Пространство - Джеймс С. А. Кори

В глубине служебного коридора он нашёл Робертс и Салиса, проверявших сток канализации для резервной системы переработки. Глаза Робертс вспыхнули при его приближении, она крепко обняла Вандеркоста.

— Дружище, — выдохнула она ему в ухо. — Ты как? Мы волновались.

— Правда? — сказал Салис, потянувшись через стол за соевыми бобами с васаби. — Избили тебя — и всё?

Смена кончилась, и они втроём пошли в привычный бар. Ветерок, как всегда, дул по направлению вращения барабана. Над головами тянулся тонкий луч солнечного света. Вандеркост подтолкнул миску поближе к пальцам Салиса.

— Служба безопасности — это та же полиция, а полиция везде одинаковая.

— Да уж, — сказала Робертс. — Чего ради отбиваться от внутряков, если вместо них на твою шею наступит сапогом астер?

— Не стоит так говорить, — сказал Вандеркост и выпил. Правда, воды. Возможно, пройдёт много времени, прежде чем он опять выпьет чего покрепче. — Беспокойное сейчас время.

— Я об этом и говорю, — ответила Робертс, но уже помягче. Она переключилась на свой ручной терминал. На заставке внутреннего вещания Вандеркост увидел зелёный цвет и серебро — как до Вольного флота. Он подумал — почему заставку не сменили? Может, это давало чувство стабильности. Конечно, всё в терминалах проверено. Сила станции Медина держалась на том, что она так и не стала частью ни одной из систем по разные стороны врат. Плата за это — поступление информации только из одного источника. Где-нибудь в Солнечной системе есть много каналов, куча станций вещания, даже накопители для хранения и передачи данных. Всё это контролировать трудно, может, и невозможно. А установленные на Медине глушители сразу блокировали каждый нелицензированный приёмник или передатчик

Вместо ягнёнка и говядины официантка принесла ему гирос — текстурированные грибы и соевый творог. Огуречный йогурт с веточкой мяты. Вандеркост потянулся к еде и чуть застонал, ощутив внезапную боль. Это не самые сильные побои в его жизни, но ещё несколько дней будет болеть.

— А почему тебя отпустили? — спросил Салис. — Шпрехт э ла?

— Нет, не сказали, — ответил Вандеркост. — И не обещали, что снова не заберут. Может, я просто на работе понадобился, чтобы вы вдвоём не вылетели из графика.

Он пропустил две полные смены и пришёл к середине третьей. Почти три дня потеряны в тёмной камере. Ни адвоката, ни представителя профсоюза. Он мог бы потребовать, по закону имел право, но твёрдо знал — получил бы только больше синяков. Возможно, и перелом в придачу. Вандеркост знал и законы, и человеческую природу достаточно хорошо, чтобы понимать, где правила больше не действуют. Он откусил кусок сандвича, отложил и начал жевать. Доест и пойдёт домой. И спать будет в своей постели. Звучит как обещание рая. Кончиками пальцев он погладил разомкнутый круг на запястье. Когда-то это был символ восстания. Теперь разве что напоминает о возрасте. И ещё о выборе стороны в прошедшей битве.

— Хочешь знать, что говорит мой приятель из связи? — болтал Салис. — Нашли скрытый блок в ядре данных. Защищённый. Думают, его использовали для координации действий колоний. Перед атакой пришли подтверждения о проходе от всех врат. А знаешь, что интересно? Два корабля через врата не проходили.

Брови Салиса взметнулись чуть не до линии роста волос.

Вандеркост усмехнулся.

— Меня выспрашивали, сколько кораблей прошло сквозь врата. Хотели точную цифру.

— Возможно, как раз поэтому. Посмотреть, не знаешь ли ты, сколько прошло или сколько должно было. Попался бы — значит, замешан.

— А мне и сказать было нечего, — Вандеркост постучал по лбу двумя пальцами. — Оно и к лучшему.

Салис накрыл его руку своей ладонью. Молодой человек казался расстроенным. Или больным, только не так, как Вандеркост. Не физически.

— Позволь, я куплю тебе выпивку, койо. Паршивая у тебя выдалась неделя.

Вандеркост пожал плечами. Он не знал, как всё объяснить Салису и Робертс. Они молодые. Не видели того, что видел он. С ними-то не сделали того, что досталось ему — схватили охранники, уволокли, избивали, допрашивали. Нет, самих охранников Вандеркост не боялся. Они пугали его своими речами о том, что будет дальше. Они пугали его, потому что их присутствие означало — Медина не стала началом новой истории. На ней всё было и будет так же безнадёжно, как и всюду, где живут люди.

Робертс резко выпрямилась от терминала, глаза округлились. 

— Его поймали!

Салис опустил руку и обернулся к ней.

— Кого?

— Крота! Координатора. Его нашли.

Она развернула к ним терминал. На нём маршировали восемь охранников в форме Вольного флота, со всех сторон окружая плотного широкоплечего человека с тёмными волосами и всклокоченной бородой. Вандеркосту он показался знакомым, но вспомнить не удалось. Изображение перепрыгнуло на капитана Сэмюэльс, за ней, чуть сбоку, стоял Джон Амаш. Политическая власть и служба безопасности, рука об руку и плечом к плечу.

Губы Сэмюэльс зашевелились.

— Включи звук, — попросил Салис. 

Робертс повозилась с терминалом и пристроилась рядом с ними, чтобы все могли видеть экран.

— ...связанный не только с поселениями, агрессивно настроенными против нас, но и с реакционными силами в Солнечной системе. Перед казнью он будет надлежащим образом допрошен. С учётом всего, что мне стало известно, могу заверить — до тех пор, пока мы сохраняем бдительность, непосредственная опасность станции Медина не грозит.

— Казнь, — произнесла Робертс.

Салис пожал плечами.

— Когда рискуешь кораблем, такое случается. Эти ублюдки из колоний явились не в кости играть и веселиться.

— По крайней мере, всё кончено, — сказал Вандеркост.

— Вот почему тебя отпустили, — Робертс качнула ручным терминалом. — Его нашли. Поняли, что ты ни при чём.

«Или выбрали другого козла отпущения», — подумал Вандеркост. — Хорошо, что не меня».

Но это ведь вслух не скажешь. Не то нынче время.

Глава 33

Холден

Прихожая была больше кают-компании «Росинанта». Широкие столы со встроенными мониторами и металлическими стульями. Мягкое рассеянное освещение особого спектра, напомнившее Холдену утро на Земле его детства. У него не было мундира, да и звания не было, но рабочий корабельный комбинезон показался не подходящим случаю. Холден выбрал темную рубашку без воротничка и брюки, чем-то напоминающие военную форму, но без претензий и опознавательных знаков.

Входящая через желтые двойные двери Наоми выглядела под стать, но Холдену почему-то казалось, что на