Наследник $$$ уровня 3 - Андрей Еслер

Вечеринка гремела на вилле у самой воды. Карла провела меня мимо очереди, и охраны, прямиком в вип-зал.

В воздухе висел тяжелый сладкий парфюм, в глаза бил приглушенный свет, где-то в углу диджей крутил хитовые треки. Официант с подносом скользнул мимо, и я мельком глянул на карту напитков. За один бокал шампанского здесь просили столько, сколько мой рабочий на заводе гнёт спину за месяц, и всё это за жалкие пузырьки в стекле.

Не успели мы побыть и пять минут, как к Карле подошла худая подруга, вся в блёстках. Поцеловали друг друга за пару сантиметров от лица и захихикали.

— Дорогая, тебя сто лет не видно, — с наигранной обидой проговорила подруга. — Где ты пропадала? До сих пор в Корсе? Расскажи хоть, там есть хоть что-то интересное? Чем занималась?

— Рыбачила, — улыбнулась Карла. — Научилась держать удочку, подсекать, насаживать приманку…

Рядом кто-то прыснул, кто-то не поверил ушам. Рыбалка в их понимании была потехой для нищих, и то, что Карла добровольно в это полезла, их искренне веселило.

— Ну ты даёшь, — приятельница прикрыла рот ладонью. — Опять провокация, Карла! Это смело! Ты вся в этом.

Злобы в их словах не было, скорее ласковое непонимание, будто Карла держала дома диковинного зверька и им забавлялась.

Она и бровью не повела.

— А ты чем занималась? — вернула вопрос Карла.

— О, я купила новый спорткар, — оживилась она. — Красный, последняя модель, зверь.

— И какую по счёту?

— Третью. — гордо заявила подруга.

— Только за этот год, — добавила другая.

Карла обвела их скучающим взглядом.

— А на рыбалке ты была?

— Нет, это не по мне, — она поморщилась. — Солнце не люблю.

Я оставил Карлу в её стихии и побрел по залу.

Публика подобралась пестрая. Больше всего было режиссёров и продюсеров, и все на одно лицо. Каждый лез из кожи, лишь бы выглядеть не как все, а выходило все наоборот. Мятые пиджаки на голое тело, диковинные очки, бородки клинышком, разговоры про боль, про смыслы и умирающее искусство. В моём мире эту породу звали артхаусниками. Нетакуси, каждый второй.

Слушать их было тоскливо, и я уже прикидывал, не выскочить ли на балкон, и заодно спасти Карлу от ее назойливых подруг.

И тут что-то произошло. Разговоры притихли, все повернулись к дверям. В зал вошел человек, на которого богема косилась с плохо скрытой завистью.

— Это что, Максимо? — услышал я со стороны.

— Да, точно он!

— Ого! Не ожидал… Высокая птица…

Никакого мятого пиджака, костюм сидел идеально.

Из разговоров со стороны, я понял, что он снял блокбастер, собравший по всему миру полные кинотеатры, и вся эта публика презирала его ровно настолько, насколько мечтала оказаться на его месте.

Я заметил, что Максимо чувствовал себя не в своей тарелке. Понятно было, отчего: говорить ему тут не с кем и не о чем, точь-в-точь моя история.

— Максимо! Как я рада, что ты пришел! — раздался довольный голос Карлы. Она сама подошла к нему, и быстро чмокнула в щеку. — Прошли, я тебя познакомлю с одним человеком!

Взяв его под локоть, она бесцеремонно подвела его ко мне.

— Знакомься, — кивнула Карла, — это мой спутник… Виктор дэ Фуэго. Викор, это Максимо.

— Очень приятно, — кивнул мужчина и протянул мне руку, — Максимо Оро.

— Виктор, это мой очень хороший знакомый! Мы буквально вместе с пеленок! — она взяла у официанта бокал и залпом опустошила его. — Ну, мальчики, не скучайте, мне надо припудрить носик.

Я обронил пару слов, он ответил, и мы не заметили, как начали беседу. В основном говорили про кино. Хоть это и не была моя сфера деятельности, но хорошие фильмы я любил. Наконец сыскался живой человек, которому не надо было доказывать, что кино про боль ничем не лучше кино про деньги.

Дальше пошло легко. Официант принёс нам виски, и он обжег горло приятным теплом. Максимо оказался мужиком без затей, говорил про сборы, про то, что зритель голосует кошельком, а не восторгами критиков.

К середине вечера мы опустошили не по одному стакану и хохотали, как старые приятели. Он ругал заносчивых критиков, я поддакивал, и оба сходились на том, что высокое высоким, а касса кассой.

Краем глаза я поймал Карлу. Она стояла в другом конце зала, в кольце своих блестящих знакомых, и не сводила с нас с Максимо глаз и хитро смотрела.

Что было в её взгляде, я спьяну не разобрал. А на трезвую голову, пожалуй, и не захотел бы.

* * *

Светская хроника

Младший дэ Фуэго снова в фонтане

Анна Гонсалес

На снимке: Виктор дэ Фуэго (в центре) в городском фонтане Кеньи. Слева фотомодель Карла дэ Леон, лицо «Леон-Моторс», справа продюсер Максимо Оро.

Минувшей ночью фонтан на набережной Кеньи обзавелся новыми жильцами. Трое гостей, видимо, не найдя джакузи поблизости, устроились прямо в воде. В центре компании наши читатели без труда узнают знакомые лица: Виктор дэ Фуэго, младший сын печатного дома, снова верен себе.

Фамилия дэ Фуэго не первый год держит марку и через солидную «Периодику» учит всю страну манерам. Тем интереснее видеть, как её наследник топит доброе имя в общественном фонтане, да ещё в столь блистательной компании. Осмелимся лишь спросить: долго ли семейные стены будут сносить подобные забавы?

Глава 4

Эмеральд-Тайэр

— И где он? — коротко спросил Тайрон у входной группы.

Молодая секретарша у входа не растерялась. Вежливо улыбнулась и с должной мерой обожания заглянула в глаза, говоря грудным голосом, от которого чуть не завибрировали окна.

— Сеньор Джозеф в пути, он будет через пятнадцать минут, — ответила она и заправила локон волос за ухо.

Хороша. Тайрон сузил глаза, мимоходом окинул взглядом ладную фигурку и бейдж с именем «Лесса».

— Кофе мне, черный, — приказал он.

— Будет сделано, — кивнула Лесса и пошла в сторону кухни, виляя бёдрами.

Были в офисе и приятные моменты. После увольнения Эмануэля, Тайрон часто приезжал сюда. Это был единственный минус, который он нашёл. Ману отлично справлялся со своей должностью, но, как оказалось, братец был уж очень многосторонней