Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

снова могут попасть под контроль телепатии дрегов. Видимо потому их и пичкают всякими препаратами, стараясь ускорить развитие мозга и естественной защиты от внушения. Макс и Ури под это воздействие точно не попадают.

— Старейшина, если вы согласны, будет работать с гостями, — подал голос ящер. — Меня он просит пойти с вами.

— Изломы, — скривилась Алия.

— Меня зовут Харс, — невозмутимо закончил боевой рептилоид.

— На что идём все понимают?

Несколько молчаливых кивков.

— Ну так чего тянем моба за все подробности? — Алия, услышав это, чуть не подавилась от смеха. — Выдвигаемся, рисконавты.

Все посмотрели на меня, а я понял, что произнес крайнее слово на русском. И привычки возвращаются. Прав был Дима, насчет суеверий. Мы, сотрудники департамента, никогда не прощаемся и не говорим последний. Чтобы не сглазить. Прощаются с усопшими, а последнее всё будет перед смертью.

— Новое слово? Как интересно, — жеманно протянула примкнувшая к нам боевая извращенка. — Что оно означает?

— Это обозначение того, чья работа рисковать и побеждать.

— О, какой вы азартный, вестник Нико.

Мы к тому моменту уже покинули площадь, и эта язва стала строить мне глазки. При этом украдкой она смотрела на Тэй, что шла сбоку. Явно изучала её реакцию, но бывшая сотрудница Сенткома умела держать лицо. Только глаза нехорошо сверкали. Вот если она так не любит эту полуголую девицу, то какого чёрта не сказала слова против? Надеется, что та сгинет? Конечно, скорее новые правила Таната сыграли свою роль. Или же понимание, что несмотря на мои заверения, драться нам придется всерьез и каждый на счету. Знать бы только, а как я сам собираюсь расправиться с этой гидрой, что охраняет проход неизвестно куда. В Узел? Слишком просто. Даже с учетом всей охраны.

— Он не азартен. Этот зверь расчётлив, циничен и смертельно опасен. Майра себе в голове даже вентиляцию от страха проделала, — вмешался Стрелок.

Алия даже остановилась. Вместе с ней встали Роуг, Кас и Харс. Гент остался невозмутим. Будто так и надо. Мою старую противницу, судя по реакции, все неплохо знали. Та мне чуть голову не снесла, да и остальные бойцы Знающих были очень хороши.

— И это было до того, как Тшир без головы остался, — добавил наёмник. Тут даже Гент замер, и я впервые увидел на лице этого ганфайтера нечто вроде эмоций. Не думал, что глаза могут стать еще больше.

— Что, он и тебе морду набил? — не удержалась Алия от подколки, но уже не с таким язвительным тоном.

— Врать не буду, при первой встрече я смог ему слегка морду набить, — произнес Стрелок, но потом потер подбородок. — Только он был не в форме, но вскоре собрался и бросил меня с обрыва. Потом и вовсе с креста Знающих снял. Ту пару спраксов и вовсе в одиночку пришиб.

Наступила та самая немая сцена.

— Да к мобам всё, — сплюнула Алия. — Видала я опасных психов, но этот. Откуда только Танат его откопал?

— С длительного хранения. Таких реликтов больше нет, — говорю и не кривлю душой. Ведь реально нет. Остальные димортул в хранилище просто оболочки без эотулов. Мы с Димом воистину уникумы для этого времени. Даргул же… Бывший вестник скорее мутант, чем раз. Неуправляемая биоброня срослась с его телом и не сдерживает боевые гормоны в крови.

Мимо проходит пара талков и я вспоминаю, как в тех пещерах рвал их на части. Словно зверь. И это не так много времени прошло с тех пор, как Дим потерял контроль над доспехом. Даргул тем временем жил так столетий восемь. Страшно представить, что у него в голове за хаос.

— Я это ещё во время битвы поняла, — сказала Тэй, но не заостряя внимание на нашем знакомстве. — Потом и Стрелок рассказал, как вестник Нико помог Ветру Пещер. Дрэйн его к городу и привёл. Кстати, он просил передать привет от Вэсары. Кочевники цикл назад были в городе. Рассказали, как он помог им от Резаков и Верующих отбиться.

И я это помню. Как и то, что среди них был бывший сенткомовец и бывший чемпион по фехтованию. Теперь и имя Вальт уже не кажется случайным. Надо Тэй про это рассказать аккуратнее. Лишь бы время было наедине всё обсудить.

— Ещё вестник якобы обещал рассказать какую-то историю как фитар, — подал голос Кас. — Но это точно байки. Правда кочевники обещали вернуться и послушать, как вестник проснется.

— У каждого свои увлечения, которые лучше уважать. Но историю воителя Тита, что вернулся из дальних краёв готов с пленниками я точно расскажу. Милая и приятная история.

Тэй со Стрелком переглянулись и покачали головами. Видимо поняли, что я опять что-то задумал. И они правы. В данном случае у меня на уме один тест. Хочу проверить, что из себя представляют местные. Это мне расскажет их реакция на одну из самых жестоких пьес Уильяма Шекспира. Та самая, где пленника рубят на куски и приносят в жертву, матери подадут пирог из мяса сыновей, кому-то руку отрубят, некоторым головы, над прекрасной девой надругаются, а монолог мавра пример чистого зла. Может злодей из Арона по мнению некоторых и слабоват, но для многих героев пьесы он стал злым роком. Зло творящий ради зла.

— Мы пришли. — Тэй остановилась у здания, на крышу которого вёл пандус. — До места полетим на кильме. Снаряжение уже там.