"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

него. Они смутились, — по разным причинам. Айэт спешно схватил покрывало и закутался в него. Анмай видел лишь его лицо с несмелой улыбкой. Такое случалось всё чаще, — при их встречах юноша просто печально смотрел на него и молчал, иногда улыбаясь… Анмай видел, как он страдает, но никогда не слышал от него ни одного слова упрека… не видел взгляда, что обжигает больнее любых слов… вот только тоски в этих глазах с каждым разом становилось всё больше.

— Ты не знаешь, сколько ещё нам осталось? — неожиданно спросил Айэт.

Анмай пожал плечами.

— Она сама не знает. Слишком много мирозданий и слишком разными способами ей приходится пересекать. А расстояние…

Он поёжился, вспомнив, что поперечник Сверх-Вселенной невыразим даже в световых годах, и им придется пройти минимум половину этого расстояния… если они не собьются с пути, и не станут блуждать среди мирозданий, что было вполне возможно. По крайней мере, вернуться в свою родную Вселенную или во Вселенную Файау они уже не могли, — те безнадежно затерялись среди бессчетных мирозданий, различных настолько, что это нельзя было представить. И все эти бесчисленные оставленные позади парсеки Анмай тоже не мог представить. Всё чаще ему казалось, что они стоят на месте… но они двигались вверх.

Много позже.

Анмай постепенно начал терять представление о времени. Вот и сейчас он не мог вспомнить, сколько же дней прошло со времени начала их полета, — они все были так похожи… Конечно, он мог спросить у «Укавэйры», но не видел в этом смысла. В самом деле, какая разница? Даже время внутри их корабля-мироздания не совпадало с тем, внешним. Она однажды сказала ему, что их путешествие на самом деле длится уже много тысяч лет… конечно, если смотреть снаружи на их звездолет, пробиравшийся над самой бездной безвременья понятным одной лишь «Укавэйре» способом. Но Анмай с удивлением поймал себя на том, что его все меньше интересуют технические и физические подробности их путешествия, — наверное, потому, что он всё реже мог их понять. С каждым днем полета мир вокруг становился всё более чуждым. Они уже так далеко углубились в Эккайа, Внешние Пределы, что их цель была определенно ближе, чем начало пути. Но ничего больше сказать по этому поводу «Укавэйра» не могла.

Анмай вздохнул. Он всё реже думал о том, что ожидало их в конце полета, — всё равно в этом не было смысла. Так или иначе, они всё равно это узнают, — или умрут, пытаясь узнать…

Он вышел в рубку «Товии». Собственно, он искал Айэта, опасаясь, что тот опять исчез, и вдруг заметил юношу, — тот сидел у стены, уткнувшись лицом в руки, и, похоже, плакал. Анмай почувствовал вдруг неловкость и стыд, и не сразу решился подойти. Потом он осторожно, беззвучно ступая по черноте погашенных экранов, пошел вперед, остановившись за спиной Айэта. Лишь сейчас он заметил в черных волосах юноши серебряные нити, которых не было раньше…

Ощутив его присутствие, Айэт обернулся и затих. Лицо у него было мокрое. Несколько минут они растерянно смотрели друг на друга. Юноша молчал. У Вэру перехватило горло, и он тоже не мог ничего сказать.

— Айэт… что с тобой? — наконец, спросил он, понимая, что говорит совсем не то. Юноша молчал. — Ты… тебе плохо потому, что Ювана… осталась?

— Нет.

Айэт вытер слезы и поднялся. Он попробовал улыбнуться, но тщетно.

— Нет. Знаешь… я даже рад, что её нет здесь… что ей не приходится страдать, как нам. А я… сам пошел за тобой.

— Ты жалеешь об этом?

— Жалею? Разве в этом есть какой-то смысл? Нет. Я… — он замолчал, потом взглянул в глаза Вэру, и с усилием продолжил. — Давай будем честными друг с другом, Анмай. Ты думаешь, что это, — из-за неё? Нет, совсем нет. Просто я… мне вдруг стало так одиноко, а вы… — он смутился и смолк.

Анмай вздрогнул. Всего несколько минут назад они с Хьютай забыли обо всем, лаская друг друга. Он не представлял, сколько времени они провели в томном полузабытье — может, и часы. А в это время Айэт… Он опустил глаза. Юноша криво улыбнулся, заметив его смущение.

— Ты думаешь, я страдаю из-за того, что вы… нет. Просто я… пытался вспомнить, что делал, когда был Всесильной Машиной. И не смог вспомнить ничего. Совершенно ничего. Обрывки… сны… ничего, похожего на реальность. Потом я пытался вспомнить свое детство… и тоже… Я помню свой двор, свой дом, друзей, с которыми играл… но так, словно я сам их придумал, понимаешь? И здесь… Я пытаюсь вспомнить свои дни здесь, и не могу… не помню, чем я занимался, что говорил… дни, много дней… исчезли, не оставив ничего… словно меня в это время не было… совсем не было. С тобой не случалось подобного, Анмай?

— Нет, — с внезапным стыдом признался Вэру. — Я помню всё. Начиная с пыльной лампочки в доме, где я родился, и до… — он замолчал.

— Я тоже помню, — продолжил юноша. — Весь этот последний год перед моим воплощением, моим совершеннолетием, помню так реально, что переживаю заново, когда вспоминаю, — начиная от рождения Звезды Айэта… даже на несколько минут раньше, и до моего вступления в управляющую суть Линзы. Остальное — лишь туман, в котором плавают клочья, обрывки, осколки… я пытаюсь их собрать… и не могу. Словно… я жил всего один год из… из десяти тысяч. Когда я понял это, мне стало очень страшно, Анмай. Я знаю, помню, что сделал очень много, был… богом для множества миров, я правил ими… а теперь снова стал мальчишкой, и чувствую, что становлюсь… Нет ничего страшнее, чем терять память. Я умираю, Анмай… умирает мой разум… по частям… медленно… я просыпаюсь и чувствую… что не могу вспомнить… не могу даже мечтать… не могу вообще выжать из своей головы что-то новое, и тогда я понимаю… что это? Я схожу с ума, Анмай?

И вопрос, и лицо Айэта были столь жалкими, что Анмай застыл, чувствуя противную слабость, словно его сбросили с высоты. Он видел, что юноше очень плохо, но… Что угодно, но только не это. Видеть, как медленно угасает, превращаясь в бессловесное создание, его единственный друг… Он скорее убьет его, но не даст превратиться в растение…

При мысли, что он действительно может сделать это, Вэру охватил дикий страх, — и, как это порой с ним бывало, именно страх прояснил его сознание.

— Сколько уровней было в энергораспределительной сети Линзы? — вдруг спросил он.

— Восемнадцать, — мгновенно ответил Айэт. — И… — он прижал руку ко лбу. — Похоже, я