Клан - Дмитрий Трайнов

В остальном письмо было сухим и деловитым, в село гоблинов пришли игроки, и потери гоблинов оказались такими, что теперь им нужно или уходить всем селом куда-нибудь, или просить у кого-нибудь помощи и защиты. И эту помощь, и защиту они просят у Клана. А взамен, взамен можно было не читать, после двух дней визитов игроков гоблины были согласны на всё.

Обсуждение началось с того, что гоблинов было никому не жалко. Хотя нет, Марил промолчала. И похоже не потому, что у неё не было мнения, а потому, что хотела посмотреть на остальных и услышать их мнения. И я промолчал, и потому, что остальные должны были высказаться до меня, и потому, что нужно было уже смотреть вперёд.

Мы воевали, мы проигрывали и побеждали, но это было тогда. Тогда, когда мы просто не понимали во что ввязались. Вообще-то я не люблю говорить о высоком, иногда для развлечения подумать можно, а говорить… для этого есть специально обученные люди. И сейчас, вместо того чтобы говорить о том, что гоблинов вырежут поголовно за несколько недель, что это геноцид и так далее, я, когда все выговорились, спросил о другом. Хотят ли они, я имею ввиду членов малого совета, например, восстанавливать перекрытия и крыши замка? А если они не хотят, то откуда мы возьмём тех, кто захочет?

Или, если нам, тоже, например, придётся провести в замке несколько дней, откуда мы возьмём еду?

Марил тут же напомнила мне, что пару дней назад, я сказал, что нам не хватит сил защищать ещё и гоблинов. Ну да, согласился я, вторая территория, удалённая от замка, требующая гарнизона или портала туда, нам точно не под силу.

Все как один посмотрели на меня как на «странного», я что предлагаю пустить гоблинов в замок? А почему, собственно, и нет? Дети и женщины – отличные заложники, а мужики пусть пока в лесу рубят себе новую деревню. А проследить за двумя-тремя бригадами ремонтников в замке для гарнизона не проблема.

Алекс и Леви, глядя на меня с каким-то новым выражением, чуть не хором поинтересовались, серьёзно ли я говорю про заложников. А Пэри ответила за меня, что это очень хорошая позиция, защита даётся тем, кто не может защитить себя сам, а мужчины гоблины в лесу достаточная сила сама по себе. Единственное тонкое место в этом плане – переход к замку, но на переходе с нашими силами мы им всё равно помочь не сможем. Кроме того, скарб и скот гоблинов игрокам не нужен, потом заберут, постепенно.

Собственно, на этом обсуждение практически и закончилось, решение сообщили Киферу, чтобы тот озвучил его посольству. А там пусть решают. Если придём в замок в следующий раз и услышим стук топоров и молотков, значит решили. Я склонялся к тому, что услышим, а ещё услышим гвалт ребятни, но это точно не сразу.

Сегодняшний вечер был похож на вчерашний, звёзды, шум моря, сигарета только рядом со мной был не бокал пива, а рюмка с наливкой. «Тайная вечеря» оппозиции привела к тому, что я едва смог вытрясти из фляжки наливки на одну рюмку.

Ко мне опять пришла Марил, но в этот раз про Пэри не было ни слова, она просто пришла и села рядом. А меня как в детские ещё совсем мальчишеские времена, когда, прочитав «Трёх мушкетёров» тянет рубить головы одуванчикам, потянуло на подвиги. Ну а что, вечер хороший, женщина рядом, и перед ней хочется повыделываться.

– Марил, а не слишком ли у нас спокойная жизнь?

– Ты в каком смысле, Виктор?

– Мы уже почти день, как не воевали.

Орка посмотрела на меня с опаской. Эх, похоже прошли те годы, когда мне удавалось парой фраз завести девушку, или мне это никогда не удавалось? Ну, тогда, пока ещё не совсем поздно, нужно попробовать.

– Я хочу объявить войну кому-нибудь. Там на вкладке есть кнопка, называется война, а по сноске пояснение, что это ухудшение отношений до состояния вооружённое противостояние, ну как-то так, и согласие членов совета на это не требуется, да и спят они все.

– Ты уверен, что не перегрелся и не переработал сегодня? Кстати, ты обещал мне подумать над тем, чтобы вложить очки параметров в живучесть.

– Погоди ты со своей живучестью, и я не перегрелся, просто представляешь, ночь, тишина, второй или третий сон, а тут звонок – война. Как в том анекдоте.

– Не понимаю, война – это очень серьёзно, к ней нужно готовиться, а потом нападать. А ты про анекдот.

– Вот то-то и оно, анекдот здесь очень важен, могу рассказать.

Орка сдалась и выслушала анекдот про Абрама, который ворочался и не давал спать жене Саре потому, что должен был сто рублей Исааку, и не мог отдать. Сара же постучала в стену Исааку и сказала ему, утром денег не будет, нет их у Абрама. – «Спи Абрам спокойно, пусть Исаак теперь ворочается,» – напоследок сказала мужу Сара. Мудрая женщина.

Когда до орки дошло, она наконец захихикала и спросила: – «А кто будет Исааком?».

– Да какая разница, пусть все ворочаются.

Я прикрыл глаза и объявил войну всем кроме китайцев, они оказались нейтральными с надеждой на улучшение отношений.

После анекдота и агрессивных выступлений фракции «ястребов» в малом совете клана, я таки увёл орку к себе, хотя, может это она меня увела, чтобы я не рванул реализовывать свои агрессивные планы в отношении культов родовой локации. И вот уже дальше, мне не удалось отвертеться от разговора о живучести. В конце концов, после долгих и ласковых и изощрённых «уговоров», я согласился.

Кстати, ничем таким уж очень болезненным или неприятным процесс не сопровождался, ну бросило пару раз в жар, и небольшой озноб ещё был. Смотреть на результат в параметрах я не стал, мне захотелось чтобы орка меня ещё «поуговаривала».

Встали в этот раз не очень рано. Может даже дольше проспали бы, но с утра Леви позвонил курьер DHL, а поскольку я забыл того предупредить, он спросонья довольно раздражённо и громко отказывался от возможного письма. А я совсем забыл, что поставил отметку «срочное, доставка в течение суток», благо оплачивать доставку не мне. Пришлось встать, успокоить израильтянина и объяснить, что мне нужно содержимое доставки.

Ещё минут через пять пришлось выслушивать восторженные вопли Нафигены, которому пришло сообщение о зачислении денег на счёт. Попытаться ещё раз заснуть в таких условиях невозможно и пришлось