Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

— И еще, — осадил я перед выходом Быка, — чтобы с КП второго батальона ни ногой, а то знаю я тебя, тут же полезешь на самый передок и лично поведешь штурмовиков в бой.

— А как же контратаковать? — тут же поскучнел взглядом Буру.

— Пусть подчиненные: контратакуют, ставят мины, стреляют по противнику и так далее, а ты командир и должен находиться на командном пункте и управлять боем. Забыл, чему тебя учили? Учти, я буду постоянно запрашивать обстановку в зоне ответственности второго батальона по всей ширине фронта! — погрозил я кулаком. — Попробуй только не ответь.

— Рано ему еще в генералы, — высказал очевидную мысль Носов, как только Буру скрылся из КП.

— Знаю, — согласился я, — но уж больно внешние данные у него подходящие для генеральской формы. Простые кабиндцы из всех моих «апостолов», Быка больше всех в качестве военачальника привечают.

— А Векеса? — удивился Кирилл. — Как по мне, то он из твоих нукеров самый умный и толковый.

— Это, да, но Векеса по местным меркам староват и излишне мягок. Думаю, как заирцев отобьем перевести его на должность министра образования, вот там он будет, как рыба в воде.

— А Быка что ли в министра обороны?

— Нет, он пока побудет начальником сухопутных войск. А министром обороны хотел сделать тебя.

— Меня⁈ — опешил Кирилл. — Совсем «ку-ку»?

— Забыл, что я — майор ВС СССР? Как я могу быть министром обороны иностранного государства?

— Ты в принципе, согласен или нет?

— В принципе, я согласен, — спустя несколько минут раздумий заявил Носов, — но Москва это не одобрит.

— С Москвой я договорюсь, — легкомысленно отмахнулся я, — КНДР в своё время тоже организовал простой советский капитан. Чем ты хуже?

На передовой закипел бой, вражеская пехота, пусть и неспешно двигалась вперед, а заирская артиллерия, поддерживая продвижение пехотинцев переносила огонь своих орудий всё ближе и ближе к нашей линии обороны.

Мы с Носовым прильнули к окулярам стереотруб наблюдая за действиями противника. Действовали заирцы без выдумки: просто шли вперед широким фронтов, нанося сперва удар из пушек и минометов, а потом уже подходила пехота.

Там, где пехотинцы напарывались на неразорвавшиеся мины, тут же образовывались прорехи в рядах атакующих, и вражеские солдаты как-то сами собой скомпоновались в районе трассы, что шла воль моря. Оно и понятно, само по себе дорожное полотно минировали открытым способом, то есть мины ставили поверх асфальта не углубляя их. А вот обочины, придорожны кусты, линию пляжа и болотистую местность заминировали уже как положено. В итоге, к концу первого участка обороны вражеская пехота подходила плотным строем двигаясь по дороге и её близким обочинам.

Начиная от границы каждый пятикилометровый участок вглубь нашей республики имел свой номер. Первые пять километров — участок обороны номер раз, вторые пять километров — участок обороны номер два, третьи пять километров — участок обороны номер три. Первые десять километров от границы — были тем расстоянием, которые по замыслу Ставки, можно было отдать противнику и вести в этой полосе боевые действия.

Планировалось «вытянуть» армию Заира в длинную десятикилометровую «кишку» и рубить её по частям нанося удары с флангов. Воевать лоб в лоб с превосходящими силами противника никто не планировал. Зачем, если есть пространство для маневра?

Армия СРК хоть и была немногочисленна и не имела тяжелого вооружения, но зато она была высокомобильна. «Под ружье» был поставлен практически весь автотранспорт, что был в республике, причем автомобили не просто отправляли на фронт для нужд армии, нет, очень много осталось в городе Кабинда и его окрестностях. В Кабинде одновременно появилось много: самодельных карет «Скорой помощи», спасательных и пожарных машин. К примеру, из пикапа в кузов которого установлена емкость с водой и ручной помпой получается замечательная пожарная машина способная бороться со сравнительно небольшим возгоранием, то же самое касалось и карет «Скорой помощи» — в кузов пикапа ставят настил из досок, и он способен быстро доставить несколько раненых в ближайших госпиталь.

К 1 сентября 1983 года в СРК было развернуто несколько десятков полевых госпиталей, в которых готовы были принять раненых врачи из СССР. Младший обслуживающий медицинский персонал в таких госпиталях состоял сплошь из кабиндцев, для которых были организованы двухмесячные курсы.

Тоже самое касалось и пожарной службы Кабинды. Если до лета 1983 года в столице городе Кабинда с населением почти в сто тысяч человек было всего три пожарных машины, то к 1 сентября этого года пожарных машины стало 24 штуки.

В общем, к войне подготовились как только могли. Никто не хотел напрасных жертв из-за того, что не смогли вовремя потушить пожар или довести раненых до хирургического стола.

Тем временем заирские вояки подошли к границам второго участка обороны. По ним тут же ударили 82 мм минометы. Стационарные позиции артиллеристов были оборудованы лишь на третьем и четвёртом участке обороны. Значит если по наступающим заирским пехотинцам открыли огонь, то минометы были спешно перекинуты вперед. Дальность стрельбы 82 мм миномета — 3–3,5 километра. С начала третьего участка обороны никак не достать до наступающих рядов заирцев. Получается, что Бык отдал приказ о выдвижение навстречу противнику. Вполне ожидаемо.

Минометные мины сперва легли одиночными, пристрелочными взрывами, а спустя несколько минут дорога и её обочины расцвели пышным букетом белесых разрывов. Мины летели одна за другой и целыми сериями. Опытный, слаженный минометный расчет способен за минуту «повесить» в воздухе 20–30 мин.

Огневой накат длился всего три-четыре минуты, задействовано было не менее пяти 82 мм «самоваров». Две сотни мин выпущенные с нашей стороны за это время накрыли квадрат площадью в пару гектар, знатно перепахав землю, тонкий слой дорожного асфальта и несколько рот заирской пехоты, бойцы которой не смогли найти себе надежного укрытия.

Мне было не видно откуда работали наши минометы, но я и так мог представить, как все это происходило. К нужной точке подскочили 3–4 пикапа, из их кузовов вытащили минометы, сноровисто их собрали, разложили мины с вкрученными запалами и навешанными на хвостовики тряпичными картузами с порохом. Дали пристрелочный залп, поправились если нужно, а потом заработал «конвейер»: заряжающий опускает мину в трубу, выстрел, не глядя в его отведенную назад руку, подносящий кладет следующую мину, выстрел… и так до тех пор, пока не высадят весь положенный к стрельбе боекомплект. Стрельба окончена. Минометы спешно разбирают, закидывают обратно в пикапы, машины срываются с места и покидают опасный участок. На всё про всё уходит не больше десяти минут. Если задержаться, то под