Страж Рубежа - Владимир Петрович Батаев

— Давай я лучше еду разносить буду, — попытался я остановить его бурный порыв.

— Не-не, — замахал руками мой старший товарищ по попаданству. — Морковкин за меня подежурит… До конца года, если надо будет. Эта бирюлька стоит как… Ну, как перезарядка ядра скафа, допустим! А, ты всё равно не сечёшь, забей. Но скаф у Морковкина казённый, стандартный…

— Я без скафа в этот ваш портал, провал, прорыв или как его, не полезу! — заупрямился я.

— Расслабься, салага! Я мажор с серебряной ложкой или погулять вышел? У меня три личных скафа!

Блин, а ведь если б я лишний раз не вякал, мог бы сейчас сидеть в бараке и ждать, когда принесут обед…

Глава 5

— Мать твоя, добрая женщина! — я в последний момент спохватился и изменил рванувшуюся наружу реплику. — Это что такое, дорогой ты мой человек⁈

Перед нами стояло три скафа. Но только один из них выглядел рабочим и пригодным к использованию. Два других казались наполовину демонтированными. Скорее арт-объекты, чем боевые костюмы.

— Ну, я слегка преувеличил, — повинился Кайл. — Но это дело решаемое!

— Деньгами? — скептически хмыкнул я.

— Не так просто, — тяжко вздохнул он.

Кажется, мой новый друг вообще мастер преувеличивать. Слегка. Примерно так увеличивая кочку до Эвереста. Выпендрёжник и позёр, одним словом. Хотя это два слова.

На раздачу обеда нам сходить всё-таки пришлось, втроём с Марком. Всё прошло мирно и гладко, я бы предпочёл и дальше этим заниматься. Хотя бы ещё несколько дней, пока не разберусь в окружающем новом мире чуток получше.

Но Кайл закусил вожжи и поскакал, гарцуя. Ещё и меня с собой потащил. Сразу после раздачи обеда мы забежали в один из бараков, где проживал боец по фамилии Морковкин.

Шевелюра у парня и впрямь цветом напоминала морковку. Но в остальном он скорее походил на шкаф. С очень мрачной физиономией. И когда Кайл, в разговоре с ним изображая предполагаемую реакцию на подарок неизвестной мне Лайзы, громко простонал «О-о-ох-х»… Я думал, вот сейчас мой собрат-попаданец получит пудовым кулаком по глупой голове и на месяцок сляжет в медчасть! Увы, нет. Морковкин расплылся в глупой лыбе и чуть ли не пустился в пляс, разом потеряв всю суровость вида.

«Колечко, с бриллиантом колечко, Лайзы растопит сердечко…» Когда довольный собой Кайл пропел эти импровизированные строки в пятый раз, мне самому захотелось его стукнуть. Но мы как раз дошли до его барака.

Жил Кайл в отсеке один, хотя стандартных двухъярусных кроватей тут стояло две. На случай, если гости ночевать останутся. На военной базе, да… То ли тут такие порядки свободные, то ли мне надо было всё же взять с собой из барака вилку, чтоб снимать с ушей лапшу.

Но три скафа тут стояли рядком вдоль стенки. Один тот, в котором я видел Кайла на той стороне, когда он меня спасал. Стандартный серо-стальной. Ну, из пластали, как я теперь знаю.

Второй выглядел так, будто до его раскрашивания добрался трёхлетка. Одна нога синяя, вторая зелёная. Руки — жёлтая и оранжевая. Торс спереди фиолетовый, а сзади броня вовсе отсутствует. Что видно через большую дыру в груди — стену барака через неё видно. Голова вообще чёрная. И тоже с дырой в районе левого виска. Впрочем, ноги и руки скафа тоже выглядели так, будто он подрался с Фредди Крюгером. И Фредди победил. Видимо, это следы когтей деймов… Мне ещё больше расхотелось идти в тот мир, где полно таких тварей.

У второго скафа были рога. Один изогнутый, второй прямой, но прикреплённый к шлему параллельно с первым, так что торчал он в бок. Нагрудник представлял собой то ли мозаику, то ли панно, собранное из мелких косточек в узор. Присмотревшись, я углядел по центру пятиконечную звезду, чуточку кривоватую. Левая рука и нога доспеха тоже были собраны из костей, а вот правые остались вовсе без обшивки, имелись только рёбра жёсткости, обозначающие форму тела.

— Я в эти дырявые вёдра не полезу! — категорично заявил я.

— Побольше уважения, — неожиданно серьёзным тоном проворчал Кайл. — Каждый кусок — это наследие павшего бойца. Да, собрано из обломков. Нельзя взять и купить рабочий скаф! Можно получить персональный скаф в личное пользование. Модернизировать его, раскрасить… И если погибнешь в бою, его обломки родня имеет право забрать. Или продать.

— В них ещё и умер кто-то, — аж вздрогнул я.

— В костяном нет, пустой корпус купить можно. Как и начинку отдельно, частями. Но его я уродовать сейчас не стану. Потом кости деймов уже нормально не приклеишь. А вот этот разноцветный… Могу дырки заткнуть пластиком и залить пеной сверху.

— Кости? — переспросил я.

— Угу. Кстати, помимо осколков ядер будем и их собирать. Осколки сдавать надо, а вот на кости всем плевать. Кто-то из них амулеты и сувениры вырезает. Но они ж прочные, прочнее стали! Вон, после арт обстрела уцелеть должны! Будет зачётная бронька, когтями уж никто не продерёт. Доберу, чтоб дособрать корпус скафа! Затем и хотел после орды пойти на сбор. Потом переоформлю на себя костяной скаф как основной…

— И будешь, типа, Капитан Америка? — указал я на звезду на груди скафа.

— Ой, блин… Правда, похоже, — разочарованно вздохнул Кайл. — Я-то думал, это будет отсылка к тому, что я, типа, из Техаса. Штат Одинокой Звезды, если ты понимаешь.

Я помотал головой. Не понимаю.

— Ой, ладно, пофиг, — отмахнулся он. — Старые комиксы тут никто уж и не помнит. А новых фильмов по ним уже не сняли. Порталы раньше открылись, стало не до того. С массовой культурой тут, конечно, полный звездопад. Так что, затыкаем дырки в этом корыте?

Я сперва машинально кивнул, а уже потом сообразил, о чём был вопрос. Ну, блин! Заболтал он меня про комиксы и всё такое!

Кайл согнул кисть руки, и из-под наруча выскочил кинжальный обоюдоострый серебристый клинок. Которым он легко отсёк кусок пластикового листа, взятого из стопки возле стены. Приложил к дыре в скафе, велел мне придерживать. А сам взял баллон, похожий на огнетушитель. Плеснул из него пеной на край пластика, прошёлся со всех сторон, потом и в середину, когда я убрал руки, налил.

— Через час так застынет, что топором не разрубишь. Пластик это так, чтоб пена через дыры внутрь не залилась, — пояснил Кайл. — Только на суставах слабина останется. Но мы не драться идём. Орда уже ушла дальше.