — взвился Гарет. — Вы имя придумать не можете? Нам уйти?

Ребята сразу зашевелились и Хантердей осторожно поднял руку. Поймав вопросительный взгляд, выдавил:

— Тифани. Давайте назовем манекен Тифани.

Содер и Гарет хмуро переглянулись.

— А почему Тифани? Уж не в честь ли Клафелимиди?

— Да, — помявшись, признал Хантердей. — Она очень красивая.

— Прекрасно! Ты сейчас специально? Что бы у нас настроение к вашему обучению пропало?

Слова Гарета вызвали у Аврелия улыбку, а у Люции и Заражеи — изумление. Затем Люция вспомнила про скандал с символом веры Чареции и, не сдержавшись, хихикнула.

— Ты же знаешь, что Содер и Гарет даже дорогу выбирают другую, чем ту, по которой идет госпожа Клафелимиди! — донеслось до магов. — Давай другое имя!

— Почему они вас так бояться? — склонилась к побледневшей магессе Заражея.

— У нас с ними были определенные… недоразумения, — пояснила Тифани, с раздражением услышав очередные смешки от Люции.

— Тин, это ты с Психеей уперся! — продолжали прнпираться студиозы. — Ты и определяйся с именем!

Страдающий косоглазием студиоз под нетерпеливыми взглядами друзей засуетился, задергался и, наконец, выпалил:

— Кристина!

Гарет поднял ведро вверх.

— Ну, здравствуй, Кристина! Сегодня ты познакомишься с четырьмя настоящими самцами! Посмотри на них! Красавцы!

Настоящие самцы со смущенными рожами смотрели то на ведро, то на Гарета и Содера. Хантердей быстро глянул в направлении дорожки. Убедившись, что на ней никого нет, повернул голову обратно.

— Самцы готовы? — на всю тренировочную площадку взревел Гарет.

— Тише ты, Гарет, — взмолился Тин. — Услышат же!

Однако Гарет и не подумал снизить громкость.

— Я не слышу ответа?

— Да, готовы, — тонкими голосками вразнобой выкрикнули «самцы».

— Нет, не готовы, друг мой, — вступил в игру Содер. — Перед тем, как начать, они должны признать проблему!

— Я согласен с тобой, друг, — торжественно склонил голову Гарет.

Сидевшие на скамейке маги затаили дыхание. Разворачивающееся перед ними действо напоминало обряд Посвящения, который студиозы проходили в начале первого курса.

— Сейчас каждый из вас должен представиться, громко назвав свое имя, и озвучить суть проблемы, которую мы потом попытаемся вместе с вами решить! — торжественно провозгласил Содер. Предваряя вопросы, он вскинул руку. — Привожу пример, как это должно звучать. Я, студиоз темного факультета Содер Смэлл, признаю, что никогда не имел отношений с противоположным полом и хочу научиться тонкому искусству соблазнения и доведения до…

Содер прервался, задумавшись над окончанием формулировки. Четверо студиозов замерли с открытыми ртами, глядя на него расширившимися глазами.

— Эй! — свой возглас Гарет сопроводил коротким свистом. — Соблазнитель! Ты чему там еще собрался их учить? Забыл, что у нас только ведро! Вернее, Кристина… Еще вернее, ее железная голова! На себе, что ли, показывать все будешь? И в качестве учебного пособия сам выступишь? Каминг-аут решил провести?

Заражея склонилась к Клафелимиди.

— Что такое каминг-аут?

— Это словечко из Вольных баронств, — ни на секунду не замешкавшись, спокойно ответила та. — В переводе на наш обозначает выступление мастера.

— А-а-а-а… понятно.

В ответ на вопросы Гарета, Содер взъерошил волосы растопыренной пятерней и признал:

— Да. Тут погорячился. Значит, остановимся на тонком искусстве соблазнения.

Мнущаяся перед ними четверка уныло переглянулась.

— Мы бы хотели научиться целоваться, — магам пришлось напрячь слух, чтобы расслышать слова Тина. — Парни только ради этого со мной пришли.

— Что??? — подскочил к нему Гарет. Герой похода в Проклятые земли навис над Тином так, что тому пришлось отклониться назад, чтобы не соприкоснуться носами. Именно так армейский десятник нависает над новобранцем, который умудрился задать самый тупой в мире вопрос. На взгляд десятника, разумеется. — Только этому??? А как ты даму доведешь до того состояния, чтобы она согласилась тебя поцеловать? Свой прыщ ей покажешь?

Тин, все еще пребывая в отклоненном состоянии, пощупал лицо.

— У меня нет прыщей!

— Я говорил про прыщ, который у тебя в штанах! Что ты сразу за штаны схватился? Мне его решил показать? Не надо. Не смеши ни меня, ни остальных! Давай, делай признание. Ты первый!

— А почему опять я?

— Делай!!! — дружно громыхнули Насри, Хантердей и Моэль.

Аврелий почувствовал острый локоток Тифани, которым она его легонько толкнула.

— Глянь на девчонок, — сказала магесса, утирая выступившие на глазах слезы. Тифани давно так не смеялась. — Я на них обижусь, если они сейчас сорвут представление!

Аврелий посмотрел