Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

стоял на колене, приготовившись стрелять, да видно, так и не выстрелил, не успел, меч аглора рассек ему грудину, и из нее теперь вывалились легкие и сердце, пропеченные, как у цыпленка на сковороде. Отвратительное зрелище.

Впрочем, остальные были не лучше. Росту стало невмоготу удерживать рвоту, но он как-то справился, хотя даже Ладу определенно тошнило. Смагу же вывернуло пару раз вполне определенно. Рост не смотрел в его сторону, но сам мстительно подумал, что так ему и надо.

Некоторые пурпурные из толпы следовали за ними на расстоянии и по-прежнему не стреляли. Они ждали, и правильно ждали.

Потому что Ростик неожиданно понял, неопределенным жестом подозвал к себе одного из этих, которые двигались сзади, спросил:

— Где остальные жители?.. — Он хотел сказать, мол, жители города, но не сумел. К счастью, пурпурный габат его понял.

— Они собрались в поле, за городом.

— И что там делают? — снова ворчливым и привередливым тоном спросил Смага, когда Василиса вдруг вполне отчетливо перевела этот ответ на русский.

— Ждут смерти, — отозвался подошедший, неожиданно уяснив вопрос или продолжая свое сообщение, и поскорее вернулся к своим.

У Ростика как-то смещалось теперь представление о языках. Говорил-то он на едином, в этом он не сомневался, но вот как это понимали остальные, он объяснить бы не сумел. К тому же очень уж удивительно было, что Василиса так толково все понимает, может быть, незаметно для него она и переводила? Он даже повернулся к ней и спросил:

— Как тебе удается?

— Я джумр, — пояснила девушка. Рост припомнил, что так назывались габаты, которые подвержены амоку, как ему когда-то объясняли. Довольно неожиданно это же поняла и Лада. Вероятно, он упоминал об этом странном свойстве клана джумров в своей книге.

— Нашла чем гордиться — скрытым безумием, — буркнула она.

— Это не безумие, — попробовать объяснил Ростик. — Это эмпатия и, возможно, повышенное чувство собственного достоинства... Или высокий коэффициент интеллекта.

Объяснение тоже не удалось, плох он был еще. Но Василиса снова его поняла, стала совсем близко к Ростику и погладила его по плечу, по руке. Да так, что Лада зашипела:

— Ты потише тут, вчера еще пыталась его на тот свет отправить...

Василиса вдруг отозвалась почти по-русски:

— К'т зж зт'нал, чт-е н т'к?..

Тут уж Рост пошел дальше, потому что выдерживать подобные неуставные отношения определенно не собирался.

Он хотел осмотреть весь город, но Смага с раздражением заметил:

— У тебя опять кровь пошла.

Ростик провел рукой по боку, да, из-под тугой, как ему казалось, и надежной повязки снова текла кровь. Да так, что гимнастерка вполне заметно залипла. Пришлось возвращаться.

На крылечке дома, где их с явным нетерпением ждали остальные — и люди и пурпурные, он повернулся к толпе и старательно твердым голосом объяснил:

— Оружие у вас пока остается. Думаю, вы не скоро снова захотите стрелять в нас. Тех, кто сбежал в поле, вернуть, тех, кто удрал дальше, тоже вернуть. Причем срочно. Как вы это сделаете — не знаю, но сделаете. Второе. Трупы убрать, Лагерь отстраивать заново, чтобы к холодам у всех была крыша над головой. Через три дня предоставить мне пять тысяч готовых двинуться в поход. На каждую тысячу назначить по командиру, желательно, чтобы они знали русский язык. Потому что при каждом будет один человек из наших. — Он подумал и решился: — Советую подчиниться. Иначе поставки продовольствия сокращу, а это значит — голод. — Снова подумал и опять договорил: — Хотя мне этого не хочется.

Уже к вечеру того же дня начались передряги, но они были другого рода, чем прежние. В здании людей, которое Лада теперь упорно называла префектурой, возникла некая перестановка, и главным образом потому, что теперь тут собралось чуть не два десятка пурпурных, которые хотели приступить... к составлению списков тех из губисков, которые надумали перейти на службу к людям, кто собирался вступить в Ростикову команду.

Эти пурпурные не понимали почти ничего из установлений новой власти, откровенно косились на Смагу, даже на Ладу, которая, за неимением лучшего, не отпускала от себя Василису и с грехом пополам использовала как переводчика. Хотя девушка все время посматривала наверх, где Рост пытался прийти в чувства.

Ночью эти пурпурные тоже не захотели расходиться, опасаясь, пока ситуация не устоялась, что кто-то сместит их и придется подыскивать с утра другое занятие. Тогда-то Росту и пришлось спуститься вниз первый раз после прогулки по городу.

Он походил, приглядываясь к новым сотрудникам, и приказал расположить их в отдельной каморке, хотя потребовал от Тельняшки, чтобы посты были расставлены в усиленном варианте и чтобы их время от времени обходил какой-нибудь офицер. Быть захваченным врасплох Росту больше не улыбалось. Пришлось подрядить на роль командира охраны Марту, потому что сам Павел и Лада падали с ног, да и обязанности у них теперь были другие — организовать пресловутые пять тысяч пурпурных, а это требовало сил, много сил.

В конце концов каким-то образом на должности распорядителя людьми оказался Смага, а у него в помощниках — Катериничев. Уже с утра они принялись так деятельно распоряжаться, что Рост сумел проваляться весь следующий день в кровати, это ему было необходимо, как бы он ни крепился.

Через пару дней списки были в целом составлены, командиры из пурпурных назначены, и даже за городом стали проводить кое-какую подготовку. Начали, разумеется, с учета оружия, построений, назначения ротных и прочего в том же духе. Смага даже вполне серьезно предложил, не выдать ли этой орде еще и приказ немного потренироваться в шагистике, чтобы они привыкли подчиняться командирам и, вообще, сделались управляемыми. Но в городе было слишком много работы, так что тренировки пришлось отложить.

Вот только две вещи выходили пока плохо. Первое, поступив на службу к людям, все пурпурные полагали, что теперь и кормежку должны были организовать люди. С этим в целом полагалось считаться. И вторая штука очень раздражала Роста, хотя в большей степени Ладу. Народу они набрали очень мало, чуть больше трех тысяч, остальные из губисков лишь присматривались и ждали. Хотя Росту хотелось бы, чтобы его приказы выполнялись быстрее и точнее.

Поэтому в Боловск пришлось отрядить посыльных, и с донесением о попытке бунта, и с требованием о помощи, прежде всего продуктами питания. Хотя склады в лагере от огня пострадали мало, их основательно пограбили, и не составляло труда понять, что теперь искать виновных было бы неправильно, просто неразумно.

К концу недели прибыли первые фуры с едой для организующейся армии Роста, и тогда уже к концу дня