Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

— Похоже, Путешествие Вверх, все эти непрерывные удары и переходы, постоянные муки, боль, — всё это настолько измотало нас, что мы мечтали лишь о вечном покое. Наверное, всё это действительно скверно влияло на наши мозги. Но сейчас всё это прекратилось, и мы вновь стали прежними, пробудились.

— Пробудились, и что дальше? — хмуро спросил Айэт. — Будем стреляться?

Анмай недобро усмехнулся.

— Нет. Это… слишком легко.

Он бездумно поправил силовой пояс, и для пробы включил его, на секунду поднявшись в воздух.

— У меня появилась идея… довольно глупая, и, надо полагать, последняя. — Он задумчиво взвесил в ладони лазер. — Если ничего не выйдет, — я попробую пробраться в реакторный отсек и подорвать корабль. Противно просто убивать себя…

— Какая идея?

— Строители «Товии» предусмотрели возможность самых невероятных аварий, включая и эту. Здесь есть ручное управление всеми основными системами. Если сработает аварийный переключатель, отключающий интеллектронику, мы получим прямой доступ к механизмам… но если она исправна, у нас ничего не получится.

— Ты думаешь, все это устроено «Товией», чтобы посмотреть, как мы себя поведем? — удивился Айэт.

Анмай смутился. В глубине души он именно так и думал, и, пожалуй, поэтому вел себя несколько театрально. А вот если окажется, что всё это, — на самом деле… Что ж, тогда они действительно умрут. Но на сей раз они умрут, сражаясь до последнего вздоха.

* * *

На силовых поясах они спустились в рубку. Интеллектронный выключатель впечатлял, — массивный красный рычаг, прикрытый толстой прозрачной плитой. Анмай, сначала один, потом вдвоем с Айэтом попытался её поднять. Плита не двигалась, — похоже, что-то заело в механизме. Разозлившись, он несколько раз ударил по ней рукоятью лазера, потом отступил на три шага и выстрелил.

От первого же прикосновения луча бронированное стекло лопнуло, и в следующий миг разлетелось вдребезги. Анмай схватился за рычаг, и с заметным усилием повернул его. У него ещё было время подумать, что если ничего не выйдет, — он воспользуется лазером тут же…

Когда мертвое кольцо пультов опоясалось огнями, Айэт радостно завопил.

***..

Анмай сел прямо на пульт, с немыслимой гибкостью подвернув босую ногу, — он наступил на осколок разлетевшегося стекла, и теперь пытался извлечь его.

— Значит, всё это по-настоящему, — он сумел подцепить осколок ногтями, и выдернул его.

Из ранки сильно пошла кровь. Анмай скривился.

— Честно говоря, я в этом сомневался, хотя и знал, что мы вели себя не лучшим образом. Позор мы ещё как-нибудь пережили бы, а так… — он осторожно прикоснулся к подошве.

Кровь уже свернулась, перестав течь. Он, прихрамывая, пошел вдоль кольца пультов, нажимая все кнопки подряд, и глядя в загоравшиеся экраны.

***..

— Главный компьютер отказал, — сказал Вэру, закончив. — Всё, что я смог, — соединить всё накоротко, минуя интеллектронику. Но управлять «Товией» вручную почти невозможно. Наше матричное бессмертие, молекулярная хирургия, перестройка внутренней структуры корабля, и устранение повреждений, — обо всем этом придется забыть. Отныне любая мало-мальски серьезная порча корпуса или основных механизмов для нас будет равносильна смерти, ибо чинить их теперь некому и нечем.

Его слова сопровождал приглушенный гул пробуждающихся машин. Анмай вновь пошел вдоль пультов, проверяя приборы.

— Ещё несколько странных вещей. Систему охлаждения я включил, но снаружи, — абсолютный ноль, похоже. И… там явно ничего нет.

Он щелкнул ещё одним переключателем, и огромные экраны в рубке вдруг растаяли, погасли… нет, их заполнила абсолютная, непроглядная темнота.

* * *

— «Укавэйра» исчезла, и я не представляю, как, — тихо сказал Анмай. — Мы одни в какой-то пустой вселенной.

— Но это невозможно! — воскликнул Айэт. — Если мы попадем в чужую физику, то погибнем мгновенно. И что могло случиться с «Укавэйрой»?

— Вряд ли мы когда-нибудь это узнаем… Но раз она пропала, а Эвергет «Товии» отключен, то нас уже ничто не защищает. Так что здешняя физика для нас, несомненно, безопасна, — раз мы ещё живы.

— Но это невозможно! Совпадение физик в различных вселенных исключено, ты же знаешь! Может, мы вернулись в свою родную, или попали во вселенную, перестроенное нашими потомками? И что это за физика?

— Ещё не знаю, — Анмай рассматривал приборы. — Здесь нет ни звезд, ни планет, никаких источников излучения. Только очень слабый реликтовый фон и вакуум. Абсолютная пустота. Понимаешь? Здесь вообще ничего нет, не знаю, на сколько миллиардов световых лет вокруг!

— Ты хочешь сказать, что мы… оказались в Бесконечности?

Взглянув на его испуганное лицо, Анмай рассмеялся.

— Ещё нет. Где угодно, но только не там. Это не так легко.

— А где же?

Анмай задумался.

— Знаешь… здесь очень странная физика, — он показал на экраны гиперсканера. — Нейтральная, безвредная… словно кто-то хотел, чтобы здесь могли жить обитатели любых, даже самых разных вселенных. Кто-то очень постарался, чтобы создать её. Ничего больше без помощи компьютеров я сказать не могу, а восстановить их мы не сможем.

— Так всё же, где мы? — Айэт не унимался.

— Похоже, мы за самым внешним Листом всего невообразимо огромного кластера разнородных вселенных, у внешней границы Мультиверса, — там, где само его пространство замыкается на себя. Возможно, «Укавэйра» нашла способ выйти за его пределы, но не смогла взять с собой «Товию»… А может, кто-то решил, что ей здесь не место… потому, что ждал кого-то, похожего на нас. Куда она исчезла, мы уже явно никогда не узнаем. Но здесь любое движение бесполезно. Что бы и каким бы образом здесь ни двигалось, — оно будет вечно скользить по пространственной кривизне, не в силах выйти в Бесконечность. Вернуться назад мы тоже не сможем, — во-первых, нам некуда, а во-вторых, массы на «Товии» осталось всего на один прыжок. Так что… мы дошли до конечной точки.

— И сколько мы сможем прожить здесь? — спросила Хьютай.

— Пока «Товия» не откажет. Я не знаю, сколько она тут протянет, но наверняка недолго, — пара лет, самое большее. Да и радости от них, увы, будет мало: виртуальный мир сдох, а без него мы не сможем ни пользоваться библиотекой, ни развлекаться. Теперь нам открыты все помещения корабля, но все они перед полетом «Укавэйры» были очищены, и толку от них никакого. У нас есть только много свободного пространства, еда, вода и свет. Исход будет тот же, только времени уйдет гораздо больше.

Айэт промолчал.

* * *

Когда они вернулись в их общую комнату, Хьютай вдруг сказала:

— А знаете, нас больше ничто не связывает. Мы свободны, и можем делать совершенно всё, что захотим. Ведь нас уже некому остановить… просто увидеть. И, что бы мы ни делали, — это уже ничего не изменит.

— И что