Современная зарубежная фантастика-4 - Тэмсин Мьюир

– Уводи Вен! – крикнула она Тако.

Кто-то схватил Шаэ сзади. Она развернулась и послала ему в грудь импульс Концентрации. И тут же поняла, что удар оказался и недостаточно сильным, и недостаточно точным. Смерть предыдущего барукана была счастливым стечением обстоятельств. Прошло уже лет двадцать с тех пор, как Шаэ умело сражалась. Она носила слишком мало нефрита, потеряла проворство и была уже не молода. Концентрация должна была выжечь противнику сердце, но он лишь тяжело дышал и кашлял.

Правда, по крайней мере выпустил ее. Шаэ попятилась с ножом наготове, и острые камни впились ей в ступни. Остальные баруканы, приободренные ее неудачей, подступили ближе.

Тако по-прежнему стрелял и выбрасывал волны Отражения, прячась за внедорожником и защищая Вен. Шаэ показалось, что Вен зовет ее, но все заглушали стрельба и гул крови в ушах. Она взглянула на лицо Тако, охваченного сомнениями. Дудо был без сознания, а Шаэ находилась слишком далеко, чтобы Тако мог прийти ей на помощь, не оставив Вен беззащитной. Бросить Шелеста в беде было немыслимо, но его главный долг – защищать жену Колосса. С безумной ухмылкой телохранитель выпустил последний залп, заставивший баруканов нырнуть за машины. Он поднял Вен на руки, несмотря на ее возмущенные крики, и побежал.

Внедорожник был заперт в ловушке, но по обочине спускался крутой склон. Даже с прижавшейся к нему Вен Тако перепрыгнул овраг одним Легким прыжком. Полдюжины людей в масках бросились за ним, стреляя по удаляющейся фигуре, они быстро нагоняли его, поскольку ему приходилось нести Вен. Тако поставил Вен на ноги, и они побежали вдвоем, Кулак прикрывал ее сзади.

Шаэ последовала за ними. Словно вдохнув всем телом, она собрала всю нефритовую энергию и с Легкостью прыгнула. Еще через три шага она оказалась на краю оврага и в ужасе застыла, когда после очередного выстрела Тако упал. Он снова поднялся, но Вен развернулась и побежала к нему. Шаэ гортанно вскрикнула, увидев, как барукан в маске схватил Вен и скрутил ей руки, а другой выпустил две пули в корпус Тако.

Даже издалека Шаэ Почуяла ослепляющую красную боль телохранителя, когда он скрючился и рухнул на жесткую траву.

Шаэ оглянулась. За ее спиной стояло четверо в масках, а еще четверо – на другой стороне оврага, вокруг Тако и Вен. Один барукан схватил Вен за горло и тащил ее обратно перед собой. Шаэ видела блестящие от слез и ярости глаза невестки.

– Коул Шаэлинсан! Считаешь себя крепкой жанлунской сучкой? – выкрикнул барукан на плохом кеконском. – Посмотрим, насколько ты крепка. Как думаешь, сумеешь бежать быстрее пули из моего пистолета?

Он приставил ствол к виску Вен.

– Если выстрелишь, все вы трупы, – сказала Шаэ, обрадовавшись, что ее голос не дрожит, хотя ей казалось, что земля уходит из-под ног.

Эти люди знали, кто она такая. И знали, кто такая Вен. Они специально устроили ловушку с помощью полицейского и напали превосходящими силами, явно рассчитывая потерять часть своих людей. Они уже ожидали смерти, так что от ее угроз не было толку.

– Брось нож! – рявкнул мужчина. – И сними нефрит.

Если бы на кону стояла только ее жизнь, Шаэ ни при каких обстоятельствах не позволила бы себя разоружить и забрать нефрит. Даже в такой ситуации она могла бы драться, пока ее не убьют или не захватят, что непременно произойдет, судя по тому, как легко они уложили Дудо и Тако, молодых и крепких Кулаков. Но в таком случае она оставила бы Вен на милость врагов, а этого Шаэ не могла себе позволить. Баруканы не хотели их убивать. Шаэ и Вен были нужны живыми.

А значит, баруканы чего-то хотят от Равнинных.

Шаэ выпустила из ладони нож, и он упал на землю. Ей хотелось бы, чтобы пальцы не дрожали, когда она снимала серьги и браслеты. К горлу подступила тошнота, а лицо вспыхнуло от стыда и отвращения. Она чувствовала себя так, будто над ней надругались, раздели догола перед насильниками.

– А теперь положи его на землю и отойди, – сказал барукан, когда она сняла нефрит.

Шаэ сжала нефрит в ладонях. «Это вам с рук не сойдет», – мысленно произнесла она, но поняла, что сопротивление не пойдет на пользу Вен. Шаэ присела и кинула камни на землю перед собой. Через пару секунд перед глазами все поплыло от синдрома отмены. Шаэ сжала кулаки под складками юбки. Она покачнулась от головокружения. Перед глазами возникла пелена, в ушах загудело, и ночь стала выглядеть еще более странной.

Шаэ медленно встала и сделала два шага назад. На ее плечи грубо опустились чьи-то руки и заставили упасть на колени, так что ее кожа царапнула об асфальт. Краем глаза Шаэ заметила испуганное лицо Вен, которая пыталась что-то сказать, а затем на голову Шаэ опустился черный мешок, запястья связали за спиной, затолкали ее в машину, и та немедленно тронулась.

* * *

Хило был в тренировочном зале со своим восемнадцатилетним племянником Маиком Цамом, когда из главного дома прибежала побледневшая от волнения экономка Сулима и открыла дверь, даже не постучавшись.

– Простите, Коул-цзен, – выдохнула она, – но там кто-то… по телефону…

Колосс вбежал через темный двор в дом и поднял трубку в кабинете, нажав на кнопку главной линии.

– Коул Хилошудон, – раздался голос с заметным акцентом, – если ты хотел захватить Шотар, то нужно было приехать самому, а не присылать своих шлюшек. Ты привык отдавать приказы, но с этой минуты больше не командуешь. Если ты хочешь вернуть жену и сестру в целости и сохранности, то делай, как мы скажем. – Он умолк. – Ты внимательно слушал, Коул Хило?

– Да, – ответил Хило. – Мне нужны доказательства, что они живы и невредимы.

В трубке раздались какие-то шорохи и шелест статики, как при плохом соединении. У Хило заколотилось сердце, и тут он услышал голос Вен, хриплый и испуганный:

– Хило?

Ему удалось ответить спокойно:

– Тебя не тронули?

– Нет, – пробормотала она.

– А Шаэ?

– У нее забрали нефрит, но она невредима. Дудо и Тако серьезно ранены.

– Не волнуйся, – сказал Хило. – Я с этим разберусь.

– Хило, я…

У нее вырвали телефонную трубку, и снова раздался голос похитителя:

– Ты получил доказательства. А теперь слушай, что ты должен сделать. Завтра в полночь ты привезешь сорок килограммов обработанного нефрита и два миллиона эспенских талиров наличными в место, которое я назову позже, а в обмен получишь свою жену. Если все пройдет гладко, у тебя будет неделя на то, чтобы прекратить