"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 - Алексей Калинин

– Ну и пусть встретят! Победителей не судят! – заявил уже снова осмелевший Пашка.

– Так это победителей. А нам до победы еще к Минину с Пожарским и Царь-колоколу идти – это как минимум!

– Что ты предлагаешь? – спросил я.

– Можно подождать до темноты, – опередив с ответом девушку, выдвинул идею Иванов. – Когда люди разойдутся.

– Камеры не разойдутся, и темнота им не помеха, – покачала головой Маша.

– Что ты предлагаешь? – повторил я свой вопрос. – Учти, что я понятия не имею, как долго будет открыта дверь. Может быть, вечно, а может, вот-вот возьмет да и захлопнется!

– Есть одна мысль, – проговорила Антонова. – Может, глупая – не знаю… У тебя же было что-то вроде навыка Маскировки. Это здесь не поможет?

– Маскировка характеристики скрывает, а не человека – по крайней мере, в игре – так, – неуверенно пробормотал я. – А оффлайн я ею вообще еще не пользовался…

– Так попользуйся, – бросил Пашка. – Или он тоже Ки жрет?

– Нет, Ки для нее не нужна, – ответил я, обращаясь к меню. – Бодрость – да, тратится – но она на все тратится…

Желаете применить системный навык «Маскировка»?

Да / Нет

Ну, допустим, «Да».

Вот на этот раз вокруг точно ничего не поменялось.

– Готово? – поинтересовался Иванов. – Или еще нет? А то я всех по-прежнему прекрасно вижу.

– Я тоже, – подтвердила Антонова.

– И я вас вижу, – вторила им Вика. – Дверь не вижу, а вас – вижу!

– Отцепите кто-нибудь руку и посмотрите со стороны, – без особой надежды предложил я.

Послушались сразу двое: моя сестрица и Пашка. Отклеившись от группы, Вика, к которой я как раз повернулся, отступила на шаг, несколько секунд смотрела мне в глаза, затем по лицу ее проскользнула тень недоумения, и девочка вдруг принялась озираться по сторонам – едва ли не в панике.

Машинально я снова схватил ее за руку.

– Уфф, Артур, это ты! – облегченно выдохнула Вика. – Что это было?

– Это ты нам расскажи, что было! – хмыкнул я, в свою очередь успокаиваясь.

Ответил мне Иванов, которого Антонова также поспешила вернуть в «цепь»:

– Жесть какая-то – вот что! Сперва как будто бы ничего не произошло, а затем… Как бы это сказать… Я вроде и видел вас с Машкой, но… Не знаю, как объяснить. Не понимал, что это вы! Типа, просто какие-то люди рядом, незнакомые и не особо даже интересные. Если бы не Вика в двух шагах – вообще бы растерялся! А так вроде помню, что мы с ней вместе сюда пришли – но будто бы кого-то не хватает! Но кого – не ясно…

– Так все и было! – возбужденно подтвердила моя сестрица. – Раз – и вас двоих словно подменили на… Фиг знает на кого! А он, – кивнула она на Пашку, – еще и отвернулся – я и его не сразу узнала! Вообще не понимала, что я тут делаю одна!

– Короче, работает Маскировка, – заключила Антонова. – Своеобразно, но работает.

– Нам, думаю, такой вариант годится, – заявил я. – Если кто и увидит, как мы исчезнем – все равно не запомнит, кто это был! Наверное…

– Тогда идем? – подняла на меня глаза Маша. – Пока и правда дверь не захлопнулась ненароком?

– Идем, – решился я, занося ногу для шага в неизвестность.

– Только чур я с вами! – поспешно выкрикнула Вика, мертвой хваткой вцепившись в мою ладонь – уже обеими руками – и невольно меня при этом подтолкнув.

Потянув за собой ее и Машу, я ввалился в распахнутую посреди Тверской площади дверь тайного хода. 

49. Испытание правдой

Внимание!

Вы вошли в оффлайн-данж «200»!

Удачного прохождения!

Ошибка!

Ваш друг Белова Виктория не вправе войти в оффлайн-данж в связи с досрочным завершением прохождения квеста данным персонажем!

Персонажу Белова Виктория во входе отказано.

То есть мою настырную сестрицу дверь все-таки не пропустила? Ну что ж, может, оно и к лучшему…

Сообщение еще не свернулось, когда я понял, что свободна у меня не только правая рука, за которую недавно цеплялась Вика, но и левая, «Мáшина». Покосившись в ту сторону, девушку я рядом с собой, и правда, не обнаружил — только Пашку, стоявшего от меня в паре метров.

А с ней-то что приключилось?!

Ответ пришел почти сразу — снизу, в виде сдавленного стона. Я опустил глаза: неловко завалившись на бок, Антонова лежала на выложенной темным камнем мостовой (именно так, гладкая плитка под нами сменилась шершавой брусчаткой). Инвалидное кресло исчезло — что, очевидно, и послужило причиной Машиного падения. Клетчатый плед сбился, приоткрыв неправдоподобно тонкие, не очень естественно выгнутые ноги в синих спортивных штанах.

Едва не столкнувшись лбами, мы с Ивановым синхронно нагнулись к беспомощной девушке. А не столкнулись, собственно, потому, что я замер на полпути, внезапно осознав: совершенно не понимаю, что делать в этой ситуации. Поднять Антонову с земли? И что затем? На ноги она не встанет. Усадить? Кресло пропало — куда тогда? Уложить? Так она и так лежит…

В поисках решения я оглянулся по сторонам — то, с чего, вообще-то, мне и следовало начать пребывание в данже.

Изменилась не только мостовая. Пожалуй, мы все еще находились на Тверской площади, но совершенно пустынной — ни людей, ни автомобилей – и будто бы не современной, а такой, какой она могла бы, наверное, предстать нашим глазам лет сто назад. Улица, идущая мимо, была значительно ýже, чем в наше время, дома по соседству – ниже. Даже здание старой Московской мэрии с узнаваемой колоннадой словно вросло в землю на пару этажей, да еще и заметно выцвело при этом. Постамент в центре площади сохранился – кажется, даже немного подрос – вот только находился на нем теперь не князь Юрий Долгорукий, и даже не генерал Скобелев, как, может быть, стоило ожидать…

Правда, тоже всадник. Одет он был как самурай — в кимоно и хаори, на ногах — хакама. За поясом — пара мечей. Черты лица и прическу