Легенда о Юньси. Книга 2 - Мо Цзе

героиней застольных рассказов и баек, все с нетерпением ждали дня, когда известная красавица должна выполнить условия спора. Однако представители усадьбы семьи Му заявили, что барышня по возвращении заболела настолько сильно, что даже лишилась чувств. Хань Юньси ухмыльнулась. Захворать накануне решающего дня – какое совпадение!

Новость о болезни Му Лююэ еще больше разожгла интерес к спору. Игорные дома, как крупные, так и совсем маленькие, открыто принимали ставки на всевозможные варианты: выполнит ли сестра генерала условия спора, отступится ли от своих требований принцесса или в это дело вмешается Лун Фэйе.

О третьей наложнице прославленного лекаря и ее дочери почти не говорили. Похоже, о последних словах госпожи Ли никто не вспоминал. Хань Юньси терялась в догадках: неужели кто-то умело манипулировал общественным мнением или же скандальный спор таких влиятельных особ затмил все остальное?

Хань Юньси всеобщий ажиотаж вокруг спора не волновал. Мысли принцессы были поглощены будущим семьи Хань. Она не могла перестать думать об этом, не могла успокоиться, пока не получит ответа от Лун Фэйе! Поэтому, завидев свет в окнах его покоев, девушка не раздумывая направилась туда и нерешительно постучала.

В это время великий князь расслабленно лежал на кушетке. Его брови были напряженно сведены к переносице. Только Небеса знали, чем в последние дни занимался этот мужчина…

Все еще хмурясь, Лун Фэйе встал и, подойдя к столу, сурово произнес:

– Войдите.

Хань Юньси толкнула дверь и вошла в кабинет. Великий князь, не удостоив ее даже взглядом, продолжил писать тайное поручение, однако его поведение не смутило принцессу. Хань Юньси остановилась рядом и спросила:

– Третья наложница Ли – это наемница в синем, верно?

– Да, – спокойно ответил он.

Получается, Цинъи была предводителем этих предателей. Если они разоблачили ее, то смогут дотянуться и до остальных.

– Тогда… что насчет того человека в маске с клыками, которого мы встретили в лесу? – снова спросила принцесса.

Тот человек определенно являлся настоящим мастером ядов. Если он останется на свободе, то в будущем доставит им много проблем. Интересно, чем этот незнакомец заслужил такую преданность Цинъи? Какое-то время принцесса размышляла над этим, а затем, слегка замявшись, вновь обратилась к Лун Фэйе:

– Хозяин чайного дома «Тяньсян»… вы выяснили его происхождение?

В этот момент великий князь поднял голову и холодно спросил:

– Чего ты от меня хочешь?

То ли из-за их близости, то ли из-за его ледяного взгляда принцесса инстинктивно отступила. Девушка задавала эти вопросы, на самом деле волнуясь о другом. Набравшись храбрости, Хань Юньси все же спросила:

– Замешана ли семья Хань в отравлении генерала?

Единственное, что было известно народу, – что третья наложница Хань Цунъаня и его младшая дочь были виновны в отравлении Му Цину. Однако на самом деле первая являлась предводителем шпионов из Северного Ли, которые представляли собой угрозу безопасности всего Тяньнина. Но означало ли это, что вся семья Хань должна нести ответственность за случившееся?

– Я не могу ответить тебе прямо сейчас, – спокойно произнес Лун Фэйе.

– А как же И-эр? Вы же обещали мне, что защитите мальчика!

Великий князь впервые видел, чтобы Хань Юньси так искренне заботилась о ком-то. Неужели этот ребенок был ее слабостью? Он ненавидел такую беспомощность. Еще совсем недавно Лун Фэйе держал все под контролем. Обладая огромной властью, великий князь был полон уверенности, что сможет защитить принцессу. Однако слова госпожи Ли, сказанные перед смертью, разгневали императора Тяньхуэя. Конечно, Хань Юньси не знала о надвигающейся опасности. Теперь не только семья Хань, но и она сама могла оказаться в беде!

«Те, кто владеет знаниями о ядах, искусны не только в их нейтрализации, но и в отравлении». Разве император мог равнодушно отнестись к последним словам шпионки? Для подозрительного от природы Тяньхуэя не было ничего удивительного в том, чтобы сначала возвысить человека, а затем ударить его в спину. К тому же Хань Юньси носила титул принцессы Цинь и была близка с самым опасным человеком во всем Тяньнине. Как бы то ни было, Лун Фэйе придется столкнуться с императором, чтобы защитить ее от нападок.

– Прямо сейчас я не могу дать тебе однозначного ответа, – спокойно произнес великий князь.

«Что?» – Хань Юньси была потрясена услышанным. Она взволнованно подалась вперед:

– Вы же обещали мне!

Лун Фэйе уверял ее, что защитит семью Хань, поэтому девушка отвела его в родительский дом и решилась обыскать павильон третьей тетушки в поисках доказательств. Почему же сейчас этот человек говорил так неуверенно? Что он имел в виду? Неужели у Лун Фэйе не получится защитить Сяо И-эра?

Впервые кто-то позволил себе так дерзко вести себя с Лун Фэйе.

– Разве с семьей Хань что-то произошло? Почему ты так волнуешься? – раздраженно спросил он.

Хань Юньси тут же отступила:

– Я… я… Что вы хотите сказать?

– То, что говорил ранее. Тебе не стоит переживать, а теперь ступай.

Взволнованный вид Хань Юньси только усиливал нарастающее раздражение. Лун Фэйе действительно не понимал, почему должен ее защищать. В конце концов, эту женщину навязал ему сам император! Так с чего бы Лун Фэйе волноваться? Если император захочет забрать ее себе, то великий князь не станет возражать!

Равнодушный тон Лун Фэйе вывел девушку из равновесия. Как этот человек может так поступать?! Она в ярости ударила по столу.

– Вы обещали мне и должны сдержать свое слово!

Взгляд Лун Фэйе сначала упал на ее напряженную руку, а затем медленно переместился к лицу. Прекрасно! Эта женщина побила очередной рекорд. Она не только кричала на него, но и посмела ударить по столу!

– Говорю в последний раз: скройся с моих глаз! – ледяным голосом ответил Лун Фэйе.

Вопреки ожиданиям Хань Юньси не испугалась угрозы, скрытой в его словах, и, бросив на великого князя полный ярости взгляд, выбежала прочь.

Глава 50

Обида

Хань Юньси выбежала из спальни и по дороге в терем Свободных облаков едва не столкнулась с тетушкой Чжао.

– Принцесса, вы… что с вами? – обеспокоенно спросила женщина.

Она не подозревала, что причиной дурного настроения ее госпожи был разговор с его высочеством. Охваченная гневом, девушка собиралась подняться наверх, не сказав служанке ни слова, но тетушка Чжао быстро остановила ее:

– Принцесса, вам письмо!

Хань Юньси замерла на месте. Письмо? От кого? В этом мире у нее не было друзей, с которыми она могла бы обмениваться письмами!

– Принцесса, это письмо от друга? – с любопытством спросила тетушка Чжао.

Служанка рассказала, что письмо доставил ребенок. На конверте красовалась лишь короткая надпись: «Принцессе лично в руки». Хотя тетушка Чжао