Ухорез 3 - Василий Горъ

дежурной смены обслужить и перезарядить «Сполохи» с «Кипарисами», связались с пилотом «Атланта», убедились в том, что он придет за «сырьем» по расписанию, перебрались на маты и, можно сказать, расслабились. Как? Я, вливавший всю халявную силу в кластеры Пространства, открыл двенадцатисантиметровую «дырку» в мир «единорогов» и принялся очень осторожно увеличивать ее диаметр. А Наташа, завалившаяся рядом, плавилась от гордости.

После того, как я уперся в очередной потолок возможностей, измерила диаметр портальчика рулеткой, извлеченной из кармана штанов, сообщила, что мой новый рекорд — «зеркальце» диаметром в девятнадцать сантиметров — и в шуточной форме потребовала побыстрее взять следующий, восьмой ранг.

— Знать бы еще, на каком уровне он берется… — вздохнул я, «сбросил» заклинание, покосился на контрольные экраны, убедился в том, что вертолет еще не загружен, а ЗРПК не заряжены, опустил голову на скрещенные руки, поймал взгляд помощницы и спросил, как «дамы» оценили ее новый образ.

В ее глазах мгновенно заискрились смешинки:

— Валя с Варей потеряли дар речи… от красоты белья и, кажется, решили, что его мне подобрали вы. Аня сказала, что вот теперь я выгляжу правильно. А утверждение Анастасии Юрьевны надо цитировать…

Я повел рукой, предлагая начинать, и Наташа притворно посерьезнела:

«Я в восторге от вкуса своего сына: „упаковка“ идеально подчеркивает изысканную красоту содержимого…»

— И ведь не поспоришь… — «так же серьезно» заявил я и рассмеялся. А после того, как закончил веселиться, сдал Красовской младшую продавщицу «Элегии»: — Кстати, одна из консультанток магазина, в котором мы тебя одели, этого не поняла. Поэтому пробовала меня соблазнить — пришла предлагать чай и что-то там еще, задрав юбку почти до трусов и углубив декольте до пупа…

Смешинок в глазах Красовской стало больше раза в три, и я потребовал колоться. А для убедительности поднял голову и грозно нахмурился.

Женщина истерически расхохоталась, секунд через десять-двенадцать вытерла увлажнившиеся уголки глаз, слегка порозовела и выполнила «боевой приказ»:

— Когда она сбежала из примерочной, вторая продавщица — Галина — со вздохом предупредила, что Татьяна умчалась вас соблазнять, и что, вероятнее всего, добьется своего. То есть, заинтересует, продиктует номер телефона и в ближайшие дни начнет согревать постель. Ибо вложила в свое тело бешеные деньги именно для того, чтобы когда-нибудь отбить вложения сторицей. А потом я разделась и… невольно продемонстрировала результаты воздействия Аниного комплекса косметических заклинаний.

— Галина потеряла дар речи? — «весело» поинтересовался я по большей части для того, чтобы не дать разойтись проснувшейся фантазии.

Красовская отрицательно помотала головой:

— Нет. Сначала она искала хоть какие-нибудь изъяны. А после того, как убедилась, что их нет, желчно заявила, что у Тани в кои-то веки нет ни единого шанса вас хоть чем-то заинтересовать.

Тут я ответил откровенностью на откровенность:

— Выглядела Татьяна… волнительно. Но она рванула ко мне из-за фразы «Бюджет не имеет значения…», а я на дух не выношу продажных женщин…

…После того, как «Атлант» ушел на Енисейск, мы с Наташей прервали расслабон, прошлись до гаража, забрались на снегоход и прирулили к ловушке за «наживкой». После того, как загрузили ее на багажник, Природница бодро запрыгнула за руль, дала мне время забраться ей за спину и «втопила» по очень неплохо укатанной колее. Да, колбасило «Буран» нещадно, но нам было в кайф — мы неслись по ночному лесу, поднимая шлейф снежинок, изредка взлетали в воздух с небольших пригорков и наслаждались текущим мгновением.

Тормознули рядом с порталом и, как обычно, разделили обязанности — Красовская в темпе раздвинула телескопический штатив, присобачила к нему микрокамеру и просунула ее в смежный мир, а я сначала впечатал в память подступы к «зеркалу», а затем затолкал на ту сторону заднее бедро «яка» и «создавал» плотный запаховый «след» до тех пор, пока напарница не увидела на экране телефона стаю незнакомых животных, несшуюся «прямо на нее».

Тут мы включили турборежим — вернули камеру и «наживку» обратно, запрыгнули на снегоход и рванули обратно. А дроны с «ранеными кроликами» скинули высоту, готовясь «подхватить» иномирное зверье.

Разогналась Наташа прилично. По моим ощущениям, поймав кураж. И слегка переоценила свои силы, поэтому километра через два-два с половиной вошла в поворот быстрее, чем хотелось бы, и «Буран» поставило на левую лыжу, а нас отправило полетать. Аккурат в нижние лапы вековой ели.

Я тоже был на кураже, поэтому заржал еще в полете, поплотнее прижал к себе горе-водительницу, «провалился» в ускорение, влил предельный объем энергии в два покрова и, уже вламываясь в хвойную «юбку», почувствовал, что хохочущая Красовская пытается добавить защите еще немного плотности. Позволил… Как-то. Потом отрешенно удивился качественному изменению «общего» покрова, «медленно» продавил спиной пружинившее препятствие, упал на мягкий и приятно пахнущий «ковер», приподнял плечо, придержал им голову Наташи, качнувшуюся назад, и заставил себя раскрыть объятия.

Следующие секунд пятнадцать не запомнил — потерялся в счастливом взгляде личной помощницы, поэтому пришел в себя уже за рулем «Бурана», «каким-то образом» вернувшегося в штатное положение. Хотя вру: в памяти сохранились радостные извинения Красовской и мое «Надо будет как-нибудь повторить…»

Кстати, именно это утверждение веселило нас всю оставшуюся часть пути до гаража. Впрочем, угорали и во время пробежки от него до бункера. Так что влетели внутрь довольными до невозможности, в темпе скинули все ненужное шмотье, дали команду гнать к нам «тестового» монстрика и вывели на один из контрольных экранов картинку с «птички», контролировавшей всю стаю. Подобрать земные аналоги двум массивным уродцам с темно-зеленой лоснящейся шкурой не смогли — не хватило то ли знаний, то ли фантазии. Вот Наташа и окрестила их клыкачами.

Я возражать не стал — дождался прибытия особо любопытного одиночки и всадил в него четыре «Ориона». Обнаружив, что огненный покров монстра не продавился, оценил мощь контратаки и шарахнул пятью. Ну и, до кучи, всадил в левый бок очередь из десяти бронебойных снарядов.

Этого хватило за глаза — клыкач лег, и я уверенно отнес его к шестому классу опасности. А потом поймал мощный посмертный импульс, поднялся на восемьдесят девятый уровень и прорвался в восьмой ранг! Да, жестковато, но после того, как неприятные ощущения исчезли, почувствовал такой прилив сил, что не передать словами. Впрочем, способности соображать не потерял, поэтому вошел в оперативный канал, дал команду перезарядить «Кипарисы», на всякий случай врубил «глушилку» и провел следственный эксперимент — открыл «дырку» в мир «единорогов». Начал с