Система для друзей. Том 2 - Люцида Аквила

у висков, понял, что желает сменить прическу. Впереди ждало невесть что, а волосы выглядели просто ужасно, так что заплести высокий хвост, подвязав его голубой лентой, казалось самым разумным решением. Так было и удобнее, и опрятнее.

Повесив Гуансянь на пояс, Циян еще раз оправил одежды и покинул комнату. Не раздумывая, направился в кабинет, чтобы написать письмо. Там он разместился за просторным полупустым столом, который должен был покрыться пылью, но почему-то блестел от чистоты, а потом развел тушь и взял кисть. Циян застыл, глядя на пустой лист и размышляя, что написать и кому. Больше всего он желал рассказать обо всем Фэй, но если кто-то посторонний найдет это послание от учителя к ученице, то все будет выглядеть странно. И хотя он мог закрыть глаза на разницу в их статусах, ставить подругу в неловкое положение не хотелось.

Вздохнув, Циян начал писать послание для всех. В нем он сообщал, что не пропал и не в плену, а добровольно отправился решать кое-какие дела, и, «раз вы читаете это письмо, значит, я задержался в пути».

– У тебя хорошо получается, – прозвучал голос Ло Хэяна за спиной, и от неожиданности Циян чуть не поставил кляксу.

«Как ты здесь появился? Когда?» – подумал он с заколотившимся сердцем, но, вспомнив об умении демона открывать порталы, не стал задавать вопрос вслух. Вместо этого буркнул, продолжая писать:

– Не подглядывай.

Ло Хэян проигнорировал его требование и еще больше наклонился над ним, отбросив длинную тень на светлый лист.

– Откуда ты так хорошо знаком с нашей письменностью? В твоем мире ведь пишут иначе.

– В моем мире можно много где ознакомиться с «вашей» письменностью, обучиться каллиграфии и традиционным иероглифам. Лично меня натаскал дедушка.

– Он хорошо постарался, но некоторые иероглифы ты все равно пишешь не так, как их написал бы именитый лекарь нашего мира и глава пика Зелени.

«Вообще-то система сказала, что у нас с Ю Цияном одинаковый почерк», – подумал Циян, но не стал произносить это вслух перед тем, кому о системе знать не следовало.

– Позволишь помочь, чтобы никто точно не заметил разницы? – шепнул на ухо Ло Хэян.

Ощутив, как горячее дыхание лизнуло шею, Циян поджал губы и взглянул на текст. Он не хотел его переписывать, да и вообще был возмущен тем, что этот демон сунул нос не в свое дело, но в то же время казалось неразумным отказываться от помощи. Письмо было дописано, но Циян так торопился, что некоторые иероглифы вышли неаккуратными, а это могло вызвать беспокойство и недоверие у получателя. Если кто-то заметит его спешку и нервозность, то послание, призванное успокоить и заверить, что он ушел по доброй воле, превратится в предсмертную записку, написанную под чужим давлением.

«Тц, все же лучше переписать», – недовольно подумал Циян и, положив перед собой чистый лист, сухо сказал:

– Хорошо, помогай.

Циян думал, что Ло Хэян сядет подле его рабочей руки, но демон, как всегда, удивил – и разместился прямо у него за спиной, видимо, решив, что так удобнее направлять его. Правда, Циян в этом сильно сомневался.

– Ты пил снадобье? Пальцы ледяные. – Дыхание Ло Хэяна окутало его, когда он коснулся руки Цияна, в которой была зажата кисть.

– Не пил, мне пока не холодно, – буркнул Циян, слегка напрягшись.

В просторном кабинете внезапно стало тесно и душно. Жар окутал его, обжигая щеки, затылок и поясницу.

– Я заметил, – со смешком ответил Ло Хэян и направил его руку к углу листа. – Расслабься и начинай писать, я буду иногда поправлять тебя. – Его голос звучал спокойно и мягко, как у наставника, заботящегося об ученике.

«Легко сказать. Подле тебя вообще кто-то может расслабиться?» – подумал Циян, и уголок его губ нервно дернулся.

Он сделал, как велено, вспоминая, как в детстве практиковал каллиграфию с дедушкой. Чужая рука не мешала и не давила, писать было легко, но он все равно проворчал, не в силах отпустить напряжение:

– И не стыдно читать письмо, которое адресовано не тебе?

– Ты ведь не решил, кому его адресовать, вдруг я бы первым его нашел?

Циян хмыкнул:

– Собирался вернуться сюда без меня? Иначе как бы ты нашел его раньше других?

– Не неси чепуху. – Ло Хэян слегка направил его кисть, помогая нарисовать прямую уверенную черту одного из иероглифов. – Я тебя не оставлю. Уйдем вместе и вернемся тоже вместе.

Циян неловко кашлянул, и его рука чуть не дрогнула.

– Если на небесах все разрешится хорошо, владыке Диюя незачем будет провожать меня обратно на пик Зелени.

Ло Хэян выдержал небольшую паузу, которая показалась Цияну напряженной, и сказал:

– Решим, когда закончим. Если тебе будет удобнее вернуться одному, значит, так тому и быть. – Его голос прозвучал бесцветно, но пальцы крепче вцепились в руку Цияна, и он начал направлять ее чуть более властно, чем раньше.

Мысленно вздохнув, Циян продолжил полурасслабленной рукой выводить иероглиф за иероглифом так, чтобы Ло Хэян успевал поправлять или направлять его. В повисшей тишине он думал о том, что владыка Диюя хоть и мешал ему, оставаясь на пике Зелени, но в то же время их близость не могла не радовать. После перерождения в этом опасном мире, кроме Фэй, у него не было никого, с кем он мог бы поговорить по душам, кто принял бы его таким, какой он есть, а самое главное, кто защитил бы от любой напасти, стал бронированной стеной, за которой можно укрыться…

Делая завершающий штрих, Циян вдруг понял, что как бы сильно ни хотел избавиться от Ло Хэяна, чтобы разрешить проблемы в школе и мире, он был бы не против увидеться с ним снова, после того как все наладится… Несмотря на стены, которые выстроились между ними, и раны, которые они нанесли друг другу, Циян не мог отрицать, что это был «его человек». Тот, с кем плывешь на одной волне, видишь мир в похожих красках и мыслишь почти одинаково. Пусть Яньло-ван был разрушителем, желающим убить верховное божество и утопить мир в крови, Циян все равно чувствовал с ним родство, как и с Сяо Яном. Он до сих пор не простил его за нападение на школу, но даже при этом не хотел обрывать связь навсегда.

«Наши отношения определенно сложились не совсем удачно», – невесело усмехнулся Циян в своих мыслях.

– У тебя в доме есть комната, куда не попадает солнце или где можно плотно закрыть шторы? – спросил Ло Хэян, когда Циян отложил кисть.

– Хм… думаю, та, что отведена для больных, подойдет. Но зачем