Фантастика 2025-152 - Екатерина Александровна Боброва

— Вот деревня — это плохо, — жевал нижнюю губу генерал. Но времени у Армии Южного двора было мало — враг мог появиться в любую минуту.

Вся кавалерия сразу была направлена в долину — сдерживать врага на тот случай, если тот появится раньше времени. Опять же, со строгим наказом: простых людей не грабить и не притеснять. Даже предлагать им уйти в безопасные места, ибо скоро тут будет… кроваво.

А пехота почти сразу сгрузила боевое и походное снаряжение и взялась за мотыги и лопаты, которых прихватили в изрядном количестве. Часть отошла наверх, к зарослям, и обустраивала лагерь, но большинство начали возводить насыпи. Ли Чжонму лично обошел выбранное место и буквально на земле чертил, как должно выглядеть укрепление.

Хитрый старик не стал отсиживаться в готовом замке, а «взял» замок с собой. Воины вгрызлись в склон, в котором земли было меньше, чем камня, и начали воплощать начерченные линии. Гванук с удивлением смотрел на вырисовывающиеся валы. Почему-то это оказалась не одна сплошная стенка, как он сам бы сделал. Это были отдельные сооружения — маленькие крепостицы. Но опять же, странные! Не квадратные, не округлые, они вообще состояли всего из двух стенок, сходившихся под широким углом. И угол этот был направлен на предполагаемого врага — во всех пяти крепостицах.

Не выдержав, Гванук даже решился потревожить своего командира.

— Почему так странно, мой генерал? Почему углами? Почему отдельно, а не общим укреплением?

— Потому что пушки, мой мальчик, — Ли Чжонму был очень напряжен, но сейчас в его голосе вдруг проснулись теплые нотки, которых О не слышал уже довольно давно. — Будь у нас одна сплошная стена, то враг мог укрыться прямо под ней. Там он оказался бы недосягаем для нашего оружия. Это называется слепая зона. И даже если делать фор-ты прямоугольными — всё равно какие-то участки не будут простреливаться.

Он на пальцах изобразил, как квадратные в плане стены мешают стрельбе.

— А вот такие укрепления — реданы — не дадут врагу укрыться. С одного редана можно легко стрелять вдоль стены соседнего. Врагу негде укрыться. Для этого и промежутки нужны. Также они необходимы для движения наших войск.

Ниппонцы — крайне трудолюбивый народ. Трудолюбивее чосонцев — это Гванук был вынужден признать. До вечера ре-да-ны полностью достроили. Благодаря уклону, внутри валы были чуть выше пояса, а снаружи — больше человеческого роста. Даже такого роста, как у Звезды или Ариты. Между каждым оставалось пространство менее чем в сто шагов. Когда под вечер на место добралось ополчение Хакаты — для них работы уже не было. Генерал Ли только показал перед сном криворукому Мите Хаате предполагаемые позиции его отряда: как раз между центральным укреплением и обрывистым берегом горной речки. Удобное место, его трудно обойти.

— Оставь часть войска на ночь здесь — на всякий случай, — приказал генерал Ли городскому полковнику.

Мита Хаата привел с собой около двух тысяч человек: немного стрелков, но, в основном, копейщиков, частично со щитами, как у Стеновиков. Теперь общее войско составляло примерно пять с половиной тысяч. Такое число Гвануку внушало гораздо большее уважение. Еще лучше стало на следующий день — Южную армию нашли всадники Садаки! Вскоре подошел и сам князь с отрядом кланов Рюдодзю и Мацуура. Совсем немного — не более тысячи — причем, половина на конях.

— Со мной те, кого удалось собрать быстро, — отчитался мрачный, как дождевая туча, Садака. — Мацуура собирают еще силы, но вряд ли они доберутся скоро. А битва, как я понимаю, будет в ближайшее время. Про прочих князей и говорить не буду. Ты очень быстро сбежал на войну, генерал Ли, у нас так не делается.

Ли Чжонму лишь пожал плечами. Он вообще почему-то не очень обрадовался приходу союзников. Хотя, почти тысяча опытных в боях самураев, много конных…

Ожидание врага затягивалось. День казался нестерпимо длинным. Ре-да-ны уже чуть ли не вылизали, делая валы идеально ровными — ниппонцы такое любили. Но всё равно занять такое огромное скопление людей было почти нечем. От безделья и у Гванука, и у многих других стали заводиться неприятные мысли: а вдруг враг пошел другим путем? И они ждут его тут совершенно зря.

Однако, на третий день разведчики Сука доложили: идут! Огромная многознаменная толпа вооруженных ниппонцев медленно катится по долине реки Онги, правда, по противоположному, восточному берегу.

— Странно, — почесал заросший подбородок Звезда. — Зачем они идут там? Мы же на западе находимся.

— Ничего странного, — холодно улыбнулся старый генерал. — Они специально отгородились рекой, чтобы не случилось внезапных нападений. Да и переправляться через нее легче в верховьях, а не в низине. Весьма разумный план действий… Только вот нам он не подходит. Сук, что можешь сказать о численности войска, его составе?

— Почти ничего, мой генерал! Слишком спешили к тебе с вестями. Их крайне много — вот это точно могу сказать. Мои местные разведчики видели камоны Сибукава, Сёни, Отомо…

— А Оучи?

— Я специально уточнял: никто не видел. Вроде бы, были знамена служащего им дома Суги. Но не переживай, сиятельный: я отправил за реку десяток самых ловких парней. Они всё гораздо лучше узнают.

Ловкие парни не только узнали, но и в сумерках притащили троих пленников. Один, правда, был в таком состоянии, что и говорить не мог. А вот двое других могли. И рассказали так подробно, что у Ли Чжонму теперь были полные сведения о враге.

Во главе войска шел 19-летний Ёситоши Сибукава, формальный глава всего острова Тиндэй. С ним из центра прибыли 2000 опытных самураев. Правда, почти все пешие. Трудно лошадей везти по морю, особенно, зимой. Мицусада Сёни собрал 9000 воинов, совсем мало (как отметил пленник) ибо часть его провинции и так занята чосонскими бандитами.

— Господин Мицусада сильно раздосадовался на то, что Сибукава отобрал у него общее командование, — без умолку болтал пленник, с ужасом глядя на раскаленные лезвия ножей в жаровне. — Потому он сам отказался от руководства своими войсками и передал его сыну. Самому младшему — Нориёри. Но всё равно поехал с войском, дает сыну советы, но незаметно, чтобы не уронить честь. Правда, все об этом знают…

Кроме Сёни и их слуг к армии присоединились 6000 воинов Отомо, клана, который очень разозлило то, что чосонцы прогнали их из Хакаты. А вот Оучи