Система для друзей. Том 2 - Люцида Аквила

противникам. Казалось, вот теперь Гуань Яну придется несладко, но он даже не дрогнул. Лишь увернулся, отскочил назад и взмахнул наполненным духовной силой оружием, породив энергетическую волну, которая ударила по пудао.

– Сзади! – вскрикнул Циян, увидев, как один из небожителей подкрался к Гуань Яну со спины, пока двое других атаковали спереди.

Осознав, что владыка Диюя не сможет отразить сразу все атаки, он бросился к облаченному в серебристое мужчине, который уже приготовился ударить в затылок. Гуань Ян краем глаза заметил Цияна и, даже не обернувшись, снова атаковал пудао, полностью доверив ему тыл.

Циян в последний момент выскочил перед небожителем в серебристом, будто явившийся из неоткуда призрак. Стоило лезвию врага соприкоснуться с Гуансянем, как раздался оглушительный звон, и энергетическая волна прокатилась по площади, подняв ветер, ударивший в лица зрителей. Одежды с шумом зашелестели, а журавли, наблюдающие за битвой с крыш, устремились ввысь, хлопая крыльями. Лезвие Гуансяня скользнуло по чужому, и Циян мгновенно атаковал замешкавшегося врага. Небожитель с легкостью парировал выпад, не несший угрозы жизни, и обрушил удар в ответ.

Циян оказался втянут в бой.

– Ты же обещал, что попробуешь с ними поговорить! – выкрикнул он.

– Я попробовал, но эти шавки даже слушать не стали!

Циян с трудом расслышал его ответ из-за раздавшегося звона оружий. Держась спиной к Гуань Яну, он уклонялся от мощных атак и отвечал на быстрые выпады точными контрударами. Вскоре их движения слились в гармоничную боевую симфонию, словно один был продолжением другого, – им даже не нужно было видеть друг друга, чтобы действовать синхронно. Лезвия мечей мелькали, отражая блики света, а в каждом движении ощущались сила и мастерство. Плавные и точные удары сменялись мгновенными уклонениями, так что никто не мог по ним попасть. Казалось, Циян и Гуань Ян предсказывали все шаги противников. Они не просто ударяли врагов, а словно находились в смертоносном танце, придерживаясь сразу двух целей: одолеть небожителей и не потерять друг друга из виду.

Зрители на краю площади в ужасе обсуждали, сколь сильно их движения и сила напоминали о почившем Боге Войны – будто его дух навис над головами владыки Диюя и бессмертного, которого он привел, направляя и указывая, что делать.

Кровь кипела в жилах от адреналина и духовной силы, а лезвия клинков снова и снова сталкивались в воздухе. Небожители окружили их бо́льшим числом; мечи, пудао, гуань дао[41] и другое оружие сверкало в алом свете солнца, словно обагренное кровью. Некоторые пытались прорваться через защиту Гуань Яна или Цияна, надеясь застать их врасплох, но эти двое были непобедимы. Они лишь получили по паре порезов, в то время как врагам нанесли более глубокие раны. Зрители не переставая обсуждали их связь и могущество. Они уже не смотрели на Цияна как на слабое звено, как на случайно залетевшую в дом букашку. Из проходимца он превратился в опасного противника и искусного мастера, и десятки пристальных взглядов не сходили с него.

Внезапно раздался крик и брызнула кровь – это Гуань Ян снова ранил одного из небожителей, вынудив отступить на край площади, а Циян оттолкнул другого с такой силой, что тот кубарем покатился по земле. Будь у него время, он бы поразмыслил над тем, каким образом, будучи молодым фехтовальщиком из современного мира, он умудрялся так успешно противостоять бессмертным. Но вместо этого Циян продолжал, обороняясь, взмахивать мечом, а иногда и веером.

Задумчивые шепотки зрителей усилились.

Казалось, они уже наплевали на присутствие Гуань Яна, который ранил некоторых товарищей, и полностью сосредоточились на изящном и ловком Цияне, который кружился как вихрь и атаковал как свирепый зверь. Сначала они гадали, откуда взялся этот искусный мастер меча и почему пришел к ним вместе с владыкой Диюя, потом начали обсуждать его внешность, раздумывая, как за миловидным лицом и стройной фигурой ему удавалось прятать столь зверскую натуру. Наконец, кто-то перешел к главному и недоуменно спросил у близстоящих:

– Достопочтенные, мне одному этот юноша напоминает отошедшего на покой Бога Войны? И манера боя очень похожа, хоть и не такая искусная.

Вопрос раздался тихо и издалека, так что за звоном клинков его не должно было быть слышно, но Циян услышал. Как и Гуань Ян.

– Осторожно! – выкрикнул владыка Диюя и ловко притянул его к себе за талию, уворачиваясь от обрушившегося на них гуань дао. – Аргх, – сорвалось с губ Гуань Яна, когда лезвие полоснуло его по спине, оставив рану.

– Точно-точно, очень похож на Бога Войны, – прозвучал старческий мужской голос, пока четверо небожителей с криками набросились на Цияна и Гуань Яна. – Я много раз встречал Гуань-ди, и этот юноша – его молодая копия, – добавил он под звон клинков.

– Но разве Гуань-ди не отошел на покой? Его души нет в этом мире, а значит, он не мог переродиться в этого человека, – услышал Циян.

Он увернулся от чужого клинка и, чуть ли не прижимаясь к спине Гуань Яна своей, нанес ответный удар, но противник ускользнул. Поджав губы, Циян перенаправил духовную силу в Гуансянь и снова атаковал, скрестив мечи с молодым небожителем и породив очередную энергетическую волну, которая ветром ударила в лица зрителей и на несколько мгновений заставила заткнуться.

– Может быть, мы чего-то не знаем, и он на самом деле остался среди смертных, а наш владыка вовсе не упокоил его? – продолжил кто-то.

– Если бы он остался среди смертных, разве дрался бы сейчас против нас? Да и этот буйный мальчишка подле него не пал бы в Диюй. Нет… что-то здесь не то, – ответила какая-то женщина.

Взгляды, направленные на Цияна, стали острее. Они проникали под одежду, под кожу, словно пытались увидеть душу, понять, кому она принадлежит.

Тяжелое дыхание срывалось с его губ. Полученные порезы болели, алые бутоны распускались на голубой ткани, но Циян не останавливался. Молодой небожитель, противостоявший ему, тоже услышал эти шепотки, и в его наполненном гневом взгляде промелькнул намек на растерянность. Казалось, в один миг он пришел к какому-то осознанию и, вместо того чтобы нанести очередной удар, схватил Цияна за запястье и резко дернул прочь.

Растерявшись, Циян не успел сразу воспротивиться и пробежал несколько чжанов[42] за небожителем, прежде чем понял ситуацию и попытался затормозить.

Внезапно он почувствовал, как знакомая энергия ударила ему в спину. Вырвав руку из чужой хватки, он обернулся и уже собирался метнуться к Гуань Яну, но его обхватили за талию.

– Сяо Ян! Нет! – в ужасе выкрикнул Циян, увидев знакомую картину.

Гуань Ян, окровавленный и раненый, был заточен в