Тайны наследства первых в роду - Евгения Владимировна Потапова

— Мне кажется, что кто-то с этим домиком уже поработал и его запечатал. Вот ты его и увидел в истинном виде, — сказал задумчиво Тимофей.

— Может, тот, кто открыл портал, таким образом, его попытался запечатать, - пожал плечами Илья.

— Может быть. Поэтому они там все торчат и выйти не могут, только к себе заманить. Всё равно нужно его обезвредить. Найдется какой-нибудь умник, который их выпустит, и будет очередной неблагополучный район или вообще город.

— Ну да. Хотя я твоего интуазизма не разделяю.

— Ты хоть его и не разделяешь, зато сколько ценной информации принес, — сказал Тимоха, разливая кипяток по кружкам. — Надеюсь, нашим девочкам хорошо спится и всякая фигня к ним во сне не приходит, и сами они никуда не лезут.

Они перекусили и отправились обратно в комнату досыпать, надеясь, что больше их никто не потревожит.

Глава 53 Мой дом — моя крепость

Девчата приехали домой и сразу завалились спать. Аббадон пробежался по квартире и на каждое зеркало поставил свою фирменную печать в виде лапки. Он что-то пошептал на нее и закрыл все видимые его внутреннему взору порталы. Кот даже в сервант залез и прошелся по стеклянным полкам. Ходил он очень тихо и аккуратно и ничего не смел на своем пути. Также его вниманию были удостоены оконные стекла. Аббадон делал из квартиры настоящую крепость.

В одно из зеркал постучалась Тина.

— Пусти меня, — попросилась она.

— Не пущу, — ответил он, — потом приходи, сейчас проход закрыт.

— Почему ты не хочешь меня пускать? — грустно спросила она его.

— Потому что с тобой может зайти кто угодно, а нам неприятности не нужны.

— Уголочек открой или зеркальце какое-нибудь от пудреницы, — стала она клянчить.

— Уходи, потом придешь. Ты там к кому-то ходила, вот и навести его, — посоветовал кот.

— Не будь противным занудой, пусти, — продолжила она клянчить.

— Нет, — сердито ответил Аббадон.

— Я тогда подниму на уши весь дом.

— Да хоть весь район.

Тина начала аккуратно постукивать коготками по стеклу зеркала с обратной стороны. Она то стучала, то шкрябалась, а потом стала лупить по нему сначала ладонями, а затем кулаками.

— Пусти, — рычала она, — пусти, я сказала, противное животное, мерзкий кот.

Ее удары становились все сильней и сильней. Лицо у девушки перекосилось и постепенно стало меняться на нечеловеческий звериный оскал.

— Пусти-и-и, — перешла она на вой.

В одно мгновение зеркальное стекло покрылось сеткой мелких трещин, и нечто с той стороны отразилось во всех осколках.

— Тьфу, дура, — сплюнул кот, — мне тысячу лет, меня этим не возьмешь. Я и не такие фокусы в своей жизни видал.

Аббадон развернулся, вытащил из шкафа простыню. Он позвал домового, и они вдвоем накинули на зеркало ткань.

— Адьюс, дорогая, или дорогой, не знаю кто ты там, — сказал кот.

Из-за простыни послышались хрипы и бульканье. Аббадону стало любопытно, и он заглянул под ткань. Трещин уже не было, а по зеркальному стеклу с той стороны ползало какое-то существо и оставляло липкий след на зеркале. Там, где появлялась жижа, стекло, казалось, становилось каким-то мягким, податливым, словно желе.

— Как вы достали, — проворчал кот.

Он приложил лапу с этой стороны к этому существу и что-то забормотал себе под нос. Стекло начало краснеть, оно раскалилось, и сущность с диким визгом отвалилась на свою сторону.

— Получи, фашист, гранату, — промурлыкал Аббадон.

Кот опустил простыню и довольный улегся в коридоре. Немного полежал, о чем-то подумал и снова стал обходить квартиру по всему периметру, заглядывая в каждый уголок. Везде когтем он рисовал маленькие знаки и черточки и повторял ритуальные заговоры. Аббадон закрывал квартиру от всякого темного и страшного.

— Я, конечно, всё понимаю, — прозвучало у него над ухом. — Но мне как-то сейчас в твоей квартире находиться не очень. Да и выходить надо будет как-то.

Кот поднял голову и посмотрел наверх. Над ним нависал Викин демон.

— Упс, а про гостя-то я и забыл, — сказал Аббадон.

— Ну вот как-то так, — осклабился демон.

— И чего мне с тобой делать? — задумчиво спросил кот.

— Не знаю, но когда мне некомфортно, я начинаю звереть.

— Это понятно, прости, не хотел тебе доставить неудобства. Но мне нужно запечатать квартиру, чтобы никто не проник извне.

— На меня давят все эти твои заговоры и знаки.

— У Вики есть какие-то амулеты там, или подвески, или серьги в конце концов? - спросил кот.

— Ну есть.

— Спрячься в них. Ее-то я не трогаю.

— Там тесновато, — ответил демон.

— Зато не щиплется, - хмыкнул Аббадон.

— Ну да, не щиплется.

— Может, тебе в бутылку какую залезть или чайник.

— Я тебе джинн что ли? — насупился демон.

— О, я знаю, у бабы Клавы есть всякие симпатичные картинки. Она когда-то вышивала, вот сейчас найду тебе что-нибудь, и там спокойно пересидишь карантин, - сказал кот.

— Давай, — согласился демон.

Пока Аббадон искал картинки, демон обследовал элементы одежды Вики. Он обратил внимание на ее наручные часы.

— Вот это мне подходит, — решил он и забрался в них.

Кот же рылся в шкафу, выбирая подходящую картину, потом залюбовался одной, стал ностальгировать и забыл про демона. Он вспомнил про бабу Клаву, смахнул скупую слезу с мохнатой мордочки, тяжело вздохнул и, прижав к груди картинку, свернувшись клубочком, уснул.

В квартире стало тихо, только старые часы отсчитывали время. Девчата спали спокойно, и им ничего такого не снилось. С той стороны в зеркала кто-то заглядывал и тихонько шкрябался, но защита работала отлично, не зря Аббадон свой холодец ел, заслужил.

Девчата проснулись только к обеду. Они перекусили и стали собираться.

— Знаешь, Валя, я, наверно, никуда не поеду. Нет, конечно, я тебя отвезу, но сама домой отправлюсь досыпать. У меня сегодня смена в клубе, так что надо выглядеть весьма прилично. Ты не обидишься? — спросила Вика.

— Нет, работа есть работа. Тебя же никто не кормит, чтобы ради всякой разной всячины ее бросать.

— Мне как-то неудобно, вроде подвязалась помогать, а сама вас кинула.

— Ничего не кинула. Была возможность — помогла. Что за глупости, Вика, ты говоришь. Всё