"Фантастика 2026-132". Компиляция. Книги 1-21 - Сергей Анатольевич Панченко

как можно слабее. Поэтому они и поддержали того, кто им слабее показался. А Аленушка со своим войском лапотников ну никак не казалась сильней. Да только увидев, что битва идет не так, как они замышляли, сразу отступили.

– Я думал – они побежали просто…

– Ты плохо новгородских воинов знаешь, – усмехнулся Даниил, – это рубаки матерые, они всю жизнь проводят в походах по опасным землям, их испугать не так просто. В строю они, конечно, биться не приучены, однако можно было отойти к ладьям и к реке, лишив конницу Святослава возможности разбега, и там уже бой дать. Нет, этот Садко совсем не прост. Плохо еще то, что непонятно, кто за ним стоит.

– А за ним разве кто-то стоит? – удивился Роман. – Он вроде сам богач из богачей.

– Еще несколько лет назад он простым гусляром был, играл на ярмарках да в харчевнях, а потом вдруг раз – и что ни дело, то успех, что ни поход, то богатства рекой. Нет, кто-то ему весу придал, кто-то создал того Садко, которого мы знаем. И этот «кто-то» пока прячется, не хочет показываться.

– Китеж?

– Не знаю, – вздохнул Даниил, – пока не знаю. Я Полкана попросил особое внимание на Садко обратить… и на Святогора еще.

– На Святогора? – в который раз удивился Роман.

– Святогор не пришел на зов Владимира, – пояснил Даниил, – это значит – он не с нами.

– Нам еще и против Святогора предстоит биться?

– Очень даже возможно.

Роман задумался: еще утром он был уверен, что все закончилось.

– Стало быть, еще война будет?

– Китеж удар нанесет, – уверенно ответил Даниил, – если бы они бить не собирались – не показались бы. И удар их будет успешен, потому как мы не знаем, где и какими силами они его нанесут. Вот только войны выигрывают не те, кто хорошо начинает, а у кого выносливости больше да решительности, а с этим у нас все не так уж и плохо. И тут у меня для тебя будет еще одно важное задание.

– Собрать войско в княжестве?

– Его и без тебя соберут, – отмахнулся Даниил, – а вот тебе задача предстоит непростая: потратить наше золото.

– Всем бы такую непростую задачу! – весело засмеялся Роман.

– Всем я не доверю, только тебе, – отрезал Даниил, не приняв шутливого тона сына. – Надо на золото это нанять ратников, сколько сможешь. С собой возьмешь этого Дэ Толли: понравилось мне, как его отряд держался. Вижу, толковый он человек.

– Где же мне таких людей нанять? – поинтересовался Роман.

– Тут сам решать будешь. – Даниил снова подошел к карте и задумчиво посмотрел на нее. – В степи обычно горячих голов много, но сейчас, думаю, не та ситуация, чтобы в степь за наемниками идти. Варяги – воины сильные, да только неверные: чуть что – предадут и грабить будут. В тевтонских землях много разных дружин да отрядов свои мечи за золото продают. У этих с дисциплиной получше, и не предают обычно, потому как выбраться с наших земель им непросто, но сто́ят они дорого. Можно у Царьграда попытать счастья, там тоже много ратного люда ошивается. Еще в горах Кавказа племена живут дикие, горцы. Дисциплиной и порядком не славятся, однако сила и отвага у них отменные, даже своя честь присутствует, что среди наемников редкость большая. Они своей верностью славны. Однако могут и убить почем зря, уж больно люди там горячие. Выбирай сам, а только к весне у меня должно еще одно войско быть, что ты и приведешь. Пусть нам Китеж неожиданности готовит, нам тоже найдется чем их удивить.

Даниил подошел к стене и снял с нее чугунную булаву, висевшую там среди другого оружия.

– Считается, что силу богатырскую спрятать нельзя, – начал он, – она себя проявит, пусть даже случайно. Стоит вспылить или на секунду забыться – и выломаешь дверь, вместо того чтобы постучать. Илья Муромец с печи не вставал, чтобы никто не догадался, что он богатырь. Но есть и другой путь – гораздо более сложный, но он есть.

Даниил посмотрел на сына своими серыми глазами – сейчас они вовсе не были такими холодными и спокойными, как обычно:

– Надо каждое мгновение подавлять в себе все эмоции: радость, страх, интерес – любые. Для этого надо иметь огромную силу воли, и я знаю только одного человека, у которого это получилось.

Даниил сжал руку, и чугунная булава хрустнула под его пальцами, как перезрелое яблоко.

– И этот человек – я.

Роман с восхищением смотрел на отца: он никогда не видел его таким, даже привык к холодности и равнодушию, а оказалось, что отец все это время заботился о нем и думал о его будущем, а холодность объяснялась вовсе не равнодушием. Роман ощутил, что им любое дело по плечу, и это чувство окрыляло его.

– Когда Китеж ударит, – Даниил пристально посмотрел на сына, – мы будем готовы.

Денис Новожилов

Тридевятое царство. Удар Святогора

Глава 1

Злые книги

За стенами яранги бушевала снежная буря. Стихия вновь и вновь бросала на приступ жилища свои ледяные орды, безуспешно пытаясь добраться до укрывшихся от непогоды существ.

Темноволосый мужчина поежился и еще плотнее укутался в волчью шкуру. Одежда и смуглая кожа выдавали в нем жителя юга, лишь прихотью судьбы оказавшегося в этом суровом северном краю.

– Надеюсь, буря не продлится долго, – обеспокоенно произнес он, пытаясь укрыться шкурой так, чтобы хоть немного сдержать непривычный ему холод.

– Это не буря, – ответило существо в центре яранги, – легкий ветерок.

Существо обладало весьма примечательной внешностью, лишь отдаленно напоминавшей человеческий облик. Под колкими глазами бледно-серого цвета находился внушительный клюв, усеянный рядом мелких, но острых зубов, пальцы были гораздо длиннее человеческих, однако существо умудрялось достаточно ловко управляться с большим совиным пером, что-то замысловато выписывая в толстой книге. Заслуживает интереса и способ беседы, потому как смуглый мог бы поклясться, что разговор идет на его родном языке, а сторонний наблюдатель, если бы такой вдруг оказался в яранге, был бы уверен, что странное существо и вовсе молчит, а гость болтает сам с собой.

– Алмаз моей души пугает несчастного торговца… – притворно возмутился он, однако существо резко оборвало его:

– Не льсти мне.

– Прекрасная хозяйка сомневается в честности Абдула, и очень напрасно, ибо каждый, кто наполняет кошелек скромного торговца, для меня как прекрасный бриллиант среди песков пустыни.

– Все, что ты заработаешь на продаже этих книг, можешь брать себе, – существо отложило перо на минуту и пристально взглянуло в глаза торговцу, – меня