Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Кожа на груди вспухла изнутри, и из дыры, которая когда-то была грудью под рубахой, попёр сгусток.

Он вылез наполовину, потянулся в воду тонкими отростками — и встретил сетку, которая обняла его и стянула.

Сгусток начал гаснуть.

А тело обмякло.

Сетка ещё держала уже мёртвую плоть, как будто проверяя, что всё кончено.

Тело монстра начало падать вниз. Оно быстро уходило в темноту — я смотрел до тех пор, пока мог видеть. Длинная серая фигура с раскинутыми руками, со всё ещё открытой пастью, смотрело сквозь меня белыми мёртвыми глазами.

И темнота забрала его.

Через пакт Альфы Огня полыхнуло.

Он увидел что-то, чего не мог объяснить сам. А я — и подавно, но в голове стоял образ Фомы, который рассказывал про смерть, которая пометила его.

Пометила и забрала не только Фому, а всё, что было в нём.

Я лежал на льду, прижавшись щекой. Ни я, ни Альфы не убивали генерала. Это сделала река. Или то, что в ней обитало. В этом мире есть что-то сильнее Сухих. И огненный тигр тоже этого не знал.

В конце концов, всё сделал обычный мужик с рыбного рынка. Одним ударом пятки льду.

Под курткой, у самого сердца, мелко и часто дрожал Красавчик. Его тепло было единственным, что сейчас не давало мне окончательно заледенеть изнутри.

Я медленно поднялся. Колени затекли от холода. Выпустил Карца, просящегося наружу — он ткнулся носом мне в сапог и тихо заскулил.

— Всё, дружище. Отскулили, — хрипло сказал я.

Подцепил за лямку сброшенную Фомой котомку, закинул её на плечо и обернулся на берег, с которого мы начали путь.

Мужик показал мне, как мало у нас времени. Твари растут быстрее, чем мы думали.

Мои планы вновь изменились.

Бросил взгляд в сторону Камнеречья, где, возможно, находился следующий генерал. Хотелось рвануть туда прямо сейчас.

Но я не мог начать новую охоту, не закрыв старый долг.

Я взлетел лёгким шагом на берег, отвязал мерина и вскочил в седло. Сначала — Драконий Камень. А уже оттуда я загоню лошадей, но доберусь до Камнеречья как можно быстрее.

Фома сделал свою работу. Теперь моя очередь.

Глава 15

В Драконий Камень я вернулся на следующий же день. Агнесса поправлялась — Степан с Анфисой переехали к ней, Микула заходил через день, ворчал и лечил. Наталька сидела в своём доме под присмотром Тобольда — как сообщил Драконоборец, лишь перестраховка. Соседка нагнала жути, а на самом деле вдова была просто убита горем. Повезло — Сухого в ней не было.

Я передал вещи Фомы и всё рассказал семье. Выполнил все просьбы торговца. Не сказать, что Агнесса и её дети мне улыбались, поэтому надолго в столице не задержался.

Теперь нужно в Камнеречье. Разобраться со странными смертями, где люди седеют, а их лица застывают в ужасных гримасах.

У меня не было времени. Каждая минута промедления давала генералу в Камнеречье шанс пустить корни глубже. Но молодой гнедой подо мной начал тяжело дышать и сбиваться с шага — гнать его дальше без водопоя и короткого отдыха значило остаться пешим посреди тракта.

Пришлось свернуть в Каменку. Ту самую деревню, мимо которой мы проезжали с Фомой.

Я помнил грязного мальчишку с пустым лицом. Как Карц повернул морду и тревожно замедлился.

Планировал только напоить коня и набрать воды, но едва въехал на улицу, как моё чутьё зазудело под кожей, как старая царапина под дождём.

Каменка выглядела живее, чем в прошлый раз. Дым валил из десятков труб, у колодца две бабы набирали воду, через площадь катила телега с сеном.

Но что-то всё равно было не так.

Заборы целые, скотина во дворах, огороды вскопаны — всё хозяйство работает и всё это нормально. Но людей на улице мало для деревни в сто с лишним дворов. Двери закрыты среди бела дня — изнутри и на засов. Те бабы у колодца набирали воду молча, не переговариваясь — косились по сторонам и торопились обратно. Мужик с телегой проехал мимо меня, не подняв головы — вообще ни на что не глядел. Ехал как сквозь стену, лишь бы не задерживаться на открытом месте.

Деревня словно пряталась.

Я посмотрел на место у забора, где в прошлый раз сидел мальчишка. Забор починили, доски свежие, а вот ребёнка не видно. Может, дома сидит. А может и нет.

На площади стоял двухэтажный трактир с коновязью у крыльца. Большой для деревни, но через Каменку шёл южный тракт. Я привязал лошадь, потрепал по шее и вошёл.

Внутри пахло капустой и кислым элем.

За одним столом сидели трое мужиков — двое в рабочих рубахах, третий постарше, в засаленном жилете. Хозяин стоял за стойкой и протирал кружку тряпкой, которая выглядела грязнее кружки. И это странно, потому что в такой проходной деревне сервис должен был быть лучше.

Все трое замолкли, когда я переступил порог. Посмотрели на Красавчика, который сидел у меня на плече и крутил мордочкой — зверёк принюхивался к запахам кухни. Потом отвели глаза и заговорили тише, склонившись над столом. Один допил эль и быстро, не оглядываясь, вышел, с силой стукнув дверью.

Я сел за свободный стол у окна.

— Похлёбку и воды, — сказал хозяину.

Тот кивнул и ушёл на кухню. Вернулся через минуту с миской и кружкой. Похлёбка выглядела жидкой — капуста, картошка, кусок жилистого мяса на дне.

Красавчик спрыгнул на стол, и хозяин отшатнулся — горностай ткнулся мордой в миску, понюхал и отвернулся с видом оскорблённого гурмана.

— Нервные вы тут, — сказал я хозяину, зачерпывая ложкой. — Двери заколочены среди дня, мужики как-то нервно бегают. Что случилось?

Хозяин схватил тряпку и начал рывками тереть стойку, глядя в столешницу.

— Да ничего. Всё спокойно у нас.

— Спокойно, — повторил я. — Тогда зачем тот мужик выбежал и даже не допил?

Хозяин не ответил. Тёр стойку так, что костяшки побелели.

— Слышал, у вас кузнец пропал. Захар.

Рука дёрнулась, и тряпка упала на пол. Хозяин нагнулся, подобрал и выпрямился. Лицо изменилось — будто я ему пощёчину дал.

— Захар-то… Так это… Увели его. На заставу. Сказали — хворь нашли. На допрос увели, да он и не вернулся.

Мужик говорил так, будто пересказывал чужие слова, которые заучил и сказал уже раз сто.

— А где все дети? — спросил я. — Как-то мимо ехал, видел парнишку одного. А сейчас ни одного не вижу.

Хозяин замер. Медленно поставил кружку на стойку,