"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров

него, живая ли бабочка, или мертвая. Если учитель заявит «живая», ученик чуть сожмёт ладони и покажет мертвую бабочку. Если, наоборот, скажет «мертвая», разомкнет руки, и бабочка улетит. В любом случае, опозорит учителя. Парень подошел к наставнику, стоящему в окружении людей и спросил:

— Жива или мертва бабочка в моих ладонях?

Мудрец пристально посмотрел в глаза юноше и ответил:

— Всё в твоих руках…

— Ну и в чем смысл этой притчи? — Ева улыбнулась уголками губ. — У меня имеется ответ, но я хочу сначала выслушать твой.

— Тут несколько смыслов. Первый — всё зависит только от тебя. Хочешь изменить жизнь, меняй её. Я это хорошо понял, оказавшись в реанимации. Второй — иногда не стоит ожидать простых ответов, делить мир на только черное и белое. Реальный мир более сложен и многогранен. И даже, когда ты думаешь, что знаешь истину, то можешь ошибаться. И в нашем случае, не ищи какого-то подвоха, и воспринимай меня таким, какой я есть. Хорошо?

— Хорошо, — улыбнулась девушка и неожиданно прильнув, клюнула губами мою щеку.

— А вот это было неожиданно, но приятно, — усмехнулся я, машинально стирая алый опечаток помады.

Ева покраснела.

Мы уже подошли к пруду. Я украдкой оглянулся. Рядом никого не было, только в отдалении бродила компания молодежи, и с другой стороны виднелись спины супружеской парочки с ребенком лет десяти.

Положил руки на талию, резко притянул к себе слабо сопротивляющуюся девушку, отодвинув в сторону букетик, чтобы не мешал, и жадно впился губами в приоткрытый алый ротик.

* * *

Домой я вернулся поздно, мама уже спала. В комнате меня ждала записка «Макароны, сосиски и котлеты в холодильнике. Если захочешь поесть, разогрей. Звонил твой друг Ашот, трубку брала Петровна. Просил тебе передать, что в девять утра заедет, чтобы обязательно был на месте, это очень важно».

Глава 8

— Дед, очень хочет тебя видеть, да, — тараторил Ашот, вращая руль. — Мне сказал, Миша должен быть у меня в первой половине дня, найди и предупреди его.

Машина резко развернулась, заставив испуганно взмыть в воздух, вальяжно гуляющих во дворе голубей, и двинулась по асфальтовой полосе к выезду.

— А что такое? — осторожно спросил я. — Не знаешь, почему такая суета?

— Дед не говорит, — усмехнулся парень. — Тебе всё расскажет, да. Но я случайно услышал, как он отцу отдавал приказ собрать всех старших, чтобы подготовиться к будущей встрече гостей. Думаю, на днях покупатели золота приедут, да.

— Отлично, — оживился я. — Это хорошая новость.

— Сейчас с дедом поговоришь, нужно будет Олега предупредить, — деловито заметил Ашот. — Плохо, что нас только трое будет. Может, еще его друга — афганца с собой возьмем, на всякий случай? Олег за него ручается.

— Исключено, — категорично отказался я. — Мало ли за кого наш доблестный десантник рубаху рвёт. Ты представляешь, какое это искушение видеть, как другие получают миллионы? Планка вполне может упасть. Тем более что ему с этих денег ничего не причитается. Максимум, можем сотню-другую подкинуть, за участие. Нет, таких экспериментов мне не нужно. Сначала я посмотрю на парня, поговорю с ним, проверю его в деле, и только потом пойму, стоит ли ему вообще доверять и брать с собой на крупные сделки.

— Как скажешь, брат, — кивнул парень, следя за потоком машин на дороге. — Я тебе в этом вопросе полностью доверяю, да.

— После встречи с твоим дедом, свяжемся с Олегом и договоримся о встрече. Надо решить все технические вопросы. Как транспортировать золото до дома, продумать процесс перевоза денег, действия в различных ситуациях. Насколько я помню, стволы, который мы у братвы забрали, Олег забрал?

— Он, — кивнул Ашот, — Сказал, что спрячет в надёжном месте, да.

— Вот. Их тоже надо приготовить. Сделка крупная, деньги должны получить огромные, удар может последовать с любой стороны, — я прервался, заметив обиженный взгляд парня, и сразу добавил:

— Левону Суреновичу и твоим родным я доверяю. Не о них речь. Кроме твоей родни, будут присутствовать покупатели и люди авторитетного вора, как я понял. Вот от них любой подлянки можно ждать. Даже кто-то из окружения может решить сделать свой маленький гешефт, не ставя босса в известность. Поэтому надо быть настороже.

— Правильно, говоришь, брат, — согласился товарищ. — Но я думаю, всё нормально будет, да. Дед всех родственников привлечёт, ты же процент обещал. А это десятка три мужчин с охотничьим оружием и не только. Никто не рискнёт напасть там. Разве что на дороге.

— И этот момент тоже нужно предусмотреть, — согласился я. — Обсужу его с Левоном Суреновичем, а потом с вами прикинем, как максимально себя обезопасить.

За разговором о текущих делах время летело незаметно. Я попросил Ашота помочь найти мне маклера для переезда в более подобающую квартиру. На время или навсегда, все равно, главное выехать из опостылевшей хрущебы, которая у меня уже в печенках сидела. Парень охотно согласился. У него уже был на примете человек, помогавший родне, покупать кооперативы и обменивать квартиры.

Через час мы уже подъехали к дому дедушки Левона. Особняк патриарха утопал в изумрудной зелени раскинувших ветки клёнов и громадных дубов. Знакомый двор снова встретил меня нежной волной цветочных ароматов и яркими бутонами роз и других растений.

На веранде, как и прошлый раз, сидел дед Ашота. Пожилой худощавый мужчина с аккуратно подстриженной седой бородкой, убранными назад волосами, белоснежной рубашкой навыпуск и такого же цвета тонкими брюками, расположился в плетеном кресле. В крепкой мозолистой руке сверкало огнём ярко-красное вино, искрились золотистые блики солнца на тонком стекле бокала. Второй бокал и бутылка оплетенная лозой, стояли на столике.

Сходство с благородным испанским идальго, отдыхающим на своей фамильной фазенде, было поразительным. Для полноты картинки не хватало пары черных рабов с угодливо согнутыми спинами.

Ашот отстал от меня и быстро ушёл по асфальтированной дорожке к черному входу. Дед неторопливо поднялся из кресла, сверкая широкой белоснежной улыбкой.

— Здравствуй, Миша-джан, дорогой.

— Добрый день, Левон Суренович, — ответно улыбнулся я, приближаясь к патриарху.

Старик обнял меня, сразу же отстранился, и указал на кресло рядом:

— Садись, дорогой.

— Спасибо, — я опустился на широкое плетеное сиденье и замер в ожидании:

— Выпей вина, — предложил патриарх, взяв бутылку оплетенную лозой в руку. — Мне друзья прислали из своих личных запасов. У них собственный виноградник. Несколько поколений их семьи делали собственное вино, вкладывали в него всю душу. Оно свежее, как порыв утреннего ветра, сладкое как поцелуй невинной девушки. Вкус этого божественного нектара невозможно передать словами: в нём ощущается теплота летнего солнца, прохлада горного воздуха, сочность спелых