Фантастика 2026-47 - Алексей Анатольевич Евтушенко

Кажется.

Вот именно.

Картина была цельной, но возникало неотступное, привязчивое ощущение, что достаточно малейшего толчка чужой воли, случайной нелепицы, даже просто невовремя дунувшего ветерка и – все. Картина развалится на куски, разлетится на осколки – не собрать. И тогда…

А ведь картина эта понравилась Хрофту Шейду необычайно, он даже приобнял в порыве чувств Йора (что на него было совершенно не похоже), когда разобрался во всех деталях и сказал, что это лучший оперативный план, который он не только видел в своей жизни, но и вообще мог себе представить.

– Ты гений, Йор, – заявил он Рони. – Только ты мог разработать подобное, и, если мы не воплотим этот шедевр оперативного искусства в жизнь, то, значит, полные мы мудаки и смерть – это лучшее, что мы можем заслужить.

Да, Шейд остался очень доволен.

Но в том-то и беда, что сам Рони Йор доволен не был. Он чувствовал, что плану не хватает какой-то маленькой, но крайне важной детали, без которой он остается всего лишь красивой схемой. Эта схема, разумеется, может привести к победе. Но с таким же успехом может и не привести. А нужно было сделать так, чтобы победа стала неизбежной.

Он нашел эту деталь рано утром. Собственно, она его и разбудила. Промучившись полночи в бесполезных поисках, Рони все-таки на несколько часов уснул.

А когда проснулся, то уже твердо знал решение.

И было очень странно, почему он не додумался до такой простейшей вещи раньше.

И вот теперь он шел на встречу с Хрофтом Шейдом.

Шел для того, чтобы убедить лидера трудней в небольшом изменении плана. Изменении небольшом, но сулящем очень большие шансы на победу.

Глава XXVI

Обычно Марта сажала бронекар довольно лихо – так, чтобы все почувствовали, слетая с небес, встречу с грешной землей. Но теперь тяжелая машина опустилась точно в центр площади, словно пушинка на подставленную ладонь. Нета выключила двигатель и гравигенератор и медленно перевела дыхание.

– Я тебя прямо не узнаю, – сказала Тирен. – Не помню, чтобы и Тепси сажала машину мягче.

– Тут вокруг все на ладан дышит, – пояснила за Марту Барса. – Сядь мы иначе – земля дрогнет. Не сильно, но все-таки. И кто тогда поручится, что вон то, например, здание, что справа от нас, не рухнет на нас же всеми своими двадцатью, или сколько там в нем, этажами?

Тирен с опаской посмотрела на указанное здание, и на лице ее проступило, несвойственное ей, задумчивое выражение.

– Да, подруги, – сказала Марта. – Тут, я думаю, надо вести себя очень осторожно и очень тихо. Зря не стрелять и не кричать.

– А почему не кричать? – удивилась Тирен.

– Крик может спровоцировать обвал, – объяснила Марта. – Это, как в горах. В горах кричать нельзя. И вообще, зачем тебе кричать? У нас отличная радиосвязь.

– Никогда не была в горах, – сказала Тирен. – Только пролетала над ними недавно вместе с вами.

– Я тоже не была, – сказала Марта. – Но мне говорила наша хозяйка на ферме, Миу Акх. Она ведь рядом с горами живет.

Некоторое время они сидели молча, снова, после полета, привыкая к нормальной силе тяжести, осматриваясь по сторонам и слушая тишину снаружи.

Да, здесь было непривычно тихо.

Все-таки им, горожанкам, трудно было себе представить, что большой город, пусть даже разрушенный и покинутый людьми сто пятьдесят лет назад, умеет так неумолимо молчать.

– Ну что, выходить будем? – осведомилась, наконец, Барса Карта. – Кстати, радиационный фон здесь зашкаливает.

– Вижу, – кивнула Марта.

– Подумаешь, – сказала Тирен. – Наши комбинезоны отлично держат радиацию. Да и в аптечке достаточно антирада, чтобы мы могли долго об этом не волноваться. Ну, так как, Марта?

– Я думаю, – сказала Марта.

– Ну, думай, – вздохнула Барса. – Только не очень долго, а то я прямо в комбинезон напущу.

– Н-да, – рассмеялась Марта, – это я, пожалуй, слишком задумалась. Забыла о самом насущном. Значит так. По очереди. Одна в машине, вторая делает свои дела, третья страхует с брони. Потом меняемся. Барса первая, Тирен на броне, я – здесь.

– А потом, – поинтересовалась Барса с самым невинным видом, – когда мы пописаем и покакаем, что будем делать?

– Ждать будем! – рявкнула Марта. – А также жрать и спать. Тоже по очереди. Ты, кажется, что-то сделать хотела? Вот и давай. А я тебе потом все популярно объясню.

Когда все, явно повеселев, снова оказались в бронекаре и наскоро перекусили, Марта сообщила:

– Шляться по городу нам сейчас, даже в ближайших окрестностях, нет совершенно никакого резона. Мы это уже обсуждали. Если нас заметили, то сами придут. Если не заметили, то обязательно на нас наткнутся. Поэтому сидим тут, внутри, и ждем. Во избежание ненужных осложнений. Предлагаю сейчас поспать. Не знаю, как вы, а я что-то слегка устала. И вообще, отдых лишним не бывает, а что нас ждет дальше – неизвестно. Одна дежурит, двое спят. Через час будит следующую. Первая дежурит Барса, потом Тирен, потом я. Сканеры движения включены, но живой глаз все равно техника не заменит. Приказ ясен?

– Ясен, – дуэтом откликнулись Барса Карта и Тирен Лан.

– Тогда – выполнять, – с этими словами Марта перебралась назад, откинула свободное кресло в лежачее положение, сняла шлем и уже через несколько минут спала крепким сном.

– Железные нервы у нашей Марты, – с уважением констатировала Тирен. – Но я тоже попробую. Спокойного тебе дежурства, Барса.

– Спасибо, Тирен, – сказала Барса. – И тебе спокойно отдохнуть.

Это случилось во время дежурства Марты, когда солнце уже свалилось к западу, и теперь его отраженные лучи плавились в остатках стекол того самого двадцатиэтажного дома впереди и справа, обрушения которого в самом начале опасалась Барса.

Марта как раз размышляла над удивительным фактом сохранности, как минимум, трети оконных стекол на обращенном к западу фасаде дома, когда пол бронекара дрогнул. Потом еще раз, уже не так заметно, и еще – совсем слабо.

При этом сразу после первого толчка бронекар ощутимо качнуло вначале с носа на корму, а затем с левого борта на правый.

Машинально Марта сразу глянула на таймер. Вышло, что между первым толчком и последним прошло около пяти с половиной секунд. После чего толчки прекратились, и бронекар снова замер в спокойном положении.

За исключением одной маленькой детали.

Выходило, что он то ли стал выше на полметра, то ли под ним вырос холм ровно на эту же высоту.

– Подъем, – негромко сказала Марта.

Барса и Тирен синхронно