Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин

он, а не ты там на ваших этих проклятущих кластерах сгинула. Почему? За что мне все это? Только крупинку счастья женского ухватила, почувствовала себя любимой, желанной, нужной и все рухнуло в пропасть, благодаря тебе тварь. Как тебя люди вокруг терпят, почему еще не пристрелили как бешенную собаку. Ведь от тебя ничего кроме горя не исходит, ничего. Ну почему он, ну почему?

Наконец не выдержав тяжести обрушившегося на нее груза от известия о гибели мужа, Татьяна, рухнула на колени и прижав ладони к голове, потеряв над собой контроль, громко заголосила на разные лады, роняя произвольно бегущие слюни на пол. Отмершая Настя, осторожно опустилась рядом и несмело обняв подругу, молча заплакала, капая слезами на непривычно растрепанные волосы Татьяны.

Замершей тенью, стоявшая чуть в стороне у стены, Виктория, слегка кашлянув в попытке привлечь к себе внимание, проговорила.

— Вы девчонки пока поплачьте, а потом поближе к кровати или дивану перебирайтесь. Я вам по убойной дозе успокоительного вколола так что должно скоро срубить. Во сне вам все полегче будет.

Затем, боясь потревожить неприглядную картину вдовьей скорби, стараясь ступать как можно тише, выскользнула из жилья, разом овдовевших женщин. Едва она, осторожно закрыла за собой дверь как глубоко, с облегчением выдохнув чуть не бегом устремилась к себе. Влетев в свой жилой блок, она, защелкнув дверь на засов с ходу не останавливаясь, рванула в ванную где после возвращения из рейда отмокал Седой. Заскочив в помещение, она на миг замерла, упершись взглядом в дуло пистолета, направленного на нее сосредоточенным мужчиной, сместившимся к краю ванной.

— Лада моя, в натуре, ты чо как заполошная ломишься то? Так с дуру и кипишнуть не в тему можно. Потом греха не оберусь.

Запыхавшаяся от бега Виктория, отведя в сторону рукой вороненный ствол пистолета, начала в спешке срывать с себя одежду под ошалелый взгляд из пенной ванной, наполненной до краев. Наконец, справившись со своим облачением, побросав всю одежду беспорядочно на пол, женщина заскочила в ванную обхватив руками изумленного Седого, накрепко прижимаясь к нему телом и впиваясь губами. Не обращая внимания на хлынувшую потоком через край воду, она принялась буквально насиловать ошарашенного мужчину, рефлекторно помогавшего ей. Пусть не совсем приятно и даже от спешки немного больно это пустяки, она перетерпит. Главное, что вот он, прижат к ней, а она к нему. Главное, что она чувствует его в себе смотря в удивленные до нельзя глаза. Главное, что он, живой, и они вместе, а остальное, остальное можно и дорисовать в своем воображении это такая мелочь. Поэтому, закатив глаза, Виктория начала негромко материться, постепенно набирая громкость и наполняя особой грязью свои ругательства. Украдкой наблюдая за довольным лицом Седого. Мужчины, это дети, да, именно дети только великовозрастные и оттого такие родные для женских сердец.

Настя проснулась рывком словно выныривая из вязкого забытья сна без сновидений. Осторожно повернув голову на спящую рядом Татьяну она с грустью улыбнулась. Вчера убить была готова, расчленить собственноручно на маленькие кровавые кусочки, а сейчас, сопит прижавшись к теплому боку, вон, даже слюна побежала. Эх, самой бы определиться что там дальше. Толи встать потихоньку, не разбудив подругу и вынув пистолет из кобуры по новой направить его себе в висок, толи сжав до нельзя душу в кулак, продолжить жить уже теперь так как есть с ноющей не зарастающей пустотой в душе. Скосив взгляд на свою амуницию, она увидела, что и пистолет, и винтовка даже ножи отсутствуют. Кто-то озаботился тем, что бы она не повторила содеянного на кластере. Выходит, нужно как всегда сделать самое тяжелое, сжать душу покрепче в кулак и продолжить жить, садисты если вы знали, что такое гложущая пустота.

Встав так что бы не потревожить спящую Татьяну, Настя, глянув на настенные электронные часы, показывающие ровно семь утра, отправилась к себе в кабинет. Войдя в который, обнаружила свое оружие, вычищенное и аккуратно сложенное на два сдвинутых в месте стула. На столе, стандартно лежали исписанные листы с рапортами и отчетами, разделенные на несколько отдельных стопок по категориям. И когда успевают строчить столько, а главное зачем, с теплотой подумалось женщине, смотрящей на это хозяйство ставшее теперь ее личным. Усевшись в свое кресло, она, наморщив носик от усердия неспешно начала просматривать отчеты. Потери личного состава, списки отличившихся при последних рейдах, расходы боеприпасов и горючего, запасы продовольствия, рапорта на запросы срочного пополнения с центральной базы военнослужащими по бессрочному контракту, график премиальных выплат личному составу базы, текущие выезды рейдерских бригад на свежие кластеры для добычи биоматериала и прочие, прочие. Она неосознанно начала вникать в прочитанное и ставить свою резолюцию с пометками в низу как в кабинет раздался стук. Не отрываясь от разложенных документов и выводя очередной росчерк Паркером с золотым пером, Настя, отлично зная кто за дверью, произнесла.

— Седой, не мнись ты там, заходи давай уже.

Вошедший мужчина, с ходу оглядев занятие Насти, облегченно выдохнул.

— По здорову за утро доброе, значится пахан. Я вот чо в натуре кумекаю обрисовать. Не вся математика у нас срослась то. Этот головастик в шляпе должен по любому шарить где он то кине с Лисом снимал. А там такое думается мне и по сей день фаршмачится. В общем тема такая, прикрыть этот бордельчик душа рвется да с чертями что там трудятся за главных, побазарить до ссыкучки охота. Я если чо, эту замуту тебе от всей кодлы двигаю. Там Чех с Галой волоса у друг друга на очке без пинцета выдергивают, рвутся на дело, чо спасу нету, в натуре.

Оторвавшись от документов, Настя, глянув на Седого, негромко спросила.

— Прямо рвутся?

— Так если чуть протянуть, то депиляционный кризис у них там случится. Ну в смысле, дергать то нечего станет и в натуре, чо дальше, я не вкуриваяю за них. Будут нервно друг у друга шарить по гладким булкам, а там, чую их за такой темой Илоннка попалит. Это же какой рамс тогда будет, девочка то из наших. Мам, ну ведь душа то горит спросить ту мразь чо этот притон замутила, а.

Встав из-за стола, Настя, привычными движениями вернула свое оружие по местам. Затем, рефлекторно подпрыгнув несколько раз на месте, убедилась, что все в порядке.

— Ну пошли до Рабиновича. Может согласится показать на карте где это поганое заведение расположено.

Седой, двигаясь за женщиной, скривился в усмешке, сверкая своими желтыми фиксами.

— Согласится, а куда он сученок денется то, в натуре у него