Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

Обломок пульсировал холодным зеленоватым свечением. Посвященный приблизился к нему с ножом в руке, провел лезвием по ладони и прижал ее, окровавленную, к шершавому боку Источника, устанавливая через свою кровь, кровь сувайвора, самую прочную связь между ними. Неразрывную. Это было опасно и, что самое главное, необратимо. Если что-то случится с Источником, Посвященному придется очень плохо – в попытках спастись Обломок Сеятелей может высосать из него всю жизненную энергию. А сейчас, отправляясь на восток вместе с большинством оставшихся Измененных, Посвященный оставляет Источник почти без прикрытия. Правда, тот, конечно, в состоянии за себя постоять, но… кто может знать, как все повернется?

Через тело Посвященного прокатились волны жара и холода, а рука словно прилипла к Обломку. Электрические разряды принялись колоть раненую ладонь, охватили кисть, стали подниматься выше, захватили локоть, предплечье… Покалывание постепенно превращалось в довольно сильную боль, и вскоре ему пришлось сжать зубы, чтобы не кричать. Минута – и все его тело превратилось в средоточие боли. В голове царил форменный хаос из образов, часть которых была порождена его памятью, а часть казалась настолько странной и чуждой, что не было сомнений – она исходила от эгрегора Сеятелей. Сжатые зубы уже не помогали, Посвященный до крови прокусил губу, и все равно прорывалось глухое рычание.

Му́ка закончилась внезапно и резко. Вот только что реальность представляла собой филиал преисподней, и вдруг полное ничего – ни звуков, ни боли, ни мыслей, ни каких-либо иных ощущений. Посвященный упал, но даже не почувствовал удара о пол, словно у него разом атрофировались все нервные окончания. А затем сознание тоже погасло, и он провалился в безбрежную тьму.

Глава 7

Рита

Где-то по дороге из Иркутска в Красноярск

Рита тяжело приходила в себя, но не спешила открывать глаза, потому что не ждала от окружающей действительности ничего хорошего. Гудел мотор. Тело, плотно пристегнутое к автомобильному креслу, затекло и болело, голова же просто раскалывалась, а потянувшись к своей Силе, девушка предсказуемо ее не обнаружила. Стан, будь он трижды неладен! И теплота в животе на сей раз что-то не разгоралась. Возможно, против стана ее нерожденное дитя было бессильно.

– Не дергайся! – послышался холодный голос Танка. – Часа два еще действовать будет. А потом я вколю снова.

– Не надо! – вырвалось у нее, и глаза сами распахнулись.

Под колеса машины стремительно убегала серая лента дороги, тесно зажатой в колючих объятиях елового леса.

– Если ты думаешь, что после всего я тебе поверю, то ты полная дура.

– Я не убивала водителя! Это волки.

– А Светку тоже волки?

Сообразив, что Танк имеет в виду «глушилку», Рита замолчала. Крыть было нечем.

– Вот то-то же, вампирша хренова! Я не буду спрашивать, зачем ты ее убила, – и так понятно. Мне интересно другое: как? Она же подавила твою Силу!

Да уж, вопросик. А как тут ответишь? Она же сама ничего толком не знает, лишь догадывается, да и догадки эти – не для ушей оперативника АПБР. Поколебавшись, она все же решила сказать часть правды. При всех тухлых картах, что были у нее на руках, из этой почти не лжи можно было извлечь хоть какую-то выгоду с пусть невнятной, но перспективой.

– Я беременна, – осторожно произнесла Рита. – Не знаю, возможно, в этом причина. У меня стаж изменения – всего ничего, и знаю я о нем куда меньше вашего. О механизмах действия Силы тоже. Может, какие-то гормональные изменения… Из-за них воздействие вашей… коллеги могло вдруг стать неэффективным.

– Бред! – отмахнулся Танк, не отрывая сосредоточенного взгляда от дороги. – Такого быть не может!

– Вам часто попадались беременные «лояльные»? Если до сих пор такого не случалось, это еще не значит…

– Заткнись! – В голосе Танка впервые проскочили нотки раздражения, хотя лицо его по-прежнему оставалось каменным. – Мне надо подумать.

– Послушай, я не могла отдать себя в руки ваших живодеров, понимаешь? – Рите надоело «выкать» с оперативником, который так с ней разговаривал и, без сомнения, ненавидел. – Не могла позволить, чтобы меня разбирали на биологические запчасти и ставили на мне опыты теперь, когда ребенок… А твоя коллега очень нервничала, и если б я не ударила в полную силу, она пальнула бы дротиком, и…

– Я сказал, заткнись! – это он уже почти прорычал.

Дополнительно злить и без того раздраженного верзилу, которому тебе нечего противопоставить, – не самая лучшая тактика, так что Рита замолчала.

– Кто отец? – вдруг бросил Танк после основательной паузы. – Ну, чего молчишь?

– Ты же сказал заткнуться, – неожиданно даже для самой себя огрызнулась Рита, успевшая уже погрузиться в свои невеселые размышления.

– Обычно я женщин не бью, – доверительно сообщил Танк, даже не повернув головы в ее сторону, – но для тебя сделаю исключение, хочешь?

– Нет, – буркнула она.

– Тогда отвечай на вопрос!

– Какая тебе разница? Человек. Обычный. Вашей конторе он неизвестен.

– Точно обычный? – прищурился оперативник. – Впрочем, это мы выясним, когда найдем его. Имя, фамилия?

– Не найдете, – помрачнела Рита. – Он погиб в Лесногорске, когда схлопнулась аномалия.

– О как! А ты почему выбралась?

– Он отослал меня с этими… с «лояльным» Дмитрием и Кейт. Дмитрий сказал, что знает, как нас вытащить, но для этого надо было законсервировать Ис… Обломок.

– А твой парень, стало быть, решил, что сможет это сделать? С чего бы? Он супермен какой-то, что ли?

– Дмитрий сказал ему, где находятся становые заряды, заложенные там АПБР для страховки.

Танк какое-то время молча и сосредоточенно вел машину.

– Если законсервировать Обломок, созданная им аномалия ликвидируется практически мгновенно, ты в курсе?

– Нет, откуда?

– Интересно, был ли в курсе твой приятель, что шансов выбраться живым у него не было в любом случае и что стоит ему приблизиться к Обломку, как излучение запустит процесс изменения… Это если ты не врешь, конечно.

– Зачем тогда спрашивать, если все равно ничему не верить? – устало отозвалась Рита.

– Да просто в твоей истории концы с концами не сходятся. Или ты не все знаешь, или не все мне говоришь. Причем во второе мне верится гораздо больше. А вот нравится оно мне намного меньше.

– У него стойкость, – недолго поколебавшись, все же решилась Рита. – Не знаю откуда. И к излучению, и к чуме… То есть была стойкость.

Впервые за все время она увидела, как Танк вздрогнул и присвистнул.

– Твою ж налево! – Он даже повернулся к ней. – Поздравляю, девочка, тебя угораздило залететь от сувайвора!

* * *

– Куда мы едем? – не выдержала Рита. Полчаса молчания, в течение которых Танк, по-видимому, переваривал новую информацию, показались ей форменной пыткой.