Пространство - Джеймс С. А. Кори

Он выключил терминал.

— Привет, — произнесла Персик, появившаяся из инженерного отсека с контейнером жидкого полимера на плече.

— Привет. Как оно?

Она все еще слишком тощая, самый маленький комбинезон висит мешком. Пришлось внести изменения в программу, чтобы убедить «Роси», что кто-то на борту может быть таким легким. Однако от работы она окрепла.

Кларисса открыла шкафчик, поставила контейнер на место и рухнула в свое кресло.

— Подправила все уплотнители, но мне не нравится внутренняя дверь шлюза в грузовом отсеке. Ошибок не выдает, но питание нестабильное.

— Совсем-совсем нестабильное? Или в пределах погрешности, но тебя это бесит?

— Второе, — ухмыльнулась Персик, но ее улыбка быстро померкла. — У тебя всё нормально?

— С чего ты спрашиваешь? — улыбнулся он.

— С того, что явно не всё.

Амос откинулся в кресле, поерзал, чтобы щелкнули шейные позвонки. Ему хотелось поговорить с ней о торпедах, но это было бы скорее поступком Холдена. И поэтому Амос просто пожал плечами:

— Надо кое-что обсудить с капитаном.

***

— Значит, возвращаемся к плану «бросаем на них корабли, пока у них не кончатся боеприпасы», — голос Бобби был ясным и резким. Человек, не знающий ее, решил бы, что она раздражена, но Амос был уверен, что все отлично. 

Он помялся за дверью камбуза. По правде говоря, даже если они решат немедленно на всех парах идти к Медине, все равно пробудут в порту еще пару дней. Еще будет время задать вопрос, не вмешиваясь в процесс планирования. Но он хотел наконец-то нормально поспать.

Они склонились над столом, сидя друг напротив друга, как пара школьников, режущих лягушку. Экран между ними светился голубым и золотом. Холден выглядел усталым, но Амос видел его и в худшем состоянии. Холден из тех ребят, что сжигают себя дотла, если считают это правильным.

— Надо снова поговорить с Па, — сказал Джим, кивая Амосу. — Если отправимся на станцию, рискуем потерять кучу людей.

Амос расслабленно прошелся до автоматов с едой. Они были только что заправлены, предоставляя большой выбор. В глубине души ему больше нравилось, когда выбор почти отсутствовал.

— На то она и война, сэр, — сказала Бобби. В слове «сэр» скрывалось жало, напоминание о том, что они больше не одни. — Нам известна скорость стрельбы и наводки, можем всё рассчитать. Если сумеем отправить хотя бы маленькую группу на поверхность...

— ...инопланетной станции, о которой мы ни черта не знаем, но куда напихали кучу артиллерии, — продолжил Холден, но Бобби не позволила себя перебить.

— ... сможем взять их под контроль. Слабая защита станции — мой лучший шанс.

Амос таки сделал свой выбор — суп с лапшой, и автомат заурчал.

Холден вопросительно приподнял бровь.

— Твой шанс?

— Я поведу отряд, — объяснила Бобби.

— Ну нет, слушай, отправлять тебя туда только лишь ради желания пострелять...

— Не дури. Назови мне хоть одного человека, который лучше подходит для боевых действий на враждебной станции — и я уступлю, без проблем.

Холден открыл рот. Замер, напоминая выброшенную на берег рыбу. Закрыл рот и лишь обреченно пожал плечами.

Амос усмехнулся. Холден и Бобби обернулись на звук, и одновременно из автомата с едой показалась дымящаяся миска, распространившая вокруг запах соли и заменителя лука.

— Чтобы вот так заткнуть нашему кэпу рот, надо и самому быть очень крутым, — заметил Амос, вооружаясь ложкой. — Слушайте, я вот ни разу не командир и всё такое, но держать Бобби в тылу, при ее-то талантах? Нужно заварить шов — берем сварку. Нужно кого-нибудь грохнуть — берем пушку. Нужно профессионально завалить толпу засранцев — берем Бобби Драпер.

— Инструмент хорошо работает в умелых руках, — произнесла Бобби. От нее это прозвучало как благодарность.

— Мы говорим не об инструментах, — сказал Холден. Вздохнув, признался: — Но и вы правы. Ладно. Дайте только посоветоваться с Па, Авасаралой и советом АВП или как их там теперь звать. Вдруг у кого еще светлые мысли появятся.

Амос втянул в себя накрученную на ложку лапшу и с усмешкой начал жевать.

— Ладно, — согласилась Бобби. — Только одно замечание — неплохой план здесь и сейчас однозначно лучше гениального плана, когда уже поздно.

— Понятно, — ответил Холден.

— Ладно, — повторила Бобби. — А что насчет того козла Дуарте? Что считает Авасарала, какая может быть реакция?

— Слушай, — прервал ее Амос с полным ртом лапши. — Извиняюсь, что перебил, но мне бы с кэпом обсудить кое-что тет-а-тет.

— Проблемы? — спросил Холден.

— Не вопрос, — одновременно с ним ответила Бобби.

— Тут мелочь одна просто, — улыбаясь, пояснил Амос.

Холден обратился к Бобби:

— Иди отдыхай. Я отправлю наши замечания. Если хорошенько выспимся и не спеша позавтракаем, может, даже получим ответ.

— Хорошо, — ответила Бобби. — Сам не забудь поспать.

— Буду дрыхнуть как убитый, — пообещал Холден. — Но сначала дела.

Бобби встала и направилась к выходу, по пути хлопнув Амоса по плечу. Молчаливая благодарность. Она ему нравилась, но поддержал ее он вовсе не из-за этого. Если нужно забить гвоздь, бери хренов молоток, всего и делов.

Амос сел на освободившееся место боком, протянув одну ногу вдоль скамьи. Его терминал звякнул. Системное сообщение о каком-то обновлении, которое устанавливает Персик. И еще одно: Алекс снова на борту. Амос закрыл оба.

Холден выглядел хреново. Не просто уставшим, это уж точно. Восковая кожа и запавшие глаза – это не утомление, что-то еще. Он был похож на ребенка, сиганувшего в глубокую половину бассейна и пытавшегося решить — не то опозориться, позвав на помощь, не то потонуть, сохранив достоинство.

— Ты как? — спросил Холден, опередив не успевшего собраться с мыслями Амоса.

— Я? Да отлично, кэп. Ты же помнишь — последний уцелевший и все такое. Сам как?

Холден неопределенно махнул рукой, сумев охватить этим жестом все подряд — переборки, потолок, станцию и вселенную.

— Ничего.

— Ну понятно. Короче, мы с Персиком тут наводили порядок.

— И?

— Я проверял записи, сделанные в ходе боя, по обычной схеме — убедиться, что «Роси» делает все, что надо, и так далее. Чтобы не было задержек, неполадок. В том числе проверяется и эффективность орудийных систем.

Челюсть Холдена чуть двинулась. Не настолько, чтобы выдать его за покерным столом, но Амос заметил и